Над озером словно разнеслось эхо.
Послышался призрачный шепот, что у Миры волоски на руках встали дыбом.
«Тулен-меген… Туленмеген…» – слышалось в этом шепоте, в гуле ветра, в плеске волн.
Тут Мира испугалась не на шутку. Она сжала рукоять меча покрепче и собиралась уже идти к берегу, но тут что-то зашевелилось на противоположном берегу.
Туман.
Там начинал клубиться обычный туман, но Мира не могла оторвать от него глаз, словно этот туман звал ее.
– Что ты наделала… – голос деда прозвучал тихо, обреченно. Но он мигом вырвал Миру из морока.
– Дедушка, – выдохнула Мира, приходя в себя.
Дед уже подошел к ней и взял меч.
– Пойдем, – сказал он. Похоже он не собирался ругаться. – В сумерках и ночью к воде ни-ни!
Он взял ее за руку и повел к берегу. Мира пришла в себя только когда лязгнула задвижка закрывающихся ворот, и когда Данте лизнул ее ногу. Она поглядела на деда. Тот торопился, волновался, на его висках выступила испарина. Заметив пристальный взгляд Миры, он сказал:
– Твой черт унюхал меч, а?
– Да, – сказала она, скрестив руки на груди. Мира боялась, что дедушка разозлится, поэтому сама решила атаковать: – Зачем ты спрятал такой его в подвале?
– Чтобы глупые девчонки и их глупые собаки не покалечили себя, – ответил дед.
Мира не переставала удивляться – почему он не кричит и не ругается? Она сама теперь готова была провалиться под землю. Чего ей вздумалось тащиться на озеро и махать мечом? Сияние и волны, вызванные мечом, вызывали только одну догадку: меч волшебный. Но как такое возможно? Мира растревожилась не на шутку. А дедушка, напротив, будто собрался, сконцентрировался.
– Больше не спускайся в подвал, – говорил он строго, но не зло. – Прятать меч мне больше негде. Так что я тебе запрещаю туда спускаться. И брать меч. Тем более, махать им как сумасшедшая. Как у тебя вообще хватило сил удержать его?
Мира не знала. Она молча глядела на деда.
– Да впрочем, можешь не отвечать. Все-таки из нашей ты породы. С виду тонкая, да силушка есть. Ума бы еще в придачу.
– Это настоящий меч. Ты ведь тоже видел, что он мерцает?
Дед развернулся и повел ее к дому.
– Мерцает? – деланно засмеялся он. – Что ты! Тебе, наверное, привиделось. Может, солнце так в воде отразилось, а может, тебе в машине голову напекло!
Они остановились у крылечка и стали снимать обувь. Мира заметила, что дедушка старается не показывать ей лица. Он явно что-то скрывал и боялся, что Мира раскусит его.
– Ты сам его выковал? – не отставала она.
– Нет. – Ответил дед сначала, и, вдруг остановившись перед входной дверью, резко обернулся к ней с улыбкой: – То есть, да. Конечно! Откуда он, по-твоему, мог здесь взяться?
Мира плотно сжала губы. Откуда еще мог взяться меч с рубином в этой глуши она не знала. Но чувствовала, что дед ей лжет.
– Ладно, поздно уже, – сказал он. – Иди за мной, я покажу твою комнату.
6
Как только они вошли в дом, Мира порадовалась царящей здесь прохладе и сырости. Его атмосфера будто вернула ее в реальность. Там, на озере, Мира чувствовала себя так, словно у нее пропало тело. Словно она сама – как туман.
Нет. Все, что было на озере – какая-то чепуха. Наваждение. Этого не могло быть на самом деле!
Дом хоть был старым и маленьким, но даже в нем дед сумел выделить комнатку для Миры. В отличие от жуткого, темного зала, сюда проникал сумеречный свет из большого окошка. Прямо перед ним дед поставил столик с удобным креслом. Очень удачно, что рядом нашлась еще и розетка.
– Мать сказала, ты в компьютер играешь, – прохрипел дед, неловко заламывая руки. – Я ничего против не имею. Главное, мне не мешай.
Мира заметила на столе граненый стакан с садовыми цветами – их явно собрали к ее приезду.
–Я пока не буду играть – боюсь компьютер сжечь. У вас тут напряжение скачет, – сказала она, окидывая взглядом узкую кроватку, накрытую розовым, до смешного девчачьим покрывалом. – Можно вызвать электрика?
– Ишь ты какая, – дед покачал головой, и на его лице впервые появилась улыбка. – Боевая! Все разузнала, все разнюхала. Да еще и про напряжение знает! Тебе сколько лет-то сейчас?
– Тринадцать, – ответила Мира, вскидывая подбородок. Взрослые часто ошибались, обращаясь с ней, как с малышней. Мира, между прочим, к своим тринадцати годам прошла весь «Скайрим», а это вам не хухры-мухры. – Так что там с электриком?
– Завтра вызовем, – кивнул дедушка. – Ладно, пойду. Надо мне в кузнице убрать. Ты на ночь дверь запри. И гляди, чтоб твой черт… Данте… не выбежал куда.
Мира не знала, что и думать. Дедушка при встрече показался ей отшельником, обозленным тем, что в его владения столь внезапно вторглись. Но, если судить по явно недавно купленному покрывалу, по цветам в стакане, по столу у розетки – дедушка ждал, готовился к ее приезду!
Он ушел, а Мира принялась сооружать лежанку для Данте. Тот крутился рядом, помогал. В старом шкафу, дверца которого вот-вот грозила слететь с петель, Мира отыскала приличную корзину и старое одеяло. Данте, увидев на нем пятна, заворчал – приличному псу на таком спать не положено.
Мира вздохнула. Похоже, старое верблюжье одеяло достанется ей, а новенький поросячье-розовый плед – Данте. Пса это устроило. Когда он, наконец, свернулся на новенькой лежанке, Мира присела на кровать. Пружины под ее весом заскрипели.
«Всюду такой упадок, – подумала Мира. – Почему дедушка совсем не следит за домом и за берегом? Он не похож на лентяя…»
Она выглянула в окно – совсем уже стемнело, но ярко светила луна, и Мира отчетливо видела вишни, рядком росшие перед окном. Только сейчас она поняла, что не может из этой части дома поглядеть на озеро и на кузницу. А очень хотелось. Ее не покидало ощущение, что дедушка неспроста выбрал для нее эту комнату.
Вдруг тень наползла на ее лицо и Мира вскрикнула. Данте тотчас дернулся в своей лежанке. Мира чуть не задохнулась от страха – какое-то черное пятно медленно ползло прямо перед ее глазами. Она пыталась понять… Что это? Обман зрения?.. Какие-то чары?..
Тьфу ты!
Паук!
Паук полз по паутине, покрывавшей окно снаружи. Мира испугалась его тени, отброшенной в свете луны.
Она отпрянула от окна, все еще пытаясь отдышаться, и побранила себя за глупость. Включила свет. Лампа, такая же тусклая как и другие в этом доме, мерцала, действуя на нервы. Мира тихонько выругалась – чем заслужила неодобрительное ворчание Данте – погасила свет и снова уселась на кровать.
Ей до жути хотелось включить ноутбук, выйти в игровой чат и всем поделиться со своим единственным настоящим другом – игроком под ником Ниндзя_Твоей_Души – капитаном ее команды. Но нельзя, батарею нужно приберечь, на случай, если починить электричество не удастся.
Наверняка все уже волнуются, что она пропустила тренировку. Помимо чата есть еще один способ связаться – позвонить. У Миры был номер Ниндзя. Не это ли та самая экстренная ситуация?
Она завертела в руках телефон. Всего одна полоска связи и никакого намека на интернет.
«Не везет», – подумала Мира, вытягиваясь на кровати.
Оставалось только лечь спать и дожидаться завтрашнего дня. Мира лежала, глядя на тени пауков, лениво перебирающих остренькими лапками по невидимой паутине. Данте тихонько повизгивал во сне.
«Снится ли приличным псам охота?» – думала Мира, проваливаясь в сон. Теперь, после полного разочарований дня, после стольких переживаний и неудач, можно мирно уснуть.
Но мирный сон долго не продлился.
Мира рывком подскочила с кровати.
Данте лаял где-то вдалеке: то грозно, будто нападая на кого-то, то жалобно, будто кто-то нападал на него. Мира помнила – так Данте лаял, когда на него кидалась огромная злая овчарка во дворе их дома.
– Данте! Ко мне! – инстинктивно скомандовала она, не успев продрать глаза.
Вокруг царил какой-то хаос. По всей комнате метались тени.