Хранительница тихо хихикает, и замечает как её помощницы, совместными усилиями перетащили еще несколько книг к подножию боковой стороны старого кресла. Крылатая девушка им благодарно кивает, останавливается возле большого черного монстра-кресла и думает куда бы поставить эту стопку, ведь за те часы, что она провела здесь, а это поди уже часов семь-восемь, она успела перебрать и перечитать с десятка два наверное книг, и все они теперь были расставлены и разложены вокруг торшера и самого кресла.

Благо Хранительница Памяти чувствовала, что пока в мире всё еще есть вера, она знала, что с детьми более или менее всё в порядке, хоть и безумно волновалась, но память деток была пожалуй в самом безопасном месте, хотя частично в руках самого опасного и страшного Черного Духа. Её помощницы были в целости и сохранности, яркими облачками-стайками разлетевшись по библиотеке и, то тут, то там выискивая полезные книги и гримуары. Она сама была в безопасности и хотя никогда не желала прятаться, но была немного рада, что есть теперь место, где можно подумать и не опасаться, что сюда ворвутся уродливые страшные сущности, желая уничтожить и поглотить всё на своем пути.

Фея села в кресло, устроилась удобнее, забираясь с ногами, и взяла новую книгу, осторожно смахивая с обложки пыль. Надпись, выгравированная рунами, гласила о темных и запрещенных ритуалах, а также о защищающих заклинаниях и барьерах.

То что ей и было нужно. Конечно же, не темные ритуалы, где без крови не обойтись, и кровь далеко не животного, а заклинания защиты и магических древних барьеров, что не пропускали страшных и черных сущностей на определенную зону, где и хотели построить барьер. Да, Туф видела множество книг со светлыми заклятиями, но они… работают несколько по-другому, и тем более сама Хранительница не первый век живет, и уж точно знает как такие примитивные твари и Духи Страха могут запросто своей коричневатой или красноватой чернью сожрать светлое заклинание. А вот наоборот темное, построенное на призыве той же тьмы, только очень древней и сильной — уже пробить не смогут.

Жаль конечно, что остались стереотипы, как в жизни людей, так и Духов: светлое против темного хорошо действует, а темное против светлого. Порой, чтобы выжить или дать отпор нужно было пользоваться той же силой, что и твой противник. Однако…

Туф вздохнула, заложила палец на третью страницу исписанную рунами и печально обвела взглядом высокие стеллажи и черные стены библиотеки. Она не понимала, зачем Нику и остальным понадобилось соваться в темную магию и создавать вот этих ужасных Страхов? Чтобы с их помощью уничтожить кого? Кромешника с Джеком? Единственных Духов, кто и держал оборону при нападении Безликого и кто в конце убил его?

Туффи нахмурилась, крылья нервно дрогнули за спиной, но она только опустила взгляд, словно до конца принимая то, что именно так и планировали остальные — уничтожить с помощью новых Духов Страха Короля Кошмаров и Ледяного Джека. И это те её друзья, напарники и товарищи с которыми она была знакома много тысяч лет! Было ужасно несправедливо, обидно и больно… Пернатая защитница детской памяти и не думала никогда, что общение с Луноликим вызовет у остальных такие последствия.

Всё, конечно же, думали, что Туф наивная и совсем не способна разочаровываться и предполагать плохое, но кто как не Фея понимала, что дело было замешано именно в Лунном Человеке и его обозленности, а не в самих Хранителях. Единственное, что она не понимала, так это почему только она не попала под влияния Лунного Духа. А всё остальное Туоф начала понимать еще с возникновением Безликого.

Вот тебе и банальщина людей: друзья оказываются частично врагами, а враги становятся добрыми и почти друзьями.

Фея улыбнулась, когда с четвертого ряда послышался писк и вновь три книги неаккуратно попадали вниз, а крохи тихо захихикали, уже не опасаясь ни темных стен со вставками ярких и не очень кристаллов света, ни теней, что лениво перетекали по углами и по потолку, кажись даже помощницы привыкли к здешней пусть и мрачной, но очень защищенной атмосфере. Да. Туф не могла отрицать — здесь действительно чувствовалась повышенная защита и безопасность. А те Кошмары, которых она видела, были конечно пугающими, но не уродливыми. Всё же, древние тени и древняя сила умеет правильно создавать сущностей, и поэтому получаются они пусть и внушающими страх, но все равно благородными.

Хранительница, едва улыбнулась, потерла лоб и вновь со вздохом открыла старинную книгу, потому, если она продолжит думать о всём этом и, в частности о Хранителях, будет еще хуже. Она ведь умела правильно развить мысль, а значит результат размышлений ей вовсе не понравится, и расстроится она пуще прежнего. Но пока ей было нельзя расстраиваться, на кону вновь спокойствие и вера в мире, на кону вновь сам мир и жизнь. А значит ей нужно выучить как можно больше старых заклятий по защите. И пусть она слабее всех физически, хрупкая и маленькая, но зато никто не знает, что лучше всего у Феи всегда срабатывали именно защитные слова и темные, барьерные заклятия на мертвых языках.

«Практически никто не знает», — осторожно поправила себя Туф, переворачивая потрепанную и шуршащую, как осенний лист, страницу.

В действительности эту скрытую способность — пользоваться темной магией, а не просто шептать слова прикрываясь светлыми заклинаниями, в раз давным-давно понял только Король Кошмаров. Ну конечно, сам ведь темный, а в том тринадцатом веке Туф слишком много раз применяла мощные щиты, которые по сути не могли сплести даже самые мощные светлые заклинания и кристаллы щиты. Только темная магия скифов, только самые черные знаки из Книги Мертвых.

И вовсе теперь не скажешь, что она — миниатюрная и вечно радостная, но робкая защитница веры, раньше — эдак веков пять тому назад, по силе этих способностей была наравне с Королем Кошмаров…

Туф слегка улыбнулась, но выбросила ненужные мысли из головы. Что уж вспоминать, эти времена давно прошли, да и ей запретили пользоваться такой силой. К слову, времена когда этот Черный Дух бесчинствовал — тоже… Подумать ведь только.

Фея, вздохнула, перелистнула еще пару страничек, нахмурилась из-за части стертых в тексте рун, но расшифровать строчку смогла. Да, с этими знаниями и вновь подученными заклятиями, можно будет спокойно и обороняться, и сдерживать чужую тьму. Время еще есть, и Туф надеется прочесть еще пару древних свитков и книг, чтобы поднабраться большей защиты. Только защиты. О нападении пусть думают хозяева этого дома.

«Кстати, а ведь у Ника тоже есть отдельная библиотека. Только не та, что в третьей гостиной зале, а та, что в его кабинете. Но он… никогда не позволял мне там брать книги.» — Туффи задумчиво поднимает взгляд, и словно пытаясь уловить мысль, легким взглядом пробегается по дальним стеллажам книг.

Она уверена, что те книги очень ценные и древние очень, да ей порой казалось, что некоторые из них вообще не из этого мира, настолько необычно и по старому они выглядели. Туф много раз бывала в кабинете Хранителя Рождества, однако максимум что ей когда-либо позволяли то это рассмотреть обложки книг без названий.

Фея даже понятия не имеет, что эта за коллекция и почему для Николаса она настолько важна и он её так бережет. Удивительно, но как говорил сам Северянин, когда-нибудь эти книги помогут ему узнать всю историю до конца. Фея недоумевала тогда, да и сейчас по прежнему не понимает о чем были те слова друга. Или может о ком? Но странность той коллекции была не преувеличена. Там было действительно что-то иное, и Туф уверена, что не заклинания и не защитные схемы кристаллов. Что-то совершенно другое, потаенное, да и эта защита на книгах, чтобы никто не смог открыть…

Она это почувствовала еще в то время, как только необычная коллекция стала пополняться. А еще иллюзии, чтобы некоторые вообще не видели эти книги. Всё казалось ей странно еще тогда — в средние века.

— Совсем себя загнала. Недолог час и в параноика превращусь… — тихо отругала себя милая Хранительница Памяти, и стянув со спинки кресла шаль, прикрыла ей плечи, без какой-либо скованности или стеснения. Холодно не было, но так было приятней и мягче.