«Что же ты такое, девочка?», – пораженно подумал я. – «Что ты такое?».
Ворота в город, несмотря на ночное время, были нараспашку. Правильно, это не какое-нибудь Приграничье, где вход держат на засове даже днем. Тут в окрестностях нубы качаются круглосуточно.
– Ну, вот и Невельбург, – объявил я. – Тебе куда?
– От ворот третья улица направо, шестой дом по нечетной стороне – с мансардой и кустом роз у входа, – заученно протараторила девочка.
– Отлично. Значит, мне в другую сторону.
Шая нахмурилась:
– А ты где живешь?
– В тюрьме или на берегу под баркасом, – буркнул я.
– Так себе жилище, – скривила она рожицу. – Пошли в гости, переночуешь в нашем доме.
Девчонка схватила меня за руку и потянула за собой. И я не нашел в себе моральных сил выдернуть пальцы из ее ладошки.
Система домовладений в «Темных пустошах» отчасти условная. Учитывая, что в игру играют десятки миллионов человек по всему миру, тут пришлось бы строить мегаполисы, чтобы обеспечить жильем всех желающих. Поэтому внутри домов существует как бы пятое измерение, множество параллельных жилищ. Несколько игроков могут войти в одну и ту же дверь, но каждый при этом окажется в своем доме.
Досчитав на нужной улочке до шести, Шая поднялась на крыльцо, порылась в сумочке и достала ключ.
– Погоди, ты одна что ли живешь? – засомневался я, привязывая скакуна к имеющейся у каждого дома небольшой коновязи.
– Ага, – она распахнула дверь. – Заходи.
Я не торопился.
– Понимаешь, некоторые могут счесть неприличным, когда юная леди приглашает малознакомого кавалера провести наедине ночь в ее доме, – попытался объясниться я.
Шая задумалась, нахмурив лоб.
– Но ты же приличный кавалер? – как-то по-взрослому серьезно спросила она.
Тут уже задумался я, затем осторожно кивнул:
– Приличный.
– Тогда заходи, – улыбнулась она.
И я зашел.
Внутри дома было уютно. Нет, правда уютно. Не ощущалось запущенности пустующего жилья, но и не было нагромождения лишней мебели и предметов или обилия всяких рюшечек и украшений. На первом этаже – диван напротив камина, стол, четыре стула, шкаф и буфет. Слева деревянная лестница наверх в мансарду, по-видимому, спальню. Окна завешены тяжелыми темно-синими шторами. Шая по-хозяйски заметалась по дому:
– Сейчас ужин приготовлю.
Из небольшой кладовки, дверь в которую размещалась в углу у шкафа, она живо натаскала на стол ветчины, сыра, овощей на салат. Затем строго шикнула на меня, приложив палец к губам, осторожно извлекла из недр буфета бутылку вина и поставила на стол передо мной. Затем принялась нарезать салат. Тут уже, не в силах стерпеть варварское издевательство над огурцами, я отобрал у нее нож, пока она не отрезала себе пальцы, и отправил наверх переодеться с дороги. Все время, пока я готовил, сверху доносилось бесконечное верещание, аханье и агаканье. Что-то падало, скрипело и шуршало. Нет, это у нее не отходняк, просто такой вот непоседливый гиперактивный ребенок.
Когда я разжег огонь в камине и обернулся, девочка спускалась по лестнице. На ней было строгое белое платьице до колен с синими отворотами, поверх которых шла золотая вышивка. Мы уселись за стол. Себе я налил вина, хозяйке дома наполнил стакан молоком из кувшина, чокнулись. Не успел я отпить и пары глотков, как началось:
– А ты правда волшебник?
– Нет, я маг.
– А чем маг отличается от волшебника?
– Волшебник может все, а маг… Могу вот так.
Я надул щеки, сунул в рот указательный палец, а затем с громким хлопком выдернул его. Шая тут же вознамерилась повторить трюк, но я остановил ее:
– Очень сильное заклинание, еще разнесешь тут все к лешему по неопытности.
Я принюхался к ветчине – свежая. Еще одна игровая условность, продукты не портятся.
– Слушай, Руко… ой! – осеклась Шая. – А можно я буду звать тебя Эл?
– Да, зови, как хочешь, – пробубнил я, жуя ветчину. – Только почему Эл?
– У моего папы был пес, которого звали Эл, очень умный. Он потом от старости умер.
– Ладно, – согласился я, – только я не собираюсь умирать от старости.
И тут я впервые, наверное, с момента своего попадания в игру, ощутил, как стремительно утекает мое время. Именно не понял умом, а ощутил всем естеством. Даже сердце защемило.
– Ага, не умирай, – очень серьезно сказала девочка.
Мы помолчали, слушая треск поленьев в камине.
– Расскажи историю.
– А тебе спать не пора?
– Не, – замотала она головой.
Я вздохнул и начал:
– В норе под землей жил-был хоббит…
Эту книгу я с детства знал наизусть. Несколько раз Шая начинала клевать носом, но продолжала упрямо слушать. На моменте, где Бильбо, забыв носовой платок, отправляется в свое знаменитое путешествие туда и обратно, она окончательно сломалась и засопела, пристроив голову на сложенных руках. Я аккуратно поднял ее и отнес наверх в мансарду. Комната не была похожа на спальню девочки, как я ее себе представлял. Простая деревянная кровать, платяной шкаф, пара шкафов с книгами, рабочий стол с письменным прибором. На полу расстелена медвежья шкура. Осторожно уложил девочку на кровать, укрыл одеялом, а сам спустился вниз и устроился на диване у догорающего камина. Надеюсь, в игре нельзя угореть от тлеющих углей. Хотел было разобраться с изменениями в меню персонажа, но сон моментально сморил меня.
– Нет. Только не это.
Первые мои слова, когда я проснулся утром и уселся, на диване были обращены к Шае, которая, сидя за столом, ловко орудовала ниткой и иглой над моей шляпой. В доме я шляпу мог снять и положить, где угодно, чем с удовольствием и воспользовался вечером. Сейчас же я с ужасом представил вышитую на шляпе надпись «Валшепник».
Девчонка затянула узелок, откусила нитку и полюбовалась работой:
– Ага. Так лучше.
Я подошел и осторожно взял шляпу в руки. На месте старой некрасивой заплаты красовалась новая, пришитая ровными стежками и почти незаметная. Я вгляделся и обомлел – одно из скрытых свойств проявилось:
Иногда вы можете видеть или ощущать то, что скрыто от большинства других.
– Ты кто такая? – пробормотал я, ошарашено глядя на девчонку.
– Я – Шая, – пожала она плечами.
– Ага, – только и смог сказать я.
Мой верный Говноконь обожрал за ночь половину розового куста. Я быстро отвязал его, пока хозяйка не увидела этого вандализма, забрался в седло и отправился совершать подвиги. А точнее, толочь камень на алхимический порошок. Сняв в аренду мастерскую и алхимический стол у непися гнома, я устроился на рабочем месте и приготовился к первому шагу на пути к спасению своей жизни. Но первым делом, я открыл меню персонажа.
Распределение статов и характеристик – какой момент в игре может быть более желанным и волнительным? Только сбор лута с элитного моба. В «Темных пустошах» за каждый уровень игроку давался один свободный стат. На каждом пятом уровне их давалось аж по три штуки, а на каждом десятом – по пять. Кроме того, на каждом четном уровне открывался случайный навык ремесла и боевое умение. Вернее, открывалось их по два, но игроку нужно было выбрать какую-то одну ветку из предложенных.
Желаете увеличить характеристику Интеллект? Да/Нет
Я затаил дыхание, выбрал «Да» и прислушался к внутренним ощущениям. Интересно же, что чувствуешь, когда становишься ровно в два раза умнее… А ничего не чувствуешь. Было один, стало два – разница невелика. В открытой вкладке с боевыми умениями завертелись два миниатюрных торнадо – рандом подбирал мне заклинание для убийства, исходя из моего игрового портрета. Интересно, какой образ представляется искину, ведь я же кроме кучи крыс и двух гоблинов никого пока не прикончил.
Предложенный выбор меня озадачил. «Снегопад» замедлял противника и наносил небольшой урон по площади, снимая с врагов по несколько ХП на протяжении полминуты. Наверняка в конце ветки какая-нибудь ульта в виде снежной бури. Второе умение было пассивкой, «Ледяной ходок» давал постоянное сопротивление магии воды, морозным ударам и холоду. Я выбрал первое – в снега на север я пока не собирался, а вот подкачаться на слабых мобах не помешает.