Она кивнула, машинально крутя на пальце кольцо.
— Она очень красивая, Из. Ты прекрасно ладишь с Меган. Я все пойму, если… — бесцветным голосом сказала Доун, глядя в стол.
— Не поймешь, — тем же тоном отозвался Иезикиль, — маленькая ревнивая дурочка.
— Я не ревную, — нахмурилась она.
— О, ревнуешь. У тебя невероятно выразительное лицо. Я давно заметил, что на нем все написано.
— В самом деле? — зло протянула она, резко вставая.
— А сейчас ты разозлилась и собралась сбежать, но я категорически против. Если ты сейчас уйдешь, я просто разрыдаюсь. К тому же, к врачу нельзя на голодный желудок. Опять будет тошнить, — спокойно сказал Из, ставя на стол чай и тарелку с булочками.
Доун села обратно и вгрызлась в булочку, представляя, что это Лилли Чамблер. Выпив чай и опустошив тарелку, она спросила:
— Доволен?
— Не совсем, — он покачал головой, подходя ближе и будто раздумывая. Глядя на мрачную Доун, он чуть было не ляпнул, что ему нет дела до Лилли, а вот в нее он влюблен, но момент явно был неподходящий. Вместо этого он стиснул ее в объятиях, страстно целуя в дрогнувшие и тут же впустившие его язык губы, наслаждаясь ее робким и неуверенным ответом.
— Теперь лучше, — кивнул он, пытаясь отдышаться и смотря в ее удивленные синие глаза.
— Ты был прав. Ты — самодовольный болван. Не понимаю, почему все считают тебя святым, — фыркнула она наконец, облизывая чуть припухшие губы.
Они мирно доехали до больницы, где их уже ждала доктор Мэдисон. Все было в порядке, Доун была абсолютно здорова и хорошо переносила свою восьминедельную беременность. Тошнота скоро должна была пройти и она вернется в свой обычный вес.
— Я так и знала, я растолстею, — она держала его за руку и сокрушалась, когда в комнату ожидания, где они сидели, пока доктор не принесет документы, заглянул Дейл Хорват. Его взгляд не предвещал ничего хорошего.
— Неужели мне не изменяет зрение и я вижу человека, который не нуждается в традиционной медицине? — издевательски протянул врач. — Что, ваши карты и хрустальные шары не показывают состояние плода?
— Нет, — мрачно ответил Из, — к тому же я забыл в полночь принести в жертву ягненка и мои чакры навсегда закрыты.
— Мое почтение, шериф. Слухи не врут и это так прискорбно. Будьте осторожны, — предупредил Дейл, наслаждаясь тем, как побледнел шарлатан.
— Это еще что значит? — Доун недоуменно стиснула разжавшуюся ладонь жениха.
— Ваш малыш в опасности, ведь господин лекарь едва не убил однажды ребенка. Мой вам совет — спасайтесь, пока не поздно. Вряд ли с собственным ребенком он будет мудрее, чем с маленьким Томми, — проговорил Дейл.
Ей хватило одного взгляда на Иезикииля, чтобы принять решение и тут же прикрыть ладонью рот, закрывая глаза и шумно дыша.
— Донни? Снова тошнит? — Из присел перед ней на колени, мгновенно забыв про Хорвата и его ранящую душу злость, оснований для которой он не видел, как ни ломал голову.
Она слабо кивнула и понадеялась, что доктор, которого она всегда уважала, немедленно уберется отсюда. И даст ей возможность понять, почему ее жених так реагирует на его слова.
— Позвать кого-нибудь? — заботливо произнес Дейл.
— Нет. Мне нужно на воздух, пожалуйста, милый, — Доун схватила Иза за руку и уткнулась в его плечо.
Он молча поднялся, обнимая ее и выводя наружу. Как только они покинули приемную больницы, она выпрямилась и сказала:
— Я не поняла, что за ерунду он нес, хочу услышать твою версию.
— Хитрая маленькая лиса, — пробормотал он, — а я ведь на секунду поверил, что тебе нехорошо. Нечего рассказывать, Доун. Я не сделал ничего плохого.
Она внимательно посмотрела на него.
— Конечно, не сделал, но я правда хочу знать. Дейл тебя недолюбливает, я в курсе, но чтобы настолько…
Иезикииль горько усмехнулся и проговорил:
— О, не просто недолюбливает. Он пытается сделать так, чтобы я уехал и однажды у него почти получилось.
========== Глава 21. Не бойся последствий ==========
— Я не могу остаться. Я так хочу, но… не могу, — с сожалением сказала Кэрол, пытаясь вспомнить, что на ней было и где это все. Футболка и джинсы точно остались на первом этаже, а вот белье…
Дэрил в ответ молча провел ладонью по ее спине и вздохнул. Они лежали в его спальне, которая все же существовала, как и кровать, выдержавшая еще два часа безумного единения их тел и, она надеялась, что душ тоже.
— Ты же запер дверь, да? — вдруг вспомнила она.
— А что? Боишься, что утащат твои трусики? — хмыкнул он.
— А, так вот они где, а я-то гадала… — протянула она, целуя его в плечо и неохотно вставая.
— Почему ты уходишь? — тихо спросил он, приподнявшись и наблюдая за ее силуэтом, обрисованным льющимся из окна лунным светом. Каждая секунда, проведенная с ней, пробуждала воспоминания, и он понял, что стало только лучше. Только вот кто же она, его Кэрол? И его ли?
— София, — мягко пояснила она, — я сказала, что ухожу, но ненадолго. Не очень-то оставлять ребенка в незнакомом городе и доме, а самой…
— А самой сводить меня с ума, а потом убегать, — пробормотал он, чувствуя странное облегчение. София. Ну конечно.
Кэрол рассмеялась и спустилась вниз, одеваясь и думая, что его голос звучал так, словно она и правда сбегала. Нужно как-то заставить его понять, что она никуда не денется. Она не хочет. И не может. Застегивая джинсы, она вспомнила, что кроме Софии была еще и Лорел, о которой Дэрилу определенно стоило бы узнать.
— Пупсик, ты собираешься спать с открытой дверью? — позвала Кэрол. — Я ухожу.
Дэрил медленно спустился, уже полностью одетый и сообщил:
— Я провожу.
— Не стоит, тут близко, — запротестовала она и была поражена, как его лицо в миг стало мрачным. — Что такое? Что я сказала?
— Ничего, — он раздраженно дернул плечом, — не хочешь, чтобы меня видели с тобой, так и скажи…
Кэрол закатила глаза, подходя к нему и обхватывая лицо ладонями, легко проводя губами по его губам.
— Ты ошибаешься. Хочу. Но на дворе глубокая ночь, никого нет. Идем, если ты собрался быть заботливым. Но нам нужно поговорить… обо всем. О нас с тобой.
— Поговорим, — он кивнул, запирая дверь и тайком любуясь ее точеным профилем. Разговоры… как же женщины любят все усложнять! Он не очень хотел признаваться в том, что за ее спиной пытается выведать подробности ее жизни, ей это точно не понравится. Но он ничего не мог с собой поделать, даже лаская ее, в глубине души он помнил, как она исчезла и оставила только пустоту. Второй раз он вряд ли хотел бы испытать такое.
— Ну вот, я и дома. Точнее, у Джесс, — сказала Кэрол, остановившись и поняв, что свет не горит. Значит, София все же легла спать, это хорошо.
— У тебя есть ключи? — спросил он, думая, поцеловать ли ее на прощание или не стоит.
— Конечно, иначе я бы воспользовалась твоим приглашением и точно не выспалась бы, — улыбнулась она, — а мне завтра ехать в магазин и собирать мебель… или искать того, кто это сделает.
— Я могу. Если хочешь, — предложил он, — отвезти тоже могу…
— Спасибо, но я договорилась с Морганом еще неделю назад, — с сожалением сказала Кэрол, — а вот если поможешь со сборкой и прочим, будет отлично. Познакомишься с моей дочерью…
— Морган, значит, — пробормотал он, жалея, что нет с собой сигарет. Проклятый Джонс, про которого он слышал столько хорошего, что хватило бы на пятерых таких, как он.
— Он был добр ко мне, — Кэрол подошла, желая обнять его на прощание, но он отстранился.
— Спокойной ночи, — произнес Дэрил и пошел прочь.
Кэрол посмотрела на его удаляющуюся фигуру и подумала, что с разговором затягивать явно не стоит. Она должна была знать, что творится в его голове и, что важнее, чего он ждет от нее. Хочет ли он попробовать снова быть вместе, как хочет этого она.
Дочка, к счастью, спала и она тихо прилегла рядом, слушая ее сопение и вспоминая, какой она была, когда она увидела ее первый раз. Золотой пушок на голове, огромные карие глаза с удивлением разглядывающие мир вокруг, пухлые ручки и ножки. О, как она полюбила ее, это невероятное чувство заставило Кэрол действовать быстро и решительно.
