Плеча коснулась тёплая ладонь. Я подняла голову и встретилась взглядом с Весташи, сидевшим перед креслом на корточках. Таши светло улыбнулся и склонил голову набок, благодаря чему все гнетущие мысли разом улетучились. Будь рядом, помимо мэтра, ещё и Ардо, так и вовсе не стала бы понапрасну ломать голову – точно можно было бы не беспокоиться ни о чём.

– Ты чего? – шёпотом спросил он. – Прячешься?

Да с таким серьёзным лицом, словно где-то за занавеской притаился как минимум ачйжи. Вот, кстати, как-то так Азор и ощущался – что-то потустороннее и тёмное было в нём. Или я подсознательно чувствовала скрытую опасность? Потому что всё ещё не понимала, с чего вдруг такие общительность и услужливость. Ещё и то ли высмеял – поджав губы, коснулась неровно остриженных волос, – то ли комплиментов делать попросту не умел, а я теперь ходи и считай себя некрасивой. Вот только таких мыслей мне не хватало в дополнение к остальным!

– Азор опять обозвал ведьмой? Хочешь, я ему его длинный язык подпалю, чтобы неповадно было?

Невольно хихикнула. И всё-таки рассказала, отчего стала чувствовать себя неуютно.

– Он присматривается, – терпеливо выслушав мою сбивчивую речь, мэтр вздохнул – странное поведение Азора ему не понравилось. – Сейчас в Шёпоте нет ни одной тени, и после разговора с отцом, он вполне мог поменять своё мнение на твой счёт.

– И что мне делать?

Весташи сел на подлокотник кресла и притянул к себе. В этот раз выпутываться из объятий почему-то не захотелось – наоборот, я как-то разом успокоилась и почувствовала себя спокойнее. От мэтра уютно пахло морем и чем-то терпким, навевающим мысли о недозрелых эбеновых плодах, от которых вязало рот… ох, что-то про «спокойнее» я немного ошиблась – сердце порывалось выскочить из груди, и успокоить его никак не получалось. Оставалось надеяться, что Таши ничего не заметил.

– А что ты хочешь? Чтобы он держался подальше? Тогда всё правильно сделала – вежливо очертила границу, отошла на дистанцию и интереса к диалогу не выказала. Я бы на твоём месте помощь принял, но ты ведь будешь чувствовать себя обязанной за неё, так что не стоит. Потому что из обязанности и чувства долга будешь делать то, что тебе совсем делать не хочется.

– Например? Чего от меня может захотеть Азор? Ты сам говорил, что мне придётся стать тенью из-за проклятия. А разве бывают тени без гильдий?

– Ну-у… – протянул Таши, замешкавшись и отстранившись. – Он может потребовать от тебя самое дорогое, что у тебя есть – твой дар.

– Как это? – не поняла я.

– Захочет, чтобы ты вышла за него замуж.

Нахмурилась, лихорадочно соображая, какая ему от этого выгода. Азор меня совсем не знал, считал ведьмой, магов ненавидел, судя по всему, всех поголовно… а вдруг, это зависть? Мэтр с его способностями мог многое, он был прирождённым убийцей, а наследнику Тамери приходилось прилагать куда больше усилий.

– Всё равно не понимаешь? – рассмеялся Весташи. – Я скажу факты, а ты думай сама, ладно? Азор немного помешан на возвращении гильдии былого величия. Семейство Тамери стояло у истоков создания Лиги, однако магов в их роду не было никогда, тем более – магов смерти, из-за чего главенствуют сейчас другие гильдии. Мать Азора была тенью, но ему самому дар не передался – такое бывает, если только один из родителей был магом. Как только под сердцем женщины-мага зарождается новая жизнь, она теряет свой дар. Навсегда.

Мысли не поспевали за сказанным, но мэтр это понимал и потому взял паузу – давал возможность воспринять и переварить, сделать выводы самой. Первым осознала, почему Ио лишилась дара и почему выглядела так старо – маги старели куда медленнее простых людей, но вместе с магией, вероятно, терялась и эта особенность. Потом до меня дошло и остальное, и я поняла, почему взгляд Азора показался жутким – словно я не человек для него, а…

Сравнение подобрать не удалось. К горлу подступил комок обиды и сдерживаемых слёз. Зато теперь точно знала – от гадкого парня буду держаться подальше, раз его «доброе» поведение таит за собой такое.

– А вот если я себя должной по отношению к тебе чувствую, ты этим тоже воспользуешься? – пытаясь отвлечься с помощью шутки, спросила я.

– Конечно. Я же не могу помогать просто так! – Таши лучезарно оскалился и успешно увернулся от тычка под рёбра.

– И что же ты потребуешь? – воспользовавшись моментом, я выпуталась из объятий и тщетно попыталась скопировать манеру Ардо заламывать бровь.

– Первый поцелуй прекрасной девушки?

Я пожала плечами.

– Хорошо. Согласна.

Наверное, не будь всё это шуткой, я бы всерьёз распереживалась, шарахаясь и от Весташи заодно. Но если что-то и поняла за неделю пребывания в доме Шёпота, так это то, что Ула была права насчёт мэтра – несмотря на развязное поведение, дальше него дело, обычно, не заходило. К тому же, сегодня я выяснила, что у Таши был дорогой его сердцу человек. При всей своей серьёзности насчёт обещаний, вряд ли он станет так легко целовать кого-то другого, не то что нечто большее.

А с другой стороны, плохим он не был, напротив – красивый, обаятельный мужчина… Ох, и о чём я думаю только? Не было б его рядом, точно хлопнула себя по щекам, чтобы отогнать неправильные мысли.

– Мне казалось, девушки дорожат такими вещами.

У Весташи изогнуть бровь вышло куда лучше, я аж позавидовала. Интересно, этому возможно научиться или с таким даром можно только родиться?

– Девушки дорожат своей жизнью, – я попыталась ответить в тон ему.

– Ну, если ставить вопрос таким образом… – усмехнулся мэтр. – Звучит вполне резонно.

Воспользовавшись моей задумчивостью, Таши вновь обнял, укрыв широкими рукавами-крыльями; любовь к ньэннским одеяниям видно было невооружённым взглядом, и нельзя сказать, что они ему не шли.

– Мы, вроде, договаривались только о поцелуе, – наигранно-едко отметила я, пытаясь запихнуть смущение в самый тёмный угол.

– Вот ты, когда плохо, прячешься. А я обнимаюсь. Так что не мешай мне успокаиваться! – сквозь смешки выдавил из себя Таши, положив подбородок мне на макушку.

– Всё настолько плохо?

С трудом высвободив руку, сочувствующе погладила мэтра по плечу. Мне самой не терпелось узнать, что же обсуждалось за закрытыми дверями, и почему на собрание приехал сеньор Рэйес, а главное – каким образом с этим связана Цикада. И потом, зачем Весташи разрешение главы гильдии, чтобы просто сходить на встречу с магистром Яраем? Насчёт последнего смутно догадывалась, что это как-то могло повлиять на заказ, который выполнял Шёпот. Но ведь не обязательно ставить в известность главу? Таши ведь мэтр.

– Не то, чтобы плохо… однако положение не самое удачное. Подставлять гильдию не хочется, но и тебе помочь надо, а если мы пойдём в дом – придётся доложить заказчику. Поэтому, чтобы не пришлось обманывать и рисковать репутацией, будем проникать тайно, когда у Брика и Чайки будет смена караула.

– Разве это не навредит репутации? – озадаченно уточнила я. – Что кто-то вообще смог проскользнуть мимо…

– Ну а что они могли сделать, если кто-то нанял тень? – усмехнулся мэтр.

– А Цикада?

– Если она как-то и замешана здесь, мы выясним это.

Услышав напряжённое сопение, Таши хмыкнул и опустился обратно на корточки перед креслом, положив руки мне на колени.

– Я не так много знаю, котёнок. Про жертвоприношения ты, скорее всего, и сама уже знаешь. А остальное? Возможно, исследования, которыми занималась Певчая Цикада, вывели их к секрету Жатвы, но тогда странно, что Конклав противится роспуску септа. Потому что здесь Лига и Конклав должны быть заодно, а выходит, что Владеющие что-то задумали против гильдий… чтобы разобраться во всех этих интригах, надо быть по меньшей мере кем-то из Семерых.

Вот так живёшь себе в какой-нибудь глуши, лишний раз не заморачиваешься насчёт безопасности, а потом узнаёшь, что отец – могущественный маг, чем-то не угодивший септу, которому благоволил Конклав. Да что там любимый родитель, ну маг и маг – что ужасного? Ничего, вроде бы… Так ещё оказывается, весь мир строится вокруг древнего кровавого ритуала Жатвы, где каждая смерть – что дрова в печи. Жутко? Ещё как! И из этой паутины не выпутаться, потому что на руке метка проклятия.