— Магнус… — позвал Алек, собираясь извиниться и уточнить, что с его другом всё хорошо, но тот лишь расплылся в блаженной улыбке.

— Хочу почувствовать твои пальцы в себе, — азиат сильнее прогнулся в спине, ожидая действий Лайтвуда. Он мечтал о большем. И Алек дал ему это без лишних вопросов, просто зная, что так правильно и что они оба этого хотят.

Он действовал на уровне инстинктов. За него говорила природа, на самом деле парень не понимал, как и что к чему, благо, его тело было более разумным.

Его рука потянулась к ягодицам Бейна, поглаживая и нащупывая колечко мышц. Он начал выполнять просьбу азиата. Тот тяжело вздохнул, пытаясь не сжиматься.

Шершавый, сухой палец приносил ощутимый дискомфорт, даже боль, но Магнусу это нравилось. Не потому что он был мазохистом, а потому что всё вокруг было по-настоящему.

Несмотря на медленные осторожные движения парня, Бейн тихо постанывал от неприятных ощущений, особенно, когда в него проталкивался второй и третий пальцы.

— Прекратить? — обеспокоено спросил Алек, когда друг в очередной раз прикусил его кожу на плече.

— Нет, — Магнус выдохнул, шаря рукой по тумбочке и нащупывая какой-то крем, ему стоило додуматься до этого раньше, — Смажь.

Дальше всё пошло намного легче, и боль переросла в удовольствие. Было приятно от чувства наполненности, от стимуляции комка нервов внутри и от того с каким волнением, с какой теплотой и нежностью смотрели на него голубые глаза.

Александр заменил пальцы на член, чего даже и не заметил азиат, полностью утонувший в близости с Лайтвудом.

Сегодня сбывались все его мечты, сегодня у него появились надежда и желание жить, а ещё цель и смысл этой самой жизни, полностью оправданные.

Толчки были глубокими и медленными, каждый из них вбивал Бейна в кровать и дополнялся тихими словами, сказанными прямо на ухо между беспорядочными поцелуями, оставленными по всему лицу.

— Люблю… Мой… Всегда… — Алек медленно сходил с ума, единственное, что его держало, — это глаза, карие, большие, с расширившимися от похоти зрачками, в них был весь его мир.

Александр всегда чувствовал себя более взрослым, умеющим контролировать себя во всех ситуациях, и сейчас он тоже пытался это делать, правда пытался, но контроль находился не в его руках да и не в руках Магнуса.

Всё было намного сложнее, они сами лишали друг друга сил сдерживаться, но при этом испытывали единение и неимоверное счастье.

Азиат не выдержал первым, выгибаясь и получая свой самый яркий оргазм, который даже нельзя было поставить на одну ступеньку с тем, что был у него с Камиллой или со своей правой рукой и мечтами об Алеке.

Лайтвуд излился следом, не понимая что происходит с его телом, парня всего трясло, а живот выворачивало наизнанку и наполняло безумно приятной горячей болью.

Александр покинул чужое тело и тяжело опустился подле Бейна, собирая себя по кусочкам и пытаясь вернуться в реальность.

Его сердце теперь было у другого человека, мозг отправился в свадебное путешествие куда-то очень далеко, а весь остальной организм находился в раю.

— Спасибо, Александр, — отдышавшись, сказал Магнус. Он не знал за что благодарит: за потрясающий секс, за ответные чувства, за любовь, за то, что парень показал ему, что он может быть до́рог.

Это было всё вместе, а ещё азиат готов был принести отдельную благодарность судьбе, которая их свела.

— Я люблю тебя, — ответил Лайтвуд, обнимая разгорячённое тело и целуя азиата в лоб. Из лёгких всё никак не уходил такой родной запах сандала, затуманивающий разум и преследующий его долгое время. Сердце Бейна ёкнуло и сделало радостный кульбит, но потом замерло, потому что сука реальность их наконец-то настигла. — Магнус, мне нужны ответы, что всё это, где мы?

Последний тяжело драматично вздохнул, ему точно не хватало бокала вина или чего-то покрепче, чтобы запить стресс.

— Мы в 2012-м году. Нас перенëс сюда торнадо, я так думаю, — брови Алека взлетели на лоб, исчезая под прилипшей к нему чёлкой.

— Мы когда? Что перенесло? — тупо переспросил парень, смотря на друга как на сумасшедшего.

— Можешь верить, можешь не верить, но я застрял во временной петле. Я переношусь сюда уже третий раз, а потом, когда… — азиат замялся, он не хотел говорить парню, что кого-то убивает, — А потом возвращаюсь обратно в момент перед прыжком из окна. Здесь, кажется, у меня совершенно другая жизнь, у меня была девушка, работа, учёба, здесь всё по-другому.

Александр поднялся с кровати, напрягая расслабленное тело и принялся нервно мерить комнату шагами, в его голове не укладывалось всё, хотя на что-то он получил ответ.

— Ты не один помнишь петлю, точнее предыдущей её цикл, — решил рассказать Лайтвуд, — Я подумал, что мне просто приснился сон или я сошёл с ума, но это было на самом деле. В прошлый раз после прыжка ты пропал, а Рафаэль разбился на смерть, меня отвезли в центр, в тюрьму, ко мне пришла моя сестра, и я избил сына Валентина, потому что он приставал к Иззи, потом я услышал, что ты мёртв и нашли твоё тело, и я… просто не знаю… Я захотел умереть, я бежал навстречу торнадо и увидел свет, следом очутившись в моменте перед прыжком, — Алек нахмурился, перед его глазами опять пронеслись ужасные картинки, но от осознания, что это всего лишь петля и у него есть шанс всё исправить, становилось легче.

— Прости, мне очень-очень жаль, что тебе пришлось пережить такое, — вкрадчивым голосом проговорил Бейн, подходя к парню и обнимая его сзади, утыкаясь носом между лопаток и целуя губами бледную кожу.

— Ты не виноват в этом, — грустно заметил Александр.

— Давай останемся здесь, пожалуйста, здесь так спокойно, мы сможем быть вместе, больше никто нам не помешает: ни Валентин, ни конец света. Я просто хочу быть с тобой. У нас есть шанс, — мысли Магнуса прибывали в хаусе, но все они, всё его существо желало остаться в любимых объятья, забыться и больше никогда не переживать все те ужасные мгновения: апокалипсис, потерю друзей и родителей, запрет на чувства.

Александру на секунду захотелось согласиться, наплевать на всё и выбрать счастливую жизнь здесь, но он не имел права так поступать.

— Мы не можем, Магс, мы не можем этого сделать. Там вся наша жизнь…

— Ты вся моя жизнь, — прервал его азиат, умоляя, Лайтвуд слышал в его голосе слёзы, от этого становилось невыносимо больно.

Бейн целовал его спину, прижимался к ней, просил, требовал, давил на жалость, он не мог больше потерять этого парня, а мало ли как сложится их судьба в следующем цикле петли или в настоящей жизни, в 2030 году.

— Ты тоже, но как же Рафаэль? Мы не можем его бросить. Он наш друг. А как же моя сестра и сводный брат? Как твои друзья с ребёнком, из-за которого всё это началось. Мы нужны там, Магнус, там наше место. — твёрдо сказал Алек. На азиата нахлынуло чувство вины за свой эгоизм, он и правда не думал о друзьях, только о себе, хотел только чтобы ему было лучше.

— Прости, мне стыдно, что я предложил такое, но я, просто…

— Всё хорошо, я тоже хотел бы остаться, — Александр развернулся, поднимая чужую голову за подбородок и смотря в карие глаза, — Мы все имеем шанс на счастье, но это будет несправедливо по отношению к остальным. Я обещаю, мы спасём этот грёбаный мир и будем вместе, будем счастливы. Ты мне веришь?

— Да, — Бейн верил, доверял, был готов пойти за этим человеком куда угодно, но тревога, засевшая в душе, говорила, что это пустые слова и они уже проиграли Валентину, тот обошёл их на несколько ходов.

Лайтвуд до конца не верил ещё во все эти перемещения и петли, только это пока хоть как-то объясняло весь тот бред, творившийся с ними, были, конечно, и плюсы в виде уединения и близости, но всё остальное ужасно усложняло жизнь. Оставалось выбраться отсюда и всё исправить.

— Как ты возвращался в начало? — спросил парень. Магнусу очень сильно не хотелось говорить, что именно он делал, но, похоже, выбора у него не было. Чужие глаза заставляли отвечать.