– Надеешься посмотреть на выступление? Оно сразу после огневиков. – Ньэннцу не понравилась икра, украшавшая рассыпчатый творожный сыр, и тарталетка была возвращена прямо на стол, а потом он, понизив голос до едва различимого шёпота, быстро проговорил: – Веди себя обычно. К тебе гости.

Я вздрогнула, но резко оборачиваться не стала. Сделала вид, что заинтересовалась музыкальным оркестром – они как раз играли менуэт, и может зря я отказалась от приглашение на танец, – быстро окинула взглядом зал, однако выискивать то, на что намекал Квиль, не потребовалось. К нам, судя по траектории, уверенным чеканным шагом шёл появившийся в зале король Росэр – ни с кем не заговаривая, лишь вежливо улыбаясь и кивая кому-то по пути. За ним тенью следовали гвардеец в начищенных до блеска доспехах и черноволосый мужчина в тёмном, расшитом жемчугом и золотой нитью камзоле, и пристальные взгляды обоих, направленные на меня, вызвали волну мурашек.

Квиль отошёл на полшага, ближе к столу, не став расставаться с тарталетками – лишь отвёл руки с блюдами чуть назад, чтобы те, в случае чего, не мешали кланяться. Я же, замешкавшись, не сразу сообразила, что неплохо было бы повернуться к королю всем телом и приготовиться отвешивать реверансы… однако сделать ничего так и не успела – Их Величество изящно поклонились сами, предлагая руку.

– Соблаговолит ли юная сеньорита составить компанию Их Величеству во время представления? – ровным, ничего не выражающим тоном заговорил Чёрный, но льдистые глаза при этом сверкали недовольством.

Кажется, я где-то его видела?..

– Я польщена столь лестным приглашением, – реверанс, кажется, вышел недостаточно глубоким, что только усилило неприятие со стороны Чёрного, – однако мне необходимо спросить разрешение моего опекуна, магистра Ярая.

Льдистые глаза полыхнули холодом.

– Магистр Рьютт дал своё согласие. Не вижу…

– Довольно, Таэ, – король жестом остановил магистра. – Ярай также приглашён на особых условиях.

«Таэ» вопросительно изогнул изящную угольную бровь, а до меня внезапно дошло, что «магистр Таэдо» и «дядя Рос», про которых упоминала Белка, стояли сейчас прямо передо мной. Потому что что-то подсказывало, что ну не могло быть подобных совпадений. Я общалась с племянницей короля? Тогда понятно, почему она боялась, что об её прогулках по тайным ходам дворца станет кому-то известно.

– Я с радостью принимаю приглашение Их Величества, – вновь сделав реверанс, я вложила свою ладонь в руку Росэра – та оказалась ледяной и неприятно обожгла кожу даже через перчатки.

– Пять золотых, Таэдо, – сверкнув зубами, улыбнулся гвардеец.

Губы Чёрного искривились, но понять, что это было – брезгливость, недоумение или проблеск улыбки – не удалось. Он посмотрел на Росэра, чуть изогнул бровь, но король на это лишь поднял ладонь.

– Не здесь, – твёрдо произнёс король.

В окружении направленных на нас взглядов я чувствовала нарастающую нервозность, которая грозила вылиться в панику. Мало того, что король находился рядом, так ведь при приглашении он ещё и поклонился, пусть и совсем коротко, больше обозначая поклон… вот тут уж точно, привлекла к себе внимание, так привлекла! Сначала с ньэннцем мило беседую, потом приглашения от Их Величества получаю. Что дальше? Сами боги снизойдут и тоже поклоны отвешивать станут? Наградил Скиль удачей, как же. Везло мне до этого, конечно, знатно, вот только каждый такой момент оборачивался потом новыми проблемами. И всем от меня что-то нужно! Как пить дать, королю – тоже. Просто так он бы не подошёл, разве что из интереса к дочери верноподданного слуги. А не в этом ли всё дело как раз? Вопрос ещё про то, как давно я видела отца…

– Позвольте представить вам моих верных советников, магистров Таэдо и Тэриньо. Надеюсь, – Росэр выделил это слово голосом, выразительно посмотрев на обоих, – они не помешают нам с вами приятно провести время.

Ого! Внезапное обращение на «вы», которого не было во время аудиенции… а Чёрный так и сверлил взглядом, словно он лично пытался отговорить короля от затеи подходить к какой-то там девчонке. Очень хотелось сказать ему, что и мне особого выбора не оставили. Был бы – совершенно точно пошла бы танцевать с Квилем, а не вот это вот всё.

– Должно быть, на улице уже достаточно стемнело, и все приготовления вот-вот завершат. Уверен, вам понравится представление, – король переложил мою ладонь на свой локоть и повёл прочь из зала. За нами, словно по сигналу, потянулись и остальные. – Огненный цирк любезно согласился приехать к нам на остров Бурь. До меня дошли слухи, что у них появилось что-то совершенно новое!..

И только Квиль остался в зале, не расставаясь с тарелками. Весь его довольный вид так и кричал: зрелища зрелищами, а обед по расписанию, и раз вы уходите – мне достанется больше.

Надо ли говорить, что я ему очень завидовала?

========== (24) ==========

(24)

Во внутреннем саду приготовления всё ещё были в самом разгаре: почти установили второй из столбов, между которыми, судя по всему, должны были натянуть канат; чуть в стороне заканчивали приготовление под навесом – между плетёными диванчиками на столики выставляли фрукты и бокалы с вином. Это место, видимо, предназначалось для приглашённых лично королём, а мягкое кресло с высокой спинкой и в окружении нескольких поменьше – очевидно, для самого Росэра и его свиты.

Однажды к нам в Штольни тоже приезжал бродячий цирк, но отец тогда не пустил меня посмотреть, сказав, что ничего особо интересного там нет. Я расстроилась, обиделась и даже пыталась поспорить, но была слишком мала, чтобы дело зашло дальше капризов и слёз. Хотя, пристыженный матушкой отец устроил представление во дворе – возможно, не такое зрелищное, всего-то простенькие фокусы и жонглирование, но тогда я так не думала.

Мне предназначался низенький мягкий пуфик по правую руку от короля, отчего-то даже возникло неприятное ощущение, что я здесь словно кошка подле хозяина. Магистру Таэдо досталось кресло по левую. А вот магистр Тэриньо замер позади, заложив руки за спину и посматривая по сторонам, подобно сторожевому псу. До меня только сейчас дошло, что никакой это не гвардеец, раз Росэр назвал его магистром. Телохранитель-маг? А доспехи, значит, зачарованы?

И всё-таки удобно, что мои глаза не светились – можно было, не стесняясь, разглядывать окружение магическим зрением. Плетение заклинаний на доспехах разобрать не удалось, но что-то защитное там проглядывалось, скорее всего, должное отразить враждебные чары… знакомый почерк, уж не Ярай ли этот артефакт делал? Почти как вокруг нашего дома…

Для меня было огромным удивлением узнать, что некоторые заклинания имели уникальное плетение, и не только потому, что были придуманы кем-то конкретным. Как и при письме, у магии тоже существовал почерк – здесь чуть больше вложенной энергии, тут завиток в другую сторону, потому что рука дрогнула, а вот заметная спайка из-за вынужденной передышки или недостаточной концентрации. Многие долговременные заклинания выглядели как кружево или паутинка – энергетический каркас, по мере истощения которого магия рассеивалась. Во время одного из уроков я невольно вспомнила декаграмму, что рисовала с Кирино, потому что большинство плетений имело геометрическую симметрию.

– Дамы и господа, – как только натянули канат, в центр поляны крадучись, словно тигр, вышел смуглый златовласый мужчина и вскинул руки вверх, привлекая к себе внимание, – мы начинаем представление! Приглушите свет.

По его команде магические огни исчезли отовсюду, и сад погрузился во мрак. Но – ненадолго. Вместе с дрожащей протяжной нотой, взятой то ли на скрипке, то ли на диковинном ньэннском инструменте, зажглись крохотные сине-зелёные светлячки, и стало видно девушку со смычком в руках. Высокий звук оборвался, и тут же – ударили в барабаны, и что-то в груди завибрировало в такт ритму.

Невольно оглянулась на короля – стало интересно, как выглядело его лицо. Был ли он удивлён? Или вместо холодной учтивости появился восторг? Но Росэр, наверное, подумал о чём-то таком же, и потому, как только наши взгляды встретились, я опустила очи долу, пытаясь всеми силами справиться со смущением. Голубые глаза смотрели слишком пристально. Словно сегодняшним представлением для него был не приглашённый цирк, а я.