— Наверное, мне не стоит говорить тебе, чего я хочу, — прошептал Итачи, беря её руки в свои. У неё задрожали ноги и участился пульс, когда он наклонился ближе. Его тёплое дыхание овевало её губы, он снова опустил на них взгляд.

Сакура кивнула. Они были на задании, Ямато был всего в нескольких комнатах от них, и они были профессиональными шиноби. Они могли не прикасаться друг к другу на протяжении всей миссии. Она была полностью согласна со своими рассуждениями и поэтому была совершенно удивлена, когда следующее, что она произнесла, было: «Скажи мне».

Итачи издал тихий смешок и протянул руку к её бедру. Она наклонила голову, когда он приблизил свои губы к её уху, дыханием скользя по её коже, не касаясь.

— Я хочу поцеловать тебя, — наконец сказал он, свободной рукой заправляя прядь волос ей за ухо. — А потом, после…

— После? — едва сумела сказать она, сминая пальцами низ его рубашки.

Он отстранился, и она мгновенно попала в плен его ониксового взгляда.

— А потом я хочу, чтобы ты выкрикивала моё имя так громко, что забыла бы своё.

Сакура глубоко вздохнула от жара, который его слова послали по её телу, вены будто внезапно наполнились лавой. Тихо застонав, Сакура схватила его за рубашку и притянула ближе, захватывая его губы в отчаянном, настойчивом поцелуе. Она почувствовала, как он ухмыльнулся ей в губы притянув её ближе и обхватив одной рукой за талию, а другой скользнув между её ног. Чувствуя головокружение, Сакура прервала поцелуй, когда он начал поглаживать её через одежду.

— С другой стороны, мы не хотим, чтобы Ямато-семпай услышал.

Внезапно Итачи убрал руку, заставив её ахнуть от потери контакта. Один уголок его рта всё ещё был приподнят в ухмылке, когда он невинно повернулся, будто ничего не произошло.

— Я буду спать на этой стороне, — сказал он.

Сакура уже собиралась преподать ему урок — будет знать как дразнить её — когда почувствовала приближающуюся чакру Ямато. Бросив на Итачи испепеляющий взгляд, Сакура прошла мимо него и натянула сапоги. Она открыла дверь комнаты и увидела Ямато, шагающего к ним по коридору. Итачи остановился позади, выглядя озадаченным, и закрыл за собой дверь.

— Не знаю, как вы, ребята, а я с нетерпением жду горячей еды, — сказал Ямато, потирая руки. Он оглядел их ещё раз и начал спускаться по лестнице. Когда они подошли к стойке регистрации, портье легкомысленно улыбнулась Итачи, и он вежливо кивнул ей в ответ. Сакура шутливо приподняла бровь, когда девушка не видела, и была вознаграждена лёгким румянцем.

Столовая была простой — дюжина столов, и за половиной из них сидели посетители. Два стола были заняты семьями, один — тремя пожилыми дамами, которые сплетничали, изысканно потягивая мисо-суп, другой — мужчиной со шрамом, третий — тремя молодыми людьми и ещё один — шиноби в протекторе Дождя. Он был рассечён посередине.

Стараясь не показывать никакой реакции, чтобы не нарушить тщательно продуманный образ, Сакура направилась в заднюю часть обеденного зала, схватив поднос. Она выбрала суп, взяла миску риса, жареную рыбу, овощи и зелёный чай. Притворившись, что осматривает столовую, Сакура выбрала столик в дальнем углу. Шиноби почти ничего им не сказал — он был один, и самая важная информация была прямо у него на лбу у всех на виду. Три сплетницы говорили о неинтересных делах, но это могло измениться. Однако одна из молодых семей тихо обсуждала новые возможности, которые ждут их в столице.

Ямато плюхнулся рядом с ней, принеся поднос с горячим удоном и рисовым шариком. Когда Итачи сел напротив неё, она постаралась не улыбнуться, глядя на тарелку омурайсу. Она гадала: ему не давались все блюда из яиц, или недостаток его мастерства ограничивался глазуньей. Она смотрела, как он выбрал палочки для еды и легко разломил их посередине, прежде чем взять кусочек. Когда она увидела, как его длинные пальцы с естественной лёгкостью управлялись с палочками, это напомнило ей о том, что эти самые руки были примерно в пяти поглаживаниях от того, чтобы подарить ей оргазм не более десяти минут назад.

— Очень вкусно, — сказал Ямато, доедая первый кусок. Сакура улыбнулась и присоединилась к разговору, используя спрятанный в рукаве сенбон, чтобы проколоть кожу. Одной рукой она сложила печати, необходимые для вызова Кацую, и незаметно приложила ладонь к ноге. В её ладони сформировались два крошечных слизня, один скользнул ей под одежду и вверх по спине, пока не оказался прямо под ухом Сакуры, второй же терпеливо ждал.

— Подойдите к столу с семьёй напротив и прислушайтесь к разговору. Убедитесь, что вас не увидит шиноби слева, — тихо проинструктировала Сакура, пока Ямато и Итачи дружески обсуждали преимущества коричневого риса перед белым. Пока Ямато жестикулировал, Сакура заметила, что с его ладони упали крошечные зёрнышки, приземлившись рядом с ботинками шиноби Дождя, который сидел, пережёвывая еду со скучающим выражением лица.

— А ты как думаешь? — спросил Ямато, подталкивая её локтем.

— С точки зрения питательной ценности, я понимаю потребность в коричневом рисе, но с точки зрения вкуса, белый рис нравится мне больше, — легко включилась в беседу Сакура, слушая, как Кацую неторопливо отчитывается перед ней.

— Ну и молодёжь пошла, — драматично сказал Ямато, вызвав у неё смех.

— Ты не настолько стар, Дзиро-сан, — съязвила она.

— Ты так говоришь, но у меня суставы ломит от холода, — ответил Ямато, для пущего эффекта массируя локоть.

— Ну же, такой красивый молодой человек не должен так страдать от непогоды, — окликнула его одна из пожилых дам. Сакура должна была отдать должное этому человеку: похоже, Ямато овладел искусством краснеть по необходимости. С ярко-красными щеками он запустил руку в волосы и искренне поклонился.

— Простите, что беспокою вас, милые дамы, своими жалобами.

Сакура улыбнулась, подняв брови на Итачи, который с интересом наблюдал за представлением, поднося ко рту ещё один кусочек омлета. Его глаза блеснули, когда он посмотрел на неё, в их ониксовых глубинах ясно читалось веселье. Он перевёл взгляд, продолжив наблюдать за Ямато и его ужимками.

— Глупости, молодой человек! — вмешалась другая пожилая дама. — Вы очень понравились Сае-чан, — стол взорвался кудахчущим смехом, а Ямато покраснел ещё больше.

— Я очень польщён, — ответил Ямато.

— И мускулист! — заговорила женщина по имени Сая.

Румянец, окрасивший щёки Ямато на этот раз, определённо был настоящим. Он подавился зёрнышком риса, и Сакура быстро похлопала его по спине, когда он закашлялся.

— Не убей его, Сая! — хохотнула третья женщина.

— Здесь есть и другие люди, которые пытаются поесть, — заговорил наконец шиноби Дождя.

— Да заткнись ты, — огрызнулась третья дама. — Мы просто веселимся с этим красивым молодым человеком, — она оглядела шиноби. — Похоже, тебе бы тоже не помешало.

— Единственная причина, по которой вы, старые кошёлки, можете сидеть тут и говорить о пустяках — это Правитель и его Ангел, — отрезал шиноби, вставая со своего места. Он схватил свой поднос и поставил его на тележку, прежде чем пройти мимо стола со старушками. — Не забывайте об этом.

— Правитель и его Ангел, — тихо произнесла одна дама, из её голоса исчез весь юмор. — Ты имеешь в виду диктатора и его телохранителя. То, что Ханзо исчез, ещё не значит, что эта земля стала свободной. Её всё ещё душат, но теперь уже другой рукой.

— Что ты сказала? — спросил шиноби опасно низким голосом.

Ямато поднялся на ноги, в то время как две семьи быстро покинули столы, поспешив через дверь обратно в приёмную.

— Давайте все успокоимся, — сказал Ямато с таким хладнокровием в голосе, которого Сакура никогда раньше не слышала. Он поднял руку в успокаивающем жесте, не сводя глаз с шиноби, в то время как Итачи повернулся на стуле, готовый встать.

— Слушай, чужеземец, — сказал шиноби. — В этих землях Правитель и его Ангел священны. Любой, кто посмеет произнести имя Ханзо, будет немедленно убит, — три женщины инстинктивно попятились от него, держась за руки.