Когда понимаю, что это не спасает, и я слышу всё, я втыкаю наушники и включаю музыку на полную громкость. Группа FTISLAND с их композицией «Pray» мгновенно заглушает все остальные звуки и позволяет ненадолго абстрагироваться от того ужаса, что происходил в паре метров от меня. Я слушаю трек и чувствую, как колотится моё сердце. Как давно это было? Как давно в последний раз я ощущала столько эмоций?.. Не знаю, хорошо это или плохо, но, кажется, я начала выходить из своего «зомбо-состояния», как звала это Динь-динь…

И теперь мне страшно.

Я сижу за выступом, с плотно закрытыми глазами, и понимаю, что не хочу увидеть избитым парня в респираторе, когда перестану жмуриться и найду в себе силы поднять голову и выглянуть наружу из своей норки. Он не виноват в том, что Джэ Хва набрал отморозков в свою банду «телохранителей». Он не виноват, что стал свидетелем того, как они приставали ко мне. Он вообще ни в чём из этого не виноват! Так какого черта Джэ Хва его наказывает?! Где здесь справедливость?! И как долго сила будет решать всё?!?!

Когда на моей руке появляется чья-то ладонь, я вздрагиваю.

Поднимаю голову и смотрю… в темноту капюшона. Темнота на улице так же не помогает мне разглядеть черты лица моего спасителя. Молодой человек осторожно вытягивает за провод наушники из моих ушей, а затем кладёт их в мою раскрытую ладонь.

– Ты в порядке? – спрашивает тихо.

– Я? – изумленно спрашиваю у него, – Я в порядке… А ты?..

– Встать можешь? – не отвечая, уточняет парень.

Поднимаюсь на ноги, хочу выглянуть и посмотреть, что с остальными, но молодой человек меня удерживает:

– Не надо, – спокойно произносит он.

– Я… Джэ Хва… – выдавливаю из себя, не зная, как пояснить, что здоровье сына господина Кана может дорого ему обойтись.

– С ним всё в порядке – я отпустил его. Он хорошо бегает, – ровно отвечает парень в маске, а затем останавливает меня за плечи, когда я вновь хочу посмотреть на место драки, – возвращайся домой по другому пути, – произносит он, продолжая удерживать меня на месте.

– Зачем ты сделал это? Зачем заступился за меня? – спрашиваю у него прямо.

– А ты зачем заступилась за меня? – вопросом на вопрос отвечает тот.

А я замечаю, как старательно он произносит слова, словно пытается донести какую-то мысль.

– Тебя поймали из-за меня!.. Ты следишь за мной? – чуть нахмурившись, спрашиваю.

Очень жду ответа, но его всё нет…

– Слишком много вопросов на сегодня, – наконец, медленно произносит молодой человек, а затем разворачивает меня на сто восемьдесят градусов, – иди домой.

– Позволь увидеть твоё лицо, – выворачиваюсь из его рук и тянусь к капюшону, но парень мгновенно отступает и почему-то хватается за свою руку (в районе предплечья), которую я невольно откинула во время разворота.

Смотрю на него широко открытыми глазами.

Только сейчас до меня доходит, что у него наверняка куча синяков, а может – и гематом!

А может – и переломов!!!

– Тебе надо в больницу! – взволнованно произношу.

– А тебе надо домой, – повторяет молодой человек, вкладывая чуть больше силы в свои слова.

Спорить с ним бесполезно: лучше послушаться и позволить ему пойти и залечить свои раны.

Киваю, виновато глядя в пол, разворачиваюсь и иду в обратную сторону. Затем останавливаюсь и, не оборачиваясь, произношу:

– Спасибо.

И вновь возобновляю шаг…

Даже представить не могу, как дорого обошлась ему эта победа.

Если бы не я, он бы никогда не оказался в таком положении…

Что за ерунда происходит с моей жизнью?!

– Да всё с ним будет в порядке, – голос Динь-динь по телефону звучит устало.

Она уже полтора часа меня успокаивает.

– Он так схватился за руку… – протягиваю, закрывая лицо рукой.

– Это естественно: он же с толпой бандитов дрался! – уже в сотый раз повторяет подруга, – Неужели ты думала, что он уйдет без синяков?!

– Это я во всём виновата! – вновь затягиваю пластинку.

– Слушай, если сейчас не прекратишь, я встану с дивана и приеду к тебе. Хочешь?! – предупреждение звучит грозно.

– Нет, пожалуйста, оставайся дома! – тут же беру себя в руки.

Если Динь-динь приедет, то спать я лягу во втором часу ночи и ни разу не высплюсь.

– То-то! – прям вижу, как она поднимает указательный палец вверх, – Тогда приходи в себя и успокаивайся. Своими переживаниями ты ему точно не поможешь.

– Ты права, – падаю на кровать и лежу неподвижно, удерживая телефон у уха, – но я не понимаю: зачем он это сделал? Зачем ответил на эту провокацию? Он же мог спокойно сбежать, когда понял, что я знакома с Джэ Хвой, и что он меня не тронет!

– Этот Джэ Хва – тот ещё козёл! – тут же вставляет свои пять копеек Динь-динь, – Нет бы прощения попросить за действия своих телохранителей! Так он ещё и ловушку устроил! Не, ну, как таких земля носит?!

– Я понятия не имею. Но сказать, что Джэ Хва упал в моих глазах – это ничего не сказать. Падать ниже просто некуда. Если раньше он был в конце моего рейтинга, то сейчас он вне какого-либо рейтинга в принципе.

– Боже, ты что, рассматривала его в качестве своего парня? – изумляется Динь-динь.

– Я – нет. А он себя рассматривал. Но теперь уже точно может ни на что не надеяться: я даже разговаривать с ним не буду, – произношу с холодом.

– А если он снова к тебе на работу придёт? Что будешь делать? – задаёт ТОТ САМЫЙ вопрос Динь-динь, – Расскажешь господину Кану?

– Нет, этот вариант исключен, – отрезаю, глядя на потолок, – если он сделает это снова… придётся что-нибудь придумывать. Но я это так просто не оставлю.

– Ты помнишь про пятницу? – осторожно напоминает подруга.

– Как можно забыть? – вздыхаю.

То, что мы обязательно пересечёмся в ночном клубе – это факт: Джэ Хва всё время там зависает на выходных.

А в этот раз я буду работать там и пятницу, и субботу…

– Блин, ну, ты и влипла, – протягивает Динь-динь.

– Сама в курсе, – ещё тяжелее вздыхаю, затем смотрю на часы, – Ладно, мне пора ложиться – иначе не высплюсь. Спасибо, что поговорила со мной.

– О чём речь? Я же твоя подруга, – фыркает Динь-динь.

– Спасибо тебе, подруга, – улыбаюсь и сбрасываю вызов.

Некоторое время лежу на спине.

Хоть я и сказала, что собираюсь уснуть… было очевидно, что сделать это не получится: я слишком взволнована.

Хоть в аптеку за успокоительным иди…

Собственно, так я и поступлю: иначе и впрямь не смогу выспаться и завтра буду весь день клевать носом.

Встаю с кровати, натягиваю тёплый свитер и выхожу из дома. Хорошо, что рядом есть круглосуточная аптека…

Когда вхожу в помещение, невольно останавливаюсь: у кассы стоит мой новый сосед по подъезду. Ничего себе! Как он, интересно, покупает что-либо, если даже языка не знает? Подхожу к нему и замечаю в окошке бумажку с названиями лекарств на русском.

– Здравствуйте, – здороваюсь с женщиной на кассе.

Та здоровается в ответ, а мой сосед оборачивается и смотрит на меня. И, если в первую секунду взгляд его был очень напряженным, то уже буквально в следующую – он смягчился и вновь стал привычно растерянным и обаятельным.

– Здравствуйте, – здороваюсь и с ним, кивая головой.

Тот кивает в ответ и неловко переступает с ноги на ногу, подходя чуть ближе к окошку.

Женщина в этот момент как раз складывает в пакет бинт, лейкопластыри и что-то из обезболивающего. Так! А с ним-то что случилось? Присматриваюсь к той части лица, которую я могла увидеть со своей стороны, и замечаю наливающийся синяк на скуле.

– Боже, на вас кто-то напал? – сама не замечаю, как кладу руку ему на плечо.

Молодой человек поворачивает ко мне голову и смотрит полувопросительно-полу-растерянно.

– Кто это сделал? – указываю пальцем на его скулу.

– Да что, в нашем районе отморозков мало? – фыркает женщина на кассе, – Увидели, что по-русски ни «бэ», ни «мэ», вот и побили.