- Да, точно, - время от времени.

Римус проверял свой список книг - ему нужно было вернуть несколько, и проверить ещё парочку, чтобы закончить своё эссе по Трансфигурации.

Марлин села рядом с ним в своей красной форме и потянулась за чаем.

- Ну что, - обратилась она к Римусу, - как вчера всё прошло?

- М? - он поднял взгляд от пергамента. - Вчера?

- Вы с Лили, в Хогсмиде! - она очень понимающе ему улыбалась. - Она ничего нам не рассказывает, значит, всё прошло хорошо.

- Ты вообще о чём?!

- Да, - с любопытством поднял голову Сириус. - О чём ты вообще, Маккиннон?

- Он вам не рассказал? - она невинно положила сахар в свою чашку. - Римус с Лили вчера ходили на свидание.

- Что?! - одновременно воскликнули Джеймс, Сириус и Римус. Сириус начал смеяться.

- Лунатик - на свидание?!

- С Эванс?! - Джеймс был в ужасе.

- Чтоб меня! - выдохнул Питер.

- Это было не свидание! - Римус ударил рукой по столу, опуская перо. Когда он произнёс эти слова вслух, у него что-то оборвалось внутри - это, что, правда, было свидание? И как он должен был об этом узнать, если люди вот так вот просто набрасывались на него?! Он отчаянно посмотрел на Джеймса. - Но мне не нравится Лили, мы просто друзья!

- Да… я знаю, друг, - сказал Джеймс, хотя Римус решил, что тот не звучал очень уверенно. - Всё нормально. Я… увидимся после тренировки.

Ни секунды не медля, Джеймс поднялся и ушёл из-за стола. Сириус смотрел ему вслед пару секунд, затем перевёл взгляд на Римуса, затем снова на Джеймса, потом беспомощно пожал плечами и поспешил за своим другом из зала. Питер ушёл вскоре после них. Римус уронил голову на стол и застонал.

- Вау, прости, Римус, - очень тихо сказала Марлин. - Я не знала. Эм… значит, она, правда, нравится Джеймсу?

Римус снова застонал, взял свои вещи и встал из-за стола.

- Я пошёл в библиотеку, - бросил он, не встречаясь с ней взглядом.

***

Правда, он не пошёл в библиотеку, вдруг Марлин решила бы пойти за ним или - ещё хуже - сказала бы Мэри и Лили, где он был. Впервые со второго года Римус ушёл прятаться.

Проблема заключалась в том, что он значительно увеличился в размере со второго года. Теперь большинство его углублений и выступов стали слишком маленькими для него. В конце концов, он уселся за статуей старой ведьмы с горбом, прямо в тоннеле, ведущему к Ханидьюкам. Внутри было темно, и он зажёг свою палочку. Слабый запах шоколада его очень успокаивал.

Он попытался читать, но его мозг отказывался концентрироваться - по всей видимости, он хотел лишь проигрывать поход в Хогсмид снова и снова. Может, Лили сказала что-то, что он упустил? Может, ему нужно было следить за языком ее тела? Она давала ему намёки? Понял бы их Джеймс? А Сириус? Это было так несправедливо, горько подумал про себя Римус. Лили была таким хорошим другом, почему она хотела испортить это всё чувствами, и держанием за руки, и поцелуями?!

Он очень надеялся, что ему не придётся говорить с ней об этом. Может, ей было так же стыдно, как и ему. Но что было хуже всего - что, если Джеймс больше никогда не будет с ним разговаривать? Он не знал, как ему объяснить, что он не смотрел на Лили в этом плане - не тогда, когда все остальные в их году, похоже, были одержимы тем, чтобы найти себе пару.

Может, ему стоило поцеловаться с Марлин, когда она предлагала в ноябре. Интересно, оставили бы его все в покое, если бы он уже разделался с этим? Тебе придётся начать целоваться с девчонками когда-то, сказал он себе. Все целуются - это нормально. Но не с Лили - он не мог так поступить с Джеймсом. Вообще-то, решил Римус, наверняка именно по этой причине ему совсем не нравилась Лили - потому что без этого она была невероятно красивой, забавной, доброй и умной - и лучше его в Чарах. Лили была именно той девушкой, которая могла бы понравиться Римусу, он был в этом уверен, просто его дружба с Джеймсом значила для него гораздо больше.

Чувствуя себя очень возвышенным и самоотверженным, Римус вылез из своего укрытия. Он пошёл в сторону ближайшей лестницы, планируя пойти на поле и успеть поймать последние минуты тренировки. После этого он предложит сделать что-нибудь хорошее для Джеймса - проверить его эссе по истории или ещё что-нибудь. Да, после этого в мире снова всё станет правильно.

Но как однажды сказали Римусу, самые лучшие планы зачастую срываются. Он был почти внизу главной лестницы - перепрыгивая через три ступеньки за раз, просто потому что он мог - и даже не смотрел, куда идёт, когда лоб в лоб столкнулся с кем-то, кто поднимался по лестнице.

- Смотри, куда идёшь, грязнокровка, - фыркнул Северус Снейп и быстро поднялся на ноги, зыркая на Римуса. Римус цокнул.

- Отвали, Нюниус. Я такой же полукровка, как и ты.

- У нас с тобой нет ничего общего, я тебя уверяю, - высокомерно ответил Снейп, поправляя свою мантию.

- Ну да, если ты говоришь о стандартах личной гигиены…

- Осторожно, полоумный Люпин, - Снейп прищурил свои блестящие глаза. - Не скажи что-нибудь, о чём потом пожалеешь.

- Ой, отъебись, - нетерпеливо ответил Римус и сделал шаг вперёд. - У меня нет на это времени, либо прокляни меня сейчас, либо уйди с дороги.

Снейп сразу отступил в сторону и сделал приглашающий жест рукой, показывая, что он может идти. Это совсем не вызывало доверия, но Римус не мог беспокоиться об этом сейчас и продолжил свой путь.

========== Четвёртый год: Февраль (Часть 1) ==========

Джеймс Поттер был гораздо более сложным человеком, чем казался на первый взгляд.

Снаружи он был счастливым, уверенным в себе, обычно добрым (пусть и немного высокомерным) и в целом популярным в своих кругах. Он получал много отработок, да, но также он получал хорошие оценки, и большинство учителей до сих пор довольно тепло к нему относились. От своей позиции в команде по квиддичу он брал всё возможное - всегда намеренно взъерошивал свои волосы, будто только что закончил летать, и надевал свою красную форму при любой возможности. Но никто не мог сказать, что он этого не заслужил - нужно было только раз увидеть, как он играет, чтобы знать, что его уверенность в себе взялась не с пустого места.

И превыше всего - Джеймс Поттер был любим. Его родители баловали его и вкладывали в него уверенность, что для него не существовало ничего невозможного; что ни одна дверь никогда не будет для него закрыта. Сириус, Римус и Питер равнялись на него, считали его лидером практически в любом деле, и в общем и целом, в школе им восхищались все, кто имел значение, а все остальные ему завидовали.

Конечно, все, кроме Лили Эванс. Она была той ниткой, которая путала всё в его жизни. Он рос, окружённый любовью - ему легко всё давалось, и он беспечно всё принимал - поэтому ему было трудно принять, что он мог не понравиться человеку, который нравился ему. Именно поэтому он вёл себя как идиот, когда Лили была поблизости, и именно поэтому он перестал разговаривать с Римусом на целую неделю в феврале 1975 года.

Он не пытался привлечь к себе внимание, не делал этого нарочно - Римус достаточно хорошо знал Джеймса, чтобы это понимать. Просто дело было в том, что его чувства были ранены, и - как человек, чьи чувства редко были ранены - он не знал, как с этим справляться. Сириус хотя бы взрывался потоком эмоций, когда его что-то бесило, а это было быстро решаемо. Питер бы просто хандрил, а Римус бы просто, скорее всего, накинулся с кулаками. А Джеймс просто становился тихим.

- Он не злится на тебя, - объяснил ему Сириус одним вечером после того, как Джеймс лёг спать, как только в комнату вошёл Римус. - Ему просто жалко себя.

- Но он же верит мне, да? - тревожно спросил Римус. - Я, правда, не знал, что это было свидание, мне не нравится Лили в этом плане!

- Ну… мне кажется, он не думает, что ты врёшь, но… вы с Эванс довольно близки, да? Вы всегда ходите вместе.

- Мы друзья, - возмущённо выдохнул Римус. - Я и с Марлин и Мэри тоже хожу, но никто же не думает, что мы встречаемся!