- Падре Маурисьо и Диего Коста.

   - Как?! - вскочила со стула Вера и заставила полицейского и судью одновременно отпрянуть назад. - За что падре?! Он здесь ни при чём! Кончита - кошка, поэтому так реагирует на собак и волков!

   - Соледад была его воспитанницей, - на грани потери терпения объяснила Марисоль и потянула Веру за руку из кабинета подальше. - она могла рассказать о чём-то...

   - Да о чём?!

   - О том, как с ними обращались в приюте, например.

   - Да это неправда! Все вокруг твердят, а ты как будто оглохла!

   - А где он был во время всех убийств? У него есть алиби? То-то.

   - Вообще-то алиби есть, - спокойным, но несколько скорбным голосом ответил падре Маурисьо из-за решётки - мать и дочь как раз шли мимо КПЗ. - Кончита может всё подтвердить.

   - Вот именно! - Базилио совсем запыхался, догоняя женщин. - Я ей только что позвонил, она сейчас подойдёт. Скоро вы можете быть свободны.

   - Но я не двинусь с места, пока вы не освободите Диего! - самоотверженно заявил священник. В глубине камеры на койке апатично лежал Коста. - Своего же сотрудника! Как не стыдно!

   - У него был выходной в тот день, когда обнаружили вторую жертву, - защищалась Марисоль. - И никто не может подтвердить, что он находился дома.

   - Неудивительно, если учесть, что я живу один, - откликнулся Диего. - А с остальными трупами неувязочка: я всё время с вами был. Чё делать будем, ваша честь?

   - Я! Я могу всё подтвердить! - все присутствующие обернулись. Оливия, с растрёпанной вечерней причёской, семенила на праздничных каблуках. Её догоняла Кончита. - Диего в свой выходной был со мной! Помнишь, Марисоль, я попросила у тебя лак для волос?

   - Ты пошла к нему вечером, - не сдавалась судья. - А днём?

   - А днём он готовился к свиданию. И несколько раз звонил мне из магазина. Он выбирал вино. И покупал цветы. Потому что подарил мне букет. Вы можете всё выяснить в магазинах! И наверняка поздно проснулся! Он всегда долго спит по выходным!

   - Стоп-стоп-стоп. Не тараторь, - вздохнула Марисоль, чувствуя, как версия рушится.

   - Мы всё можем подтвердить! - подала голос Кончита, чтобы не молчать.

   - Свободные места есть? - раздвинул свидетельниц в разные стороны Рауль. На щеке у него горел след от пятерни. - Мне бы ночку перекантоваться. Домой не пускают.

   - Заходи. Третьим будешь, - всё так же апатично отозвался Диего.

   - Ну вы их отпустите? - взмолилась Кончита, согнувшись в три погибели и сделавшись в несколько раз меньше.

   - А у меня идея, - облокотился на перекладину решётки падре Маурисьо. - Раз уж нам суждено пострадать - пострадаем за правое дело. Пусть маньяк будет уверен, что подозреваемые уже есть, и он сможет гулять безнаказанно. А мы будем считать наше задержание участием в операции и помощью следствию.

   - Дело говорите, падре, - расцвёл Базилио, поняв, что решение проблемы нашлось. - А ты чё стоишь? Заходи уже, - он впустил Рауля в камеру.

   - Что ж, дети мои, предлагаю скоротать время игрой в покер, - падре Маурисьо вынул из кармана колоду карт.

   - Азартные игры! - нахмурился Лорка.

   - Исключительно в рамках следственного эксперимента, - заверил Диего.

   Все трое уселись на нарах, и падре Маурисьо начал сдавать.

   - Святой отец, - решилась наконец Кончита. - Я должна вам признаться. Я поняла, что со мной творилось. Я тоже оборотень! Я кошка! Только я не знала об этом - ну, или забыла.

   - Вот, я же говорила, - торжествовала Вера.

   - Да. Альфонсо может подтвердить. Он видел, - выпалила Кончита и зарделась.

   - Могу, - объявился перед толпой Альфонсо. - А что подтвердить?

   - Что я... превращаюсь. От этого зависит судьба падре! Пожалуйста!

   - Да. Да. Конечно. И не только я. У Альваро даже видео есть.

   - А вы не верили, - тряхнула головой Вера.

   - Ты уже всем рассказала? - Кончита приготовилась плакать.

   - Тут совершенно нечего стыдиться, - обнял её за плечи Альфонсо. - Пойдём, я возьму у тебя показания. Если царапаться не будешь.

   - Прости меня, прости, - запричитала Кончита. - Я себя не контролировала.

   - Стойте! - выбежала из другого конца коридора Хуана. Глаза у неё горели сумасшедшим азартом, в руке она держала щипцы, а в щипцах трепыхался какой-то клочок. - За косяк зацепился вот этот лоскут! Я сравнила состав волокна с образцами, найденными на предыдущих жертвах! Всё совпало! Это оставил убийца!

   - Тёмно-зелёная куртка - или что? - присмотрелась Марисоль. - А у кого из местных такая?

   Все по очереди смотрели на лоскут и разочарованно качали головой: никто не помнил.

   - Жаль. Жаль. Я на вас надеялась.

   Карман белого халата мистически засиял изнутри. Хуана жестом установила тишину и извлекла телефон:

   - Алло... Марсела? Как раз о тебе вспоминала... Хорошо, а ты?.. Ага... ага... Нашла?.. Давай, давай. Пишу, - она сунула щипцы сыну, вытащила из другого кармана блокнот с карандашом, прижала его к стене, прижала телефон щекой к плечу и застрочила. - Ага... ага... Спасибо тебе, дорогая. Что бы я без тебя делала!.. То же самое в письменном виде и с печатью оформишь?.. Ты ведь уже получила запрос от Базилио?.. Да-да, можно завтра. Давай. Давай. Отдыхай... Целую, моя... Пока, - Хуана повесила трубку. - Есть! Есть! Четверо подозреваемых, по всем параметрам! - она торжественно держала перед собой блокнот. Публика замерла. - Номер раз. Гильермо Хименес. Егерь. Номер два. Пако Сальвадорес...