На какую-то особенную форму мазохизма.
— Ну, хотя бы попросил бы. Может, я бы и согласился, — я попытался улыбнуться, но Ричи по-прежнему оставался безучастным. Он снова поднес сигарету к губам, делая затяжку, и я представил, как буквально несколько минут назад его губ касался мой член. Многое бы отдал за возможность увидеть это. Я почувствовал, как моя кожа под одеждой стала нагреваться. Если бы я довел себя до такого состояния, если бы я кому-то решил отсосать, я бы сделал потом все возможное, чтобы кончить как можно скорее. Ричи же заводился до предельной точки, но дальше ничего не происходило. Почему он не может кончить при мне? Разве нам есть чего стесняться, после того, что произошло? Не думаю. Я посмотрел на Ричи, а потом сделал вид, что от смущения пускаю глаза, но на самом деле мне нужно было переместить взгляд на его джинсы.
Как я и думал, Ричи по-прежнему был возбужден, но вместо того, чтобы как-то решить эту проблему, самому или с моей помощью (а я бы помог), он просто стоял и курил, как будто меня тут вообще не было. Может, он, конечно, потом пойдет и подрочит или займется сексом с кем-нибудь, но… Почему он сейчас такой спокойный? Будто и не ощущает возбуждения. Я бы в таком состоянии даже стоять нормально не смог, не то чтобы курить или разговаривать с кем-то связными предложениями.
— Уверен, ты бы согласился, — Ричи выдохнул дым уголком губ, а потом, через пару секунд добавил, смотря мне прямо в глаза, — поэтому и не предложил.
— И ты не разрешил мне на себя смотреть. Почему? — я снова начал щупать те кнопки и грани Ричи, которые мне были доступны. Сердце стучало спокойно, я сбросил напряжение и как будто обновился. Несмотря на то, что Ричи делал мне так приятно, его тайны не давали мне покоя. Возможно, так приятно было именно из-за них, но что будет дальше? Я думал, я нужен ему для удовлетворения его мыслей и желаний, но не думаю, что единственным его желанием было отсосать мне. Скорее, должно было быть все наоборот.
И я хотел докопаться до правды.
— Какая тебе разница? Тебе что-то не понравилось? — Ричи лизнул кончик сигареты, и я решил снова начать действовать проверенным способом. Я сделал к нему пару шагов, заведя руки за спину.
— Понравилось. Даже очень. Наверное, у тебя много опыта?
Ричи вскинул на меня взгляд.
— На что ты намекаешь?
— На то, что я ничего о тебе не знаю, и могу делать выводы только исходя из того, что ты делаешь. Особенно в плане секса. А сосешь ты очень хорошо.
Не знаю, хорошо ли он сосал или нет на самом деле. Сравнить я мог только разве что с порно, но одно дело смотреть, другое — просто ощущать. В свой первый раз, когда эти чувства в новинку и было бы приятно в любом случае, как бы это ни сделали. Я принял равнодушное выражение лица.
— Эдди, если ты хочешь на что-то намекнуть, — Ричи сжал руку в кулак, — то лучше говори прямо.
— Почему тебе важно доставить удовольствием мне, а не себе?
Кажется, Ричи не ожидал настолько прямого вопроса в лоб. Он зажал сигарету между зубами, потом достал ее и потушил о стену.
— Тебе так хочется знать?
— Да.
— Потому что я могу управлять тобой в этот момент, а не ты мной. Могу тобой командовать и разрешать или не разрешать кончить. Могу смотреть на это, а ты ничего не можешь сделать, пока сходишь с ума от желания в моих руках. Просто эгоизм, — Ричи пожал плечами и стал мять в пальцах потухший окурок.
Признаюсь, не такого ответа я ожидал.
— А получить удовольствие самому? — я посмотрел на Ричи, но он опустил голову, снова скрывая половину лица от меня за волосами, — или ты импотент?
Мина пронеслась мимо, но чуть не оторвала мне голову. Ричи резко подлетел ко мне и схватил за шею.
— Ладно, принял, извиняюсь, но, Ричи…
— Заткнись, и не смей ничего говорить про меня, — он сжал пальцы на моей шее, а потом резко отпустил, и я закашлялся. Я не успел испугаться или почувствовать нехватку кислорода, но его перемена меня испугала. Ричи отряхнул руку, будто испачкался в чем-то, и убрал окурок себе в карман куртки, — я могу вернуть тебя в подвал и приказать отцу тебя заткнуть.
— Да, и после этого, он, наверное, погладит тебя по головке, и два дня не будет бить? — съязвил я, хотя и понимал, что мне не стоило этого делать. Ричи сузил черные глаза.
— Я не понимаю, чего ты добиваешься.
— Правды. О тебе правды. Все-таки, я в твоем плену. Выполняю то, что ты хочешь, — я откинул челку со лба, и заметил, что рука у меня немного тряслась. Не очень заметно, но все же. И кажется, Ричи тоже обратил на это внимание и хмыкнул, — наверное, я имею право знать, зачем тебе мои оргазмы.
— Потому что я ими управляю, — Ричи пожал плечами.
— А своими не можешь, что ли? — тупо спросил я, и вдруг замер. Ричи продолжал смотреть на меня. Какая-то догадка пришла мне в голову, но я тут же ее отмел. Ричи продолжал смотреть на меня, чуть сведя брови к переносице. Я видел, как у него слабо билась жилка на правом виске, и мне захотелось прикоснуться к ней и почувствовать ее биение, потому что это пока был единственный признак жизни в Ричи, — мы ходим по кругу, и ты никак не можешь рассказать мне правду. Почему? Что может случиться, если я буду знать о тебе хоть что-то? Я… — я облизал губу, и Ричи будто бы впитал в себя мой жест, — я уже не против того, чем мы занимаемся, но я просто не понимаю. Если… Тебе нужна помощь.
— Смешно слышать это от тебя, — Ричи хмыкнул.
— Я могу отказаться от твоих извращений. А силой ты меня не возьмешь, ты сам сказал, — я убрал руки в карманы толстовки, — и что ты тогда будешь делать? Подсматривать, как я дрочу и дрочить на это сам?
— Я не занимаюсь такими вещами, — выплюнул Ричи, и я тупо закивал, едва удержавшись от смеха.
— Извини, конечно! Ты же у нас святой. А эта клетка у тебя дома просто для хомяка-переростка, я угадал?
Ричи нервным жестом почесал шею. Мне захотелось уйти отсюда. Было странное чувство, как будто меня «отпустило», приход закончился, и я возвращался к своему обычному состоянию, и в этой комнате мне становилось не по себе. Она ничем не отличалась от подвала, с той лишь разницей, что здесь не было матраса.
— Это не я ее сделал. Она уже была в этом доме, когда я начал здесь жить.
— И как давно ты живешь? — спросил я, хотя не надеялся получить ответ. Ричи был не самым общительным и разговорчивым собеседником. Я обхватил себя руками и покосился на дверь, — и если честно, я хочу обратно в подвал. Да, там темно и грязно, но там есть матрас и хоть какие-то удобства, а не голая стена и решетка, будто я в фильме «Человек в железной маске», — я передернул плечами, — ты не настроен на разговор снова, и я больше не буду доставать тебя вопросами.
Я развернулся и двинулся к двери, надеясь, что Ричи меня услышал и сейчас последует за мной. Но он оставался на месте, и только когда я оказался у самой двери и уже взялся за ручку, я услышал его голос.
— Я живу здесь всего год.
Я замер и повернулся.
— И я не сооружал эту клетку. Мой отец инженер по образованию, хотя я не знаю, насколько он говорит правду, но руки у него растут из нужного места и он говорил, что построил это сам.
— Но зачем? — спросил я, и волосы у меня на руках зашевелились. Ричи пожал плечами, опустив глаза в пол.
— Ричи?
— Я не знаю, что он тут делает. Как и мать. Я не спрашиваю, потому что мне лучше не знать всей правды, потому что это страшно, и… Тут стоит звукоизоляция, — добавил Ричи, снова доставая сигарету и поднося к ней зажигалку. Я не знал, что сказать. Казалось, любые мои слова спугнут Ричи, и мне лучше пока просто молчать, хотя я уже стал догадываться обо всем сам.
— Хочешь сказать, твой отец… — я не мог выговорить это предложение целиком, — построил дом с комнатами для пыток, чтобы потом…
— Я в этом не участвую, — резко оборвал меня Ричи. Я смотрел, как он стал щелкать зажигалкой, но пламя подносил не к сигарете, а к пальцам, — если тебя это волнует. Я не по маленьким девочкам.