— Хогвартс, я предлагаю тебе свою кровь в качестве Разрыва, — сказала она по-латыни.
Ветер свистел у них под ногами, когда древний замок зашевелился. Пламя поднялось еще выше, и воздух начал завывать, раздувая длинный плащ Гермионы вокруг ее ног. Елена шагнула вперед, к точке треугольника, ближайшей к двери.
— Отпусти меня, — отчаянно прошептала призрак огромному чувству пробуждения вокруг них. Это не было частью заклинания, но магия была так же движима намерением, как и чем-либо еще. Это не будет лишним.
В ответ огромный каменный пол треснул, Гермиона, Елена, Гарри и пылающий треугольник с одной стороны, остальные собравшиеся массы — с другой.
— Гермиона, — крикнул Гарри, перекрикивая общий шум, — это должно было случиться?
Но она не могла ответить. Как только он закончил говорить, камни начали падать с потолка и подниматься, стремительные и безумные, вверх из трещины все сразу, разлетаясь во все стороны. А потом пол задрожал, а вместе с ним и стены. Крики пронзили шум снаружи.
Профессор МакГонагалл шагнула вперед, подняв палочку.
— Мисс Грейнджер! — закричала она, в панике возвращаясь к прежнему имени Гермионы. — Я думаю, этого достаточно.
Гермиона, борясь за то, чтобы удержать заклинание щита и сотворить великое заклинание, на мгновение погрузилась в свою магическую работу, расплетая старые нити, преследуя их. Она блокировала все вокруг себя.
Замок сопротивлялся порезу, который она нанесла своей магией, брыкаясь в ее хватке, как дикий зверь, бегущий одной ногой в сломанной ловушке. Но Гермиона не была сломлена, и она схватила его волю своей собственной.
«Я принесла тебе кое-что получше», — подумала она, стоя на коленях от боли и напряжения. Нелегкое это дело. Слушать.
— Сейчас, — крикнула она, ее голос скользнул мимо летящих камней и пригнулся, чтобы избежать криков и воплей других, и звучал, низкий и успокаивающий в каждом ухе.
Сначала один голос, потом еще десять, потом все ученики и учителя читали вслух заклинание, которое она написала для них. По правде говоря, это было скорее подношение, чем заклинание, поскольку в замке было достаточно собственной магии, чтобы отразить все, что ему навязывали.
Как один, сотни голосов стояли за себя и за тех, кто последует за ними, но этого, казалось, было недостаточно. Уже совсем стемнело, и замок сопротивлялся. Факелы гасли один за другим. Но большинство студентов уже знали эти слова, и они продолжали следовать ее приказу.
Затем, как по команде, Гарри шагнул вперед к третьей точке треугольника, который она нарисовала на полу, и внезапно у Гермионы появились силы, чтобы продолжать идти. Мастер Смерти, хотя и делает вид, что это не так.
Гермиона сосредоточила всю свою оставшуюся силу на преподавателях и студентах, которые ахнули как один, когда пергамент порезал их руки, а затем кровь потекла по трещинам и превратилась в огонь. Он полыхал все выше и выше, до самого потолка, в десяти метрах над ее головой.
Гермиона позволила Философскому камню упасть в центр пламени. Сам огонь скрывал ее от посторонних глаз. Камень был весь в крови, в крови Тома Риддла. Она использовала половину флакона, чтобы создать ловец души, и сохранила половину для этого. Если это не сработает, она, скорее всего, не узнает, пока сама не умрет.
— Ох, — тихо произнесла Елена, когда последний пергамент засветился, и она шагнула в никуда.
Когда Гермиона опустилась на колени, чтобы начертить последнюю руну и закончить ритуал, высокий парень в хогвартской форме появился в воздухе из того самого места, где исчезла Елена. На мгновение он засиял золотистым светом, ярким и прекрасным в полутемном зале. Свет исчез, когда он растерянно огляделся вокруг, а затем упал на землю и начал кричать.
Она застыла, ее руки дрожали. Ее самые смелые мечты, самые глубокие желания сбылись. А теперь осталась только разобраться реальностью.
— Что я наделала? — прошептала она, и Гарри ахнул, узнав его.
Заклинание начало ускользать от нее, замок задрожал, и она заставила себя нарисовать последнюю руну, ее зрение затуманилось от слез. Она прошептала заклинание, чтобы вызвать его, запечатывая обещание, и все вокруг них, казалось, успокоилось. Камни вернулись на прежнее место, трещина в полу затянулась, и огонь угас, превратившись в пепел.
Она стояла на коленях, слишком уставшая, чтобы встать. Крики Тома Риддла сотрясали ее мозг. Она смутно ощущала вокруг себя суматоху, студентов уводили спать, а Гарри взял на себя ответственность.
— Гермиона Грейнджер-Дирборн, — сказал он, стоя над ней, когда Том замолчал, оказавшись связанным на носилках. — Вы арестованы за… за некромантию и… поддержку лорда Волдеморта.
Она кивнула, поднимаясь на ноги. Его зеленые глаза были жесткими и холодными, и это прожигало ее, но не настолько, чтобы остановить осознание, поющее в ее венах.
Он вернулся. Она сделала это, сделала невозможное, и он вернулся.
— Мне нужно надеть на тебя наручники, — сказал Гарри, и в его голосе послышался слабый намек на извинение.
Она протянула руки, но наручники не сомкнулись вокруг.
— Прекратить, — яростно приказал он. Теперь здесь были и другие авроры, и они вынесли Тома через дверь.
— Это не я. У меня дипломатический иммунитет. Все в порядке. Я пойду добровольно, Гарри. Куда вы его отправили?
— Азкабан, — мрачно ответил он. — Именно туда, по случайному совпадению, я тебя и везу.
Комментарий к Отказаться от призрака
Ну как вам, ваши ставки сыграли? Гермиона уже давно затеяла большую игру, умело убрав с пути Рона, чего-то постоянно подозревающего) Она поставила ловушку еще тогда, по прибытию в замок, когда Дамблдор ей доверял. Она продумала все до мельчайших деталей. И она снова верит в него. Верит в его душу. Хоть и немного напитала ее чувствами, которых его лишили. Интересно, к чему это все приведет? И не будет ли весь ее план провальным? К тому же, как выбрать из Азкабана? Две новый главы будут уже завтра.
А пока. МЕГА-СУПЕР-КРУТАЯ новость! По стечению обстоятельств я увидела, что одна из замечательных художниц, которая рисует прекрасные арты к фанфикам и вообще ко Вселенной Гарри Поттера, подписана на мой Телеграм. А сегодня утром я проснулась с широкой улыбкой на лице, потому что она сама мне написала! Я была в таком диком восторге, когда увидела ЧТО она мне прислала. Это арт к нашей замечательной работе, о котором я даже не просила. Но история и перевод ее вдохновили.
Поэтому, срочно бежим в Instagram @elisasannikova.art (заходим в сториз) или бежим в TikTok на такой же ник, где есть анимация с артом по ТОМУ РИДДЛУ! Он именно такой, каким я себе его представляла. Кстати, если вы не знакомы с ней, то она создает арты к замечательному автору @cup.of.madness. Если вы хотите скачать работу в хорошем качестве, то переходите в мой Telegram-канальчик @unspherethestars.
========== Выйти сухим из воды ==========
Я по-прежнему люблю тебя, люблю всем сердцем. Я не могу подарить тебе мою любовь, но иногда она мешает мне дышать. До сих пор мое сердце погружается иногда в печаль, в которой без тебя нет ни звезд, ни смеха, ни покоя.
Грегори Дэвид Робертс, «Шантарам»
За эти годы Гермиона провела много мрачных ночей в странных местах. И пока она сидела в камере, то вспомнила те пять дней в магловской тюрьме в Мали, которые были самыми худшими.
Она была застигнута врасплох внезапным разоблачением магии. Но могла бы избежать рейда или самой тюрьмы (ведь у нее хватило духу спрятать палочку в волосах, как заколку), но так она подтвердила бы, что является ведьмой. Поэтому она просто осталась запертой в клетке с десятью другими женщинами. Среди них была беременная, которую постоянно тошнило. Вокруг на нее давила жара и запах немытых тел, включая ее собственное. И везде были крысы. Разум тогда не воспринимал боль, но хорошо запомнил тех крыс. В конце концов, она сбежала во время удачно спланированной атаки мятежников.
Таким был ее опыт пребывания в тюрьмах вплоть до момента, когда ее лучший друг бросил ее в камеру в Азкабане. Ветер здесь не просто свистел, а пытался содрать с нее кожу и велел ей, все еще в холодном поту от шока и ярости, оставаться на месте.
