Озаряя путь карманным фонариком, Галя прокралась к стеллажам. Тишина. Темнота. Вкусный запах корешков и страниц. Книги спали, набирались сил перед новым трудоднём. Галя пристроила Сенечку в пустой цветочный горшок, чтоб со страху не удрал, и начала хозяйничать.
Полетели с полок разбуженные книжки. Сначала – старинные сказки всех мастей, потом – сборники современных авторов. К двери увесистую стопку Галя еле дотащила. Лесенка получилась кривоватой. Разноформатные томики укладываться не хотели, упирались – где это видано, чтобы добропорядочными изданиями, которые читателям верой и правдой много лет служат, как детскими кубиками играли?!
На вершину конструкции искательница приключений водрузила недовольного Сенечку. Отойдя на несколько шагов, закрыла глаза и представила Бабу-ягу. Какая она? Сразу вспомнился неподражаемый Григорий Милляр из фильма «Морозко». Маленькой Галя удивлялась – как дяденька мог так здорово старую колдунью сыграть? Потом решила, что Георгий Францевич просто талантливый, ну и гримёры с костюмерами постарались… Так. Ступа, помело, нога костяная, нос в потолок врос…
– Баба-яга, приди!
Библиотека ответила молчанием. «Обманула Князева! А в понедельник смеяться будет! Вот я дурёха! Решила, что Яга прибежит, теряя тапки? Или что там у неё? Лапти?..» – от досады Галя больно хлопнула себя по коленке. Сенечка косился с укором: «И ради этого ты тащила меня через непроглядную темень?»
Галя шумно вздохнула, взяла на руки шиншиллу и пошла осматривать библиотеку. Любопытство боролось со страхом, и первое, к неудовольствию Сенечки, победило.
«Кого тут бояться? – рассуждала девочка. – Это же не заброшенный замок, где привидения хозяйничают, не старинные развалины. Библиотека – место доброе». Доброе, но ночью в читальном зале корчились на полу тени, а цветок в горшке стал вдруг живым и от этого жутким. Не вовремя вспомнилась история про женщину в сером платье и шляпке с вуалью, что возникла из воздуха посреди читального зала и перепугала посетителей библиотеки штата Индиана в 1937 году. Из США мысли перенесли в Екатеринбург, где в помещении детской библиотеки № 5 поселилось беспокойное существо. В старинном особнячке, построенном ещё до революции богачом Фёдром Ошурковым, владельцем Уральского химического завода, по ночам кто-то будил старинный рояль, а иногда топотал по лестницам и хихикал. Дальше – Пенсильвания и призрак красавицы Аманды Бальф, который охранял роскошную коллекцию книг и огромные ильмовые деревья, посаженные перед библиотекой.
Галя поёжилась. Мда, про такие истории лучше читать, забравшись с ногами в кресло, когда на кухне мама готовит вкусное, а за стенкой бабушка напевает под нос, довязывая носок или шарфик…
Дождь тоскливо выстукивал сообщения по подоконнику. Вздыхали деревья. Почудилось, что к шуму за окном прибавились какие-то тревожные звуки. Скрипнула доска, зашуршали бумаги на столе Лидии Сергеевны. Крякнул старый каталог.
«Перестань! Здесь никого нет! Это твоя фантазия!» – Галя сильнее прижала к себе Сенечку. Свет фонаря заплясал по стенам, выхватывая то один стеллаж, то другой. «Ужастики надо меньше смотреть! Всё, как вернусь, диски Пашке отдам. А если не вернусь?..» Сердце запрыгало испуганным зайчишкой. «И зачем только впуталась во всё это? Лучше бы взяла у Лидии Сергеевны ещё книжек и читала бы спокойно, уму-разуму набиралась. Его мне, похоже, не хватает». Половицы вздыхали, как живые. В перекрытиях сверху что-то скреблось и шуршало. Или кто-то?..
Проходя мимо компьютерного класса, девочка не удержалась и заглянула внутрь. Три парты, квадраты мониторов. Стулья на колёсиках с удобными спинками. У Гали зашевелились волосы на макушке: один из мониторов горел синим. За ним словно сидел кто-то невидимый. Повернул голову и недовольно глядел на незваную гостью – зачем побеспокоила? Галя захлопнула дверь. Что искал в интернете невидимый геймер? Лучше не знать…
На каждом углу мерещились монстры. Кто притаился за стеллажом? Швабра с ведром или тощая лохматая ведьма? Фонарик дрожал в руке. Галя вернулась к своей лесенке. Потянулась к верхней книжке. Открыла. «Послышался в лесу страшный шум: деревья трещали, сухие листья хрустели; выехала из лесу Баба-яга – в ступе едет, пестом погоняет, помелом след заметает. Подъехала к воротам, остановилась и, обнюхав вокруг себя, закричала: "Фу-фу! Русским духом пахнет! Кто здесь?"» Знакомая сказка – «Василиса Прекрасная». «Интересно… – задумалась девочка. – А что такое песто? Тесто – знаю, а песто – нет. Надо будет в словаре посмотреть».
В окно скреблись ветки старого тополя. Проехала машина. Вздрогнуло стекло в раме. Галя прислушалась, и за шиворот будто горсть муравьёв насыпали. Они разбежались, противно перебирая холодными лапками. За стеной кто-то шёл.
«Вот тебе раз! Довызывалась!» Васюкина забилась в угол и даже дышать перестала. Шаги раздавались ближе. Стало жутко до липких ладошек.
И тут прямо над ухом раздалось: «Бу!»
Галя задрала голову. Над ней нависала всклокоченная женская фигура в платье до пят. Вытянув руки вперёд, нашаривала перед собой скрюченными пальцами. Галя завизжала так, что уши заложило. Схватила отчаянно верещавшего Сеню, развалила книжную лестницу, налетела на дверь. Вывалилась в ноябрьскую ночь, зачерпнула в лёгкие сырого воздуха, закашлялась и без оглядки понеслась по улице, надеясь, что в спину не вцепится когтистая рука…
Глава 3
Ноябрь заливался дождём, словно капризная царевна Несмеяна слезами. По утрам пахло прелым листом и сырым городским предзимьем. Субботним утром сотрудница московской редакции Лена, а по совместительству книжная волшебница – библиоведьма, отправилась в салон красоты – давно хотела маникюр с лисичкой. Мастерица колдовала долго, но работа получилась – высший класс! На обратном пути девушка украдкой любовалась очаровательной хитрой мордочкой. Купила клубничный рожок – сладкое воспоминание о лете, когда грелась под ласковым средиземноморским солнцем. Втягивалась потом в работу медленно, как объевшаяся черепаха в панцирь. Хрумкнула вафлей и направилась к подъезду. Дома заждался усатый приятель и библиоведьмин спутник – говорящий кот Сан Саныч. Стоило ключ повернуть, как из квартиры послышался нетерпеливый мяв. Кот сидеть в одиночестве не любил. Когда хозяйка задерживалась – переживал и бродил по квартире неприкаянной чёрной тенью.
– Привет, дружище! – она погладила кота, и тот довольно прикрыл глазищи.
Лена включила ноутбук. Сан Саныч устроился рядом. Не успела девушка зайти на любимый сайт с литературными новостями, как подружка Татьяна из Лаврентьевска по скайпу затрезвонила. Вообще-то рыжая выпускница Института магического библиоведения была Тихомирой Кресиборовной. Но профессора давно решили – все книжные маги, которые в библиотеках в мире людей работают или практику проходят, должны себе другие имена брать. Для человеческого уха привычные. Так Тихомира стала Татьяной.
– Привет! – Тихомира улыбнулась и помахала ладошкой. Её спутница – упитанная говорящая крыса Маргарита Карловна – приветливо клюнула экран усатой мордой.
– Здравствуй, Танюш! Как у вас дела?
– Да вот, осталась, как тот самый мушкетёр, – одна за всех! Директора нашей библиотеки Анну Сергеевну и коллегу Наташеньку хворь какая-то одолела – температура, голос пропал. По домам сидят, лечатся. Я теперь и мероприятия провожу, и книжки выдаю-собираю, а ещё отчёты в Центральную библиотеку шлю. У нас сама знаешь, какое начальство строгое, – не забалуешь! – Тихомира потрясла кулачком.
– Справишься! Ты же самая талантливая библиоведьма на свете! Как там книгохваты и человеки зелёные? Не беспокоят?
– Да какое там! Книговой Беримир дело знает! У нас даже тараканы перевелись. Так что в Лаврентьевске тишь, гладь и благодать! Чего в Москве новенького?
– Ни-че-го. Погода скверная. Хмарь и серость. Утром темень, вечером темень. Окуклиться хочу до весны, как гусеница. И соскучилась я по вам невозможно!