- Чем вызван ваш интерес к этой леди?

- Ниэни… Ниэни очень важный человек для меня… - голос задрожал еще сильнее, и мне на миг показалось, что он вот-вот вовсе сорвется окончательно…

- Я понимаю, это несколько личный вопрос, но мне хотелось бы услышать, что произошло с девушкой. И, прежде, уточнить один момент – по моим сведениям, эта девушка была одной из представительниц посольства Таунака?

- Именно так, Ваше Величество. Имя Ниэни указано в верительных грамотах. Ниэни Тангу…

- Продолжайте… - опущенные плечи, заплаканное лицо и растрепанные волосы вызвали во мне тщательно подавляемую жалость. Оринэйка казалась потерявшимся и глубоко несчастным человеком…

- Когда произошло нападение, в результате которого мне пришлось пересекать Границу одной, Ниэни оказалась в руках одного из напавших на нас отрядов. И… В руках Его Императорского Высочества Кронпринца Великого Рокканда, - в голосе, при всей официальной важности фраз, отчетливо звучали рычащие нотки.

- Продолжайте, - когда Алеандра умолкла, мысленно погружаясь в ярую ненависть к Алкиру Каэрри, негромко произнес я, заставляя ее вернуться к реальности.

- Как мне удалось установить, если позволите, во время ее пребывания в плену у принца Ниэ… моей спутнице не причиняли вреда. Но позже она решением Его Высочества была направлена в один из восточных гарнизонов как узница… И… - девушка умолкла, тщательно подбирая слова, которые бы не стали в этой ситуации нетактичными и в то же время не могли бы быть сочтены попыткой не дать ответ. – Роккандские солдаты, к сожалению, не слишком тактичны в вопросах обращения с женщинами. – Подоплеку этих слов, произнесенных нарочито отстраненным тоном, я понял бы даже не умея читать мысли – по стиснувшимся пальцам, по неожиданно ярко блеснувшей в ее изумрудных глазах молнии, по поджавшимся на мгновение губам и едва заметной рычащей нотке…

- Что ж, я могу представить, что могло произойти в гарнизоне, - отозвался я, решив, что заставлять ее продолжать не самое приятное повествование будет с моей стороны далеко не самым уместным поступком. – По моим сведениям, подобные ситуации в Рокканде и некоторых странах Альянса действительно случаются. И, учитывая обстоятельства и то, что Госпожа Тангу, как и вар Дорр – представитель посольства Таунака, я считаю возможным не только позволить вам завершить ее лечение во время нашей поездки, но и позволить ей, если, разумеется, Госпожа Тангу не располагает иными уместными в Никтоварилье соображениями, остаться в Дариане на правах вашей помощницы. – На какую-то неуловимую секунду мне почти показалось, что оринэйка бросится с благодарностями мне на шею – в посветлевших глазах ярко вспыхнула не успевшая стать подавленной искра радости, почти счастья – человеческого, самого обыденного. Но искорка все же угасла, сменившись окрасившим щеки румянцем и благодарной робкой улыбкой.

- Благодарю, Ваше Величество. Я не смела просить о подобной милости, но…

- Я глубоко уважаю мнение Ее Светлости и рад подобающим образом принять во вверенной мне стране гостей из Таунака. – Я возможно более ровным и дружеским голосом оборвал ее робкую признательность, не испытывая желания показывать, что на самом деле служило, отчасти, причиной принятому решению… - Разумеется, когда Госпоже Тангу станет лучше, она будет принята в подданство Империи. Как и ваш спутник Дорр.

- Разумеется, сир, - легкий поклон и хаотичные радостные мысли о том, что она воссоединилась с двумя друзьями, за которых ужасно волновалась. Ничего подозрительного, ровно ничего странного или сомнительного – лишь самая искренняя радость снова их видеть и иметь возможность помочь пострадавшей подруге…

- Мне хотелось бы обсудить с вами еще некоторые моменты, касающиеся уже Вашего проживания в Империи, - прерывая поток ее радости и робкие благодарные слова, заметил я. Дама едва заметно склонила голову.

- Разумеется, Ваше Величество.

- Поскольку вы уже являетесь подданной Империи, я считаю уместным, если вы продолжите занимать должность учителя магии моего сына. Вас это устроит?

- Более чем, мой повелитель. Я почту за честь возможность обучать принца Тиония, - щеки покраснели еще сильнее.

- Думаю, вы можете разрабатывать, в связи с некоторой неясностью его способностей, планы обучения на три-четыре месяца, разумеется, предварительно предоставляя их на согласование мне, Совету Вилайров и Гранд-Мастеру.

- Как Вам будет угодно, сир, - и вновь, что не могло не радовать, ни тени мыслей о выгоде. Впрочем, за время ее жизни в стране и службы во дворце Алеандра ни разу не потратила деньги, по моим сведениям, на что-то, превышавшее необходимый минимум ее потребностей. Единственной страстью гостьи оказались книги – покупаемые в огромных, как отметили, количествах. А еще девушка умудрилась за несколько месяцев внести пожертвования в огромное количество учрежденных Карсой, матушкой и Илардой фондов помощи обездоленным, во все Лекарские и Сиротские дома столицы… Сколько она раздала обычной милостыней, и вовсе оставалось тайной, покрытой мраком… Представить себе Лайнери или Самину, как ни отгоняй я подобные мысли, все же возвращавшиеся, раздающими деньги другим, мне ни разу не удалось… При том, что ни та, ни другая по сути и вовсе не работали…

- Разумеется, ваше жалованье, как гражданки Империи, учитывая ваши успехи как Целителя и наставника принца Тиония, будет повышено. До восьми сотен золотых в месяц.

- В этом, если позволите, нет необходимости, мое жалованье достаточно и… - пожалуй, позволяй ей этикет вскочить и замахать руками в мой адрес, именно это бы и произошло. Девушку, мгновения назад радовавшуюся весьма удачному стечению обстоятельств и подумывавшую, что когда-нибудь она убьет-таки Алкира, охватил ужас – она и это-то жалованье не знала, куда деть, и его ей повышали… Щеки окончательно покраснели, под стать ее роккандской тунике, проглядывавшей из-под шерстяной более короткой, в глазах воцарилась паника, которая царила и в мыслях…

- Это практически меньшая сумма, которая может быть положена подданному Никтоварилианской Империи, занимающему вашу должность.

«Она еще и расти будет?!» - Оринэйская окончательно пришла в ужас… И ее напуганное и взволнованное лицо почему-то показалось мне очень милым. Впрочем, мысль эта была мгновенно изгнана прочь.

- Если позволите… - немного справившись с эмоциями, медленно начала девушка, не отрывая взгляд от свечи. – Я могу содержать своих… спутников… за свой счет… - идея, куда ей тратить деньги, была весьма неплохой, но традиции страны и мои собственные планы включали в себя иные вещи.

- Им будет определено жалованье в соответствии с занимаемыми должностями. Вы можете покрывать их расходы, выходящие за рамки этого обеспечения. Вару жалованье будет предоставлено в продовольственном варианте.

- Как вам будет угодно, - румянец не спешил уходить с все еще худых щек, а мой взгляд невольно скользнул по прядям черных волос… При всей неоднозначности появления и обстоятельств ее побега из Гвенто-Рокканда, оринэйка вызывала легкое уважение – не каждому человеку оказалось бы по силам после подобных «приключений» сохранить не только рассудок, но и удивительно крепкое равновесие духа. И представлялась она весьма любопытной личностью – ее отличие от придворных светских девушек и юных дам бросалось в глаза при даже мимолетном общении…

- Касательно ваших сведений об Алом Тигре, - наиболее важная часть беседы наконец подошла к удобному моменту. – Поскольку вы отныне находитесь под защитой Империи, хотелось бы уточнить, нет ли у вас иных сведений помимо уже переданных?

- Все свои сведения и доказательства я окончательно предоставила во время аудиенции в Брилльдже. – Девушка совершенно искренне кивнула, на миг взглянув на меня.

– У вас есть иные вопросы?

- Если дозволите… Как мне надлежит исполнить второе условие Высочайшего Соглашения?

- В столице я оповещу Верховного Жреца о необходимости скорейшего выполнения данного требования. Вы получите аудиенцию для обсуждения деталей с ним. – Девушка, поклонившись, поправила длинную тунику, скрывавшую под собой ее фигурку – и в то же время весьма аккуратно на ней сидящую. Видеть ее в тунике становилось более привычным, нежели в платье – которые она, кажется, не любила…