– Слушай, я ведь не дурак, это какая-то ерунда, – парень неторопливо спускался по виляющей песчаной дороге, на которую пало так много велосипедистов и их проклятий. Стараясь избежать попадания песка в кроссовки, он мотылялся от одной обочины к другой (у той, что была выше на поворотах, вместо песка была утрамбованная земля), и продолжал рассуждать. – Я выполняю какие-то ваши задания по высшим доктринам шипперства, но фактически в каждом из воспоминаний на задачки уходит минимум времени, остальное время живу своей, хоть и в future perfect жизни.
– Хехе, а что тут такого? – девушка спокойно шла сквозь заросли высокой травы, без труда раздвигая её, что навело парня на догадку, кто может раздвигать траву в безлюдных на первый взгляд полях. – Раз уж ты понял это, может, угадаешь, зачем на самом деле здесь ты?
– Ну нееет, угадайки составлять это моя фишка, зачем её красть? Я в них вечно проигрываю!
– А ты попробуй, – улыбка провокатора не сползала с лица Баяшки.
Полуденная жара постепенно сходила на нет, а ветер, обдувающий открытое поле на их берегу Волги, позволял спокойно идти вдоль реки, обеспокоившись лишь головным убором. Впрочем, его роль прекрасно исполняла старая бейсболка, сопровождавшая парня во всех лагерях и прочих поездках.
Фыркнув, то ли от напускного недовольства упрямством собеседницы, то ли просто чтобы сплюнуть очередную пережеванную травинку, парень сорвал новую, сунул её в рот и вернулся к разговору.
– Я бы предположил, знаю какую-то тайну, о чем даже не догадываюсь, и вы пытаетесь подружиться со мной, чтобы между делом вызнать этот секрет. Дальше по всем штампам кино мне придётся психовать, что “ничего я не знаю” и “выпустите меня отсюда”, – последовала кривая усмешка. – Но это глупая реальность. Здесь всё намного сложнее настолько, что мне ни в жизнь не догадаться. Ну или прозаичнее.
– Хотя, учитывая, где я нахожусь, сложно говорить о реальности, – после небольшой паузы заметил парень с видом греческого философа. Потом, отбросив драматизм, взглянул на девушку. – Я хоть близко прошёлся с правдой? Или всё мимо?
– А из тебя классный актёр выйдет, – рассмеялась Баяша, – серьёзные роли играть будешь.
– Ну неееет!
– Опять начал отнекиваться! – полушутливо-полусурово возмутилась девушка и взъерошила волосы хмурящемуся парню. – Прими уже хоть раз хорошие вещи, которые о тебе говорят.
– Обязательно. Как только я посчитаю их хорошими для меня и ты ответишь на мой вопрос, – вывернувшись из-под ладони, будущий “актер серьёзных ролей” пробежался вперёд метра на три, развернулся и беззлобно рассмеялся. – А реакция у духов девушек в воспоминаниях так себе.
Догнав парня, Баяшка попыталась отвесить ему легкую оплеуху, чтобы не прикалывался, но ему удалось увернуться.
– Всё ещё жду ответа!
– Всё просто, ты почти попал в точку. Задания нужны, но основная цель этих путешествий – пообщаться в привычной для тебя обстановке, пусть и в прошлом. Стать друзьями, короче говоря, хоть и не принято такое говорить. Но в прошлый раз без этого всё плохо закончилось… – девушка осеклась, но тут же с воодушевлением продолжила. – В общем, как тебе наша компания?
– Предпочту на этот провокационный вопрос пока не отвечать, лучше подожду дальнейших заданий. Кстати, будут ли совместные воспоминания?
– Оооо, классная идея. Мы как-то не задумывались такое провести. Думали, все разом познакомимся уже в конце.
– Вот и хорошо, поразмыслите над этим. И да, не из недоверия, а из осторожности напоминаю, что в грядущих событиях ничего менять не стоит.
– Я помню, всё оставлю как есть, – Баяшка понимающе кивнула.
– Вот и славно, вот и хорошо. Впереди много интересного, советую смотреть внимательно, – чуть прищуренные глаза сверяют медленно опускающееся к западной кромке леса солнце с его близнецом в памяти. – Ну а сейчас я лечу навстречу одному из лучших вечеров в моей жизни.
Парень вскинул полотенце над головой и с места рванул в спринт. За ним вздымалась клубами пыль старой колеи в поле, не успевающая закрутиться вокруг подошв, которые уже мелькали в нескольких шагах от места касания. Быстрее и быстрее, только вперёд, на пределе сил, чтобы преодолеть собственный барьер скорости – барьер свободы, за которым на пару секунд можно почувствовать себя частью стихии вокруг. Раздвигаясь в стороны, воздух обдувает бегуна, готовясь принять его в свои объятия. Вот оно: порывы ветра слились в единый поток, ноги сами несут тело, а мозг пронзает чувство полёта. Только свобода и ничего кроме неё. Счастье нескольких мгновений, но ради них всегда стоит возвращаться, из любого возраста.
***
Девушка с умилением смотрела, как её новый знакомый медленно отделяется от общей массы плескавшихся на мелководье ребят и вместе с Алисой отплывает за островок зарослей, где они могут спокойно поболтать. Даже издалека было понятно, какие слова срываются с губ и какие обороты используют влюблённые…
– Какие же они милые, – послышалось за спиной наблюдавшей с обрыва девушки, – даже немного завидую им.
С удивлением обернувшись, Баяшка увидела того, кто транслировал её мысли в слова: Влад по привычке крутил в руках своё полотенце, даже не осознавая этого. Рядом с ним стояла стройная девушка с каштановыми волосами.
– Говорила же, всё у них срастётся, они вовремя встретились, – Полина стянула с макушки Влада панаму и водрузила на свою пышную шевелюру. – Хотя я не оставляю надежды устроить их встречу в будущем.
Полотенце совершило последний виток вокруг рук и скрутилось импровизированным тюрбаном на чёрных волосах парня. После чего он хитро посмотрел на Баяшку и подмигнул ей.
– Не только же ты умеешь странствовать в “бликах прошлого”, – с улыбкой обратилась к ошарашенной девушке Полина, – и не только тебе нравится смотреть на золотую кайму его дней счастья.
– Ещё увидимся, – кивнул на прощание Влад и предложил руку спутнице. Приоткрыв рот, Баяша смотрела, как они сплели пальцы, неотрывно смотрели друг другу в глаза и наконец рассыпались золотистыми искрами. Заворожённая их плавным полётом и таянием в лучах закатного солнца, девушка замерла. В воздухе витал слабый аромат духов Полины, который был единственным признаком, что произошедшее не померещилось…
Когда ей удалось сбросить оцепенение, вдалеке стали различимы силуэты двух подростков, помогавшим вожатым подготовить всё для вечернего костра. К ним уже подходили смущённые Алиса и её парень (по совместительству кандидат в Змеешип). Хозяйствующая парочка с плохо скрываемыми ухмылками поприветствовала их. Пока девушки обнимались, Влад подмигнул другу ровно также, как несколько минут назад Баяше, и они стукнулись кулак о кулак. Притягивая для обнимашек парня, Полина шепнула ему “Молодец, что признался ей! Рада, что вы вместе”. Улыбнувшись в ответ, тот высвободился и стал помогать ребятам складывать дрова.
Когда костёр разгорелся, стал подтягиваться народ с берега, с окрестности, где все бродили последние часы. Близилось самое тёмное время летней ночи и его стоило потратить с пользой. Полина вытащила гитару и, взяв на пробу пару аккордов, затянула первую песню. Известные чуть ли не каждому, лагерные песни тянулись одна за другой, все ребята подпевали, и только Ваня в своём извечном одиночестве молча стоял на границе темноты и света костра и безотрывно смотрел в пляшущее пламя, будто мог прочесть в нём свою дальнейшую судьбу. Словно убедившись в чём-то, одиночка моргнул дважды, оглядел собравшихся, одобрительно кивнул другу, сидевшему рядом с Алисой, и… растворился в снопе зелёных искр, неслышно осыпавшихся на покрытую ночной росой траву. На его месте остался стоять Ванёк, но в его взгляде больше не читалось тяжести многолетнего уединения юноши, лишь задумчивость подростка, которому ещё многое предстояло пережить.