Мастер Ирэ рассмеялся.
– Вы не отступаете от своего.
– Я не была бы кадетом этого учебного заведения, если бы так легко сдавалась, – склонила я голову, принимая комплемент.
Следом за библиотекой была небольшая лестница в сорок ступеней. Потом вторая Галерея славы, длинной метров двадцать, где были вывешены портреты и награды лучших учеников Кадетского Корпуса имени Мастера Шедоху. Как гостеприимная хозяйка, я окидывала взглядом владения и рассказывала о любимом доме. Да, именно так. Крепость была для меня вторым домом последние десять лет. А на этих каникулах я вдруг поняла, что каменная громадина – мой единственный дом.
За галереей вновь была лестница. Она уходила влево под углом градусов в сто сорок, и поднимались мы теперь на восемьдесят восемь ступеней.
– У крепости интересная архитектура, – заметил Мастер Ирэ, когда мы, поднявшись, повернули налево и оказались в Административной галерее.
– Да, вы правы, – подтвердила я. – У древних воинов было несколько иное представление об удобстве, чем у наших современников.
И действительно, в государстве, где все строится из металла и пластика, строение из камня и дерева казалось иномирным.
Эту прекрасную, на мой взгляд, ноту я посчитала поводом для переведения диалога в нужное мне русло.
– Зато представление о войне и мире, наверное, сходится.
– Не могу с вами согласиться, кадет, – как-то слишком печально отозвался Ирэ.
– Почему? – Признаюсь, я ожидала несколько другого ответа от столь выдающегося военного.
– Не думаю, что это тема для обсуждения с девушкой, – улыбнулся Магистр.
– Вы сексист? – Разговор ушел не туда, но теперь он меня действительно заинтересовал.
– Боюсь, кадет, я не могу вам ответить на ваши вопрос так, чтобы избежать полемики, – он потер переносицу. – И сейчас, прошу меня извинить, у меня на это нет ни времени, ни сил. Как далеко кабинет ректора?
Вообще-то мы только что прошли поворот к ректорскому кабинету, но я мило улыбнулась и сказала:
– Уже близко. Кстати, вы не голодны? – Само очарование. – Вы верно только с дороги?
Это был глупый вопрос. Конечно, он был только с дороги. Потому что наша крепость расположена в горах и ближайшее место, где можно отдохнуть, в четырех днях пути отсюда. Есть, конечно, небольшая деревенька поблизости, но она с другой стороны скалы и оттуда в крепость не попадешь, если ты не кадет или не был им когда-то. А Хаган Ирэ никогда не обучался в нашем кадетском корпусе. К тому же, транспортного и летного пути здесь нет из-за какого-то силового поля, которым окружена наша крепость и с которым наши ученые еще не разобрались. Так что добирались мы люда исключительно в повозках – все остальное глохло.
– Мастер Ирэ!
Ох ты ж! Как вовремя! Даже не ожидала.
Мы с мастером синхронно повернулись. Ректор спешил к нам максимально быстро для того, чтобы успеть вырвать Хагана Ирэ из моих рук, но не достаточно, чтобы потерять лицо перед гостем.
– Кадет Арос, что вы здесь делаете? – Ректор подозревал меня в худшем и не скрывал этого.
– Направляюсь в свою комнату, мастер, – не моргнув глазом ответила я.
Мастер Ирэ внимательно, совсем по-другому посмотрел на меня.
Да, не очень красиво получилось, но как же не выведать у такой знаменитости парочку секретов? Плохой был бы из меня переговорщик и плохая дочь.
– Мастер Ирэ? – Вопросил ректор, намекая на то, что хочет услышать версию событий с точки зрения дорогого гостя.
Военный еще мгновение внимательно меня разглядывал с высоты своего роста, а потом повернулся к главному нашего учебного учреждения.
– Все верно, мастер Ринор, – еще один взгляд на меня. – Кадету Арос нездоровится, я предложил свою помощь.
Ректор удивленно уставился на меня своими бледно-голубыми рыбьими глазами. Что? Не ожидал? Да я сама в шоке! А Хаган Ирэ, оказывается, очень даже ничего. Не сдал вот меня.
После недолгих раздумий ректор вынес вердикт:
– Да, я полагаю, вы вправе сопроводить кадета, учитывая то, что вы новый куратор ее группы.
Вот тут даже моя выдержка дала сбой. Я с удивлением уставилась на нового куратора. Как такое возможно? Почему?
– Пойдемте, кадет, – бывший, судя по всему, военный взял меня за локоток. – Вы еле стоите на ногах.
– Мастер, я жду вас в своем кабинете, – напомнил ректор.
Ирэ не ответил, но мне показалось, что он с трудом вытерпел столь приказной тон по отношению к себе.
– Мастер, нам сейчас направо, – посоветовала я.
– Боюсь, вам нельзя доверять в вопросе указания дороги, – он смерил меня разгневанным взглядом. – Хотя, после вашей выходки, я не склонен доверять вам вообще ни в каких вопросах.
– Простите, мастер, – попыталась оправдаться я. – Но я не могла упустить шанс пообщаться с легендарной личностью, то есть с вами.
– И как? Пообщались?
– Не очень то и успели, – вздохнула. – Теперь прямо, второй поворот направо.
– Знаете, кадет Арос, – куратор пылал гневом. – Общение вовсе не обязательно начинать со лжи!
Ох, не хотела я этого говорить, но…
– А теперь отбросьте вашу обоснованную злость, – я выдернула локоток из его широкой ладони. Нужно что-то говорить, постараться заставить почувствовать отголосок вины. – И скажите честно, вы бы стали разговаривать с обычным кадетом? Позвольте ответить за вас: Нет!
– Так это был способ привлечения моего внимания? – Мужчина остановился посреди пустого коридора, ведущего в жилые комнаты. – Я так понимаю, вы с факультета переговорщиков?
– Верно понимаете, – кивнула я.
– Мне не нравятся ваши методы, кадет Арос, – мастер Ирэ смерил меня взглядом темно-карих глаз.
– А я как раз хотела узнать подробнее о ваших методах, – парировала я.
– Это я расскажу вам на лекции по предмету «Особенности переговоров с военнослужащими всех рангов», – его улыбка стала издевательской. – А вот практическую часть, считайте, вы у меня не сдали.
– Но…
– Пересдачу назначу позже, – он развернулся и отправился к лестнице, ведущей на административную галерею. – Думаю, вы сами сможете дойти до ваших покоев, кадет.
От возмущения я даже ногой притопнула. Ну кто же знал, что это наш новый куратор?! Мастер Хаган Ирэ должен был принять мой поступок за любовный интерес, сжалиться над юной мной, потерявшей голову от любви и согласиться на нравоучительную беседу, которую я бы повернула в нужную для меня сторону. Но прожженный воин имел свои загадки, которые я не учла. Папенька всегда говорит, что я слишком спешу в подобных делах. Эх… Как жаль. Теперь придется учить этот скучнейший предмет на свете!
Все-таки не прав родитель, когда говорит, что любой мужчина глупеет рядом со мной. Видимо, у мастера слишком много опыта в общении с красавицами и номер, который прошел бы с любым кадетом, не впечатлил Ирэ.
Я направилась к своей комнате, которая была последней в нашем крыле, а, следовательно, находилась выше всех. Дело в том, что у всех кадетов были отдельные помещения для жилья. Из длинного коридора в обе стороны выходили сотни дверей, каждая дверь скрывала очень узкую винтовую лестницу, которая вела в спальню кадета. Каждая следующая лестница была выше предыдущей, таким образом, окна комнат выходили друг на друга над крытым каменными плитами коридором. Чтобы попасть конкретно в мою комнату, нужно преодолеть шестьдесят семь ступеней винтовой лестницы и пройти мимо двух дверей других девушек из младших курсов.
Войдя в комнату, я громко хлопнула дверью. Промелькнула и исчезла мысль о том, что я сделала что-то не то. Я посмотрела на себя в зеркало и улыбнулась, вспомнив слова мамы. Она всегда мне говорила: «Что бы ты ни делала, Мариис, это всегда будет правильно. Все, что ты сделаешь, приведет тебя к нужному результату, моя дорогая. Тебе уготовано великое будущее!»
Я была очень на нее похожа. Такие же темные прямые волосы, такие же зеленые глаза. Она была чудесной, жаль только, что мы мало с ней общались.
– Итак, – сказала я себе. – О проблемах подумаем после, а сейчас я хочу веселиться!