Была ли она на самом деле лояльным советским солдатом, который жаждал чего-то большего, подумала Гермиона, или все это было притворством?

— Хогвартс — это… это больше, чем я могу тебе рассказать. Замок полный тайн, которые раскрываются, когда они больше всего нужны, а иногда и когда ты действительно не хочешь этого. Лестница, по которой ты поднималась тысячу раз, однажды приведет тебя в новое место, если ты опоздаешь. В Большом зале потолок похож на ночное небо. Днем он покрыт созвездиями, которых мы не видим в северном полушарии.

— Чему там учат?

— Основным дисциплинам магии, таким как Трансфигурация, Чары, Зелья… О, еще рассказывают о флоре и фауне волшебного мира. Учат перемещением, как полетам, так и аппарации.

Катя нахмурилась и сделала большой глоток вина.

— Разве эти волшебники не имеют неестественного и несправедливого превосходства над большинством людей?

— Возможно, это несправедливо, но магия не противоестественна.

— Мы полагаем, что это так, — сказала Катя, указывая на вторую бутылку.

— Возможно, это произойдет однажды, но со всеми доступными вашему государству технологиями и мощью, не кажется ли тебе, что сейчас это менее актуально?

Это было умно, потому что такой ответ льстил, а не начинал спор, и женщина ей улыбнулась.

— Возможно, но такая ведьма, как ты, рождается с неестественной властью над человеком без нее. Это создает классовую систему, в которой маги неестественно возвышены. Здесь мы либо используем это для продвижения дела, либо умираем.

Что-то в ее тоне заставило Гермиону задуматься, не была ли эта женщина охотницей на ведьм. Но там, где подростковая версия ее самой могла бы ринуться в бой, испуганная и готовая бороться, взрослая — уселась поудобнее, чтобы все обдумать.

— Магией, — сказала она через некоторое время, — здесь пользоваться труднее. Вы никогда не замечали?

— Так и есть, — ответила женщина, гордая и грустная. Женщина, которая жаждала большего и ненавидела себя за это. Женщина, которая убивала себе подобных, но хотела знать, на что они похожи. — Мы уже много лет уничтожаем источник неравенства.

Гермиона молча слушала, как женщина описывала шаги, предпринятые спецотделом советской разведки, чтобы окончательно покончить с опасным, неестественным сорняком магии и волшебных детей. Она чувствовала себя поразительно трезвой, несмотря на выпитое вино, хотя на самом деле большую его часть она бесцельно выпивала, чтобы сохранить ясность в голове.

Землю, которая была полна дикой и необычайной магии, теперь задушили: сначала религией, а затем новой, серой формой коллективного поклонения.

***

Наконец, разговор подошел к концу, и когда Гермиона оплатила счет и вымогательскую взятку, Катя дала ей то, за чем она пришла: инструкцию о встрече с человеком, у которого было перо жар-птицы.

— Кстати, — спросила Гермиона, когда они вышли из ресторана, — тот человек, который рассказал тебе о Хогвартсе. Как его звали?

— Он называл себя Лордом Волдемортом,— нахмурилась Катя. — Он прибыл к нам в поисках знаний о древней магии. Мы показали ему, как мы ее уничтожаем.

— Спасибо, — хрипло сказала Гермиона и попыталась улыбнуться. — Уверена, что это было очень мудро.

Это была опасность, которую она не предвидела, и Гермиона чувствовала, что не влияет на происходящее, пока ее мировоззрение перевернулось.

***

С другими ингредиентами было сложнее. Гермиона путешествовала по потайным уголкам мира, чтобы собрать их, по ходу обучаясь. Временами это казалось невыполнимой, самонадеянной миссией, и она была близка к тому, чтобы сдаться.

Но воспоминание о надеждах Сердика и ее собственном стремлении увидеть Гарри и свою семью подталкивало ее. Жгучее чувство цели, которое начиналось как смутное желание сделать что-то хорошее в мире, постепенно формировалось в план чего-то большего.

***

Первая их попытка оказалась неудачной. Они растопили дыру в котле, а содержимое просочилось на каменный пол алхимической комнаты под замком. Пятно не сходило и слабо отдавало кровью.

***

Вторая, много месяцев спустя, не была такой.

Это был экстраординарный момент, о котором она будет вспоминать на протяжении многих лет, особенно в те дни, когда будет сомневаться в собственной силе и стремлении.

Камень создавался как зелье, составленное из ста сотен ингредиентов со всего земного шара. Она знала, что это было правильно, так же уверенно, как и знала, что она была магией, когда Сердик добавил флакон с тремя слезами феникса, и содержимое котла задрожало, замерцало и превратилось в чистый, сияющий белый, золотой дым, пахнущий как первое дыхание весны и последний бриз лета.

— Все готово, — прошептала она, едва смея в это поверить.

Она вспомнила дни, когда потела, поднимаясь в горы, рискуя тюремным заключением за контрабанду дорогих и защищенных ингредиентов из Японии; когда захватила членов свирепого племени пикси в призрачных руинах на шотландской границе; когда нашла новые способы сохранить травы, цветы и листья, пока путешествовала.

— Это превратит любой металл в золото, — сказал Сердик. — Но я так и не нашел следующего шага, пока не появилась ты, Гермиона. Добавь его и давайте посмотрим, сделали ли мы все, что задумали.

Она глубоко вздохнула.

— Ты уверен? Ты потратил всю свою жизнь, пытаясь сделать его, думаю, это должен сделать ты.

Вместо ответа он подошел к тщательно охраняемому шкафу в глубине старинной мастерской, открыл его и достал коробку с золотым яблоком, которое она ему отдала.

Второе было спрятано — и это был вопрос, на который она еще не нашла ответ.

Он открыл коробку и протянул ей яблоко. Даже в тусклом свете свечей алхимической мастерской оно излучало свое собственное неземное сияние, обещая вечную жизнь и силу. Обещая бессмертие, которым она собиралась пожертвовать.

В мастерской было тихо, даже огонь казался тише, как ветер перед бурей или молчаливая толпа перед стартовым пистолетом на Олимпийских играх. Мгновение, выбор, который растянулся, растянулся до того…

… пока она не забрала яблоко и, прежде чем успела подумать об этом, осторожно опустила то в зелье.

***

Ничего не происходило, пока они смотрели вниз на гладкую белую поверхность, золотые завитки поднимались вместе с небесным ароматом. Ничего не происходило, а потом это случилось.

Поверхность закипела, и Гермиона отскочила назад, потянув за собой Сердика, за долю секунды до взрыва. На мгновение мир стал золотым, словно в тумане, жарче, чем вершина вулкана, на который она смотрела два месяца назад, пытаясь поймать редкую ящерицу. Жарко, свирепо и страшно. Рабочий стол раскололся и загорелся, прогнувшись, когда котел раскололся, а ее сердце замерло. Газовый шар стал ярко-белым, и она закрыла глаза, скрываясь от его разрушительного блеска.

Неправильно, неправильно, неправильно — она все испортила и зря потратила самые редкие ингредиенты на земле. Крик застрял у нее в горле, рвался наружу, не выходя, все дальше и дальше, безмолвный, болезненный и бесконечный.

Затем огромная белая масса отступила обратно, став рубиново-красной перед тем, как взорвалась. «Так рождаются звезды», — в отчаянии подумала она.

И… и… и…

… так это и было. Обжигающий жар исчез так же быстро, как и появился, оставив после себя кроваво-красный камень размером не больше ладони.

Рядом с ней Сердик опустился на колени, и она опустилась с ним, обнимая его, пока они плакали вместе.

Комментарий к Возрождение

А вот и любимая Россия! Обожаю Гермиону, она невероятная, особенно в этой истории. И мы приблизились к тому, как она окажется дома и разговор из Москвы еще раз подтолкнул ее на мысль, что она хочет создать свое безопасное место, где могла бы обучать будущих магов. Думаю, все это сыграли свою роль.

========== От переводчика. О фильме и расписании ==========

Мои дорогие читатели!

Я знаю, что завалила 10-дневный марафон некоторыми паузами. Но скажу сразу. На каждую паузу есть своя причина, мой загруз на работе, и надеюсь на ваше понимание, а за поддержку в комментариях “спасибо” (прошу дочитать до конца, там инфа по фильму).