В Эдорасе идет подготовка к дальнейшей переправе, я же возвращаюсь в Мидусельд. Здесь тоже жизнь не стоит на месте. Воины снаряжаются, готовят провизию и затачивают мечи. Но не это привлекает мое внимание. В центре залы, словно танцуя, тренируется Эовин. Ее сложно назвать умелым и ловким воином, но за свою жизнь эта девушка уж точно сможет постоять.
— Неплохо владеешь мечом, — подходя к роханской принцессе, произношу я. И тем самым застаю ее врасплох. Совсем забыла, что люди плохо слышат, как к ним подходят эльфы. — Извини, не хотела напугать.
— Женщины нашей страны исстари воины. У кого нет меча, тот погибнет в бою, — уверенно произносит девушка, убирая свой меч в ножны. В очередной раз убеждаюсь, что Рохан одно из немногих мест, где женщина может проявлять себя в любом качестве. Не то что все эти стереотипы, где девушкам велено сидеть дома. Родись я здесь, жизнь моя была бы куда проще.
— Хорошая позиция, — согласно киваю и достаю свой меч. — Мой тебе совет — следи за ногами, когда наносишь удар, — после этого показываю несколько простеньких атак, делая больше упор на шаги, нежели на действия самого меча. — Ты выглядишь зажатой. Расслабься и дай волю своему оружию, — останавливаюсь напротив Эовин. Несколько прядей так не вовремя падают на глаза. Мне следовало заплести косу. — Попробуй снова, но в этот раз расправь плечи и будь увереннее, — с улыбкой предлагаю я и отхожу в сторону.
— Мне далеко до эльфийских воинов, — несколько смущенно отвечает девушка, но все же берет в руки меч. — Да и опыта у меня не так много.
— Здесь дело не в опыте, Эовин, а в настрое. Представь, что перед тобой стоит враг, и он не будет ждать, пока ты соберешься с силами, — сажусь на скамью, при этом наблюдая за действиями принцессы. В это время в зал заходит Арагорн. Мужчина также привел себя в порядок и сейчас выглядит свежим, пусть и не таким отдохнувшим. Эовин же не замечает появление Дунадана, а следующее ее действие заставляет меня улыбнуться.
А нечего Арагорну было подходить к ней со спины. Девушка с ожесточением наносит удар, который успешно блокируется умелым воином. Другого я и не ожидала от Странника. Стараюсь незамеченной покинуть это место. Но разве могло у меня это получиться?
— Аилинон, тебя Леголас искал, — окликает меня Арагорн. — И еще, Митрандир вновь покинул нас, сказал, что дальше оставляет все на тебя. Мол его магия нужна в другом месте, а вот твоя пригодится в Рохане.
— Не хватало мне одного Леголаса, так теперь и мой Свет вдруг всем понадобился, — недовольно ворчу я, выходя на улицу. Найти лихолесского принца оказывается не так уж и сложно. Он вместе с Гимли и несколькими рохирримами уже вовсю снаряжает лошадей для выхода из Эдораса. Многие люди уже двинулись в путь. Осталось дело лишь за нами.
— Аилинон, цветочек ты наш драгоценный, неужто обычная вода снова заставила тебя сверкать? — усмехается Гимли, первым заметив мое появление. Подхватываю в руки корзинку с провизией и быстро загружаю ее на телегу.
— Да, знаешь, вода здесь приветлива и так приятно ласкает кожу, — улыбаясь одним уголком губ, неотрывно смотрю на Леголаса. — Арагорн сказал, что ты искал меня, — лишь потемневшие глаза эльфа выдают то, насколько сильно мои слова засели в его разуме. Что ж, пусть теперь помучается.
— Я хотел удостовериться, что с тобой все хорошо, — с этими слова эльф взбирается на спину Арода, а к нам подходит Эовин, ведя за поводья гнедого коня. На него-то и сажают недовольного до кончиков бороды гнома. Так, осталось дело за малым, отыскать Фаэн и присоединиться к друзьям.
И словно по волшебству, стоит мне только свиснуть, кобыла выбегает мне навстречу. Чуть ли не на ходу запрыгиваю ей на спину. Не знаю, насколько долгим еще будет наш путь, но в это раз мы хотя бы не гонимся за орками без сна и отдыха. Я бы сказала, что по сравнению с прошлыми днями, эта переправа больше напоминает прогулку, нежели поход.
========== Глава 23. Это всего лишь прошлое ==========
Грустно наблюдать за тем, как Эдорас пустеет. Он слишком незащищен для обороны, орки бы в миг разнесли город ко всем чертям. Я не говорю про людей, которые жили в нем. Они сейчас кажутся покинутыми, словно их лишают не дома, а самого смысла существования. В каком-то смысле я их понимаю.
Стою в стороне от колонны людей и разглядываю умирающий на глазах город. Он словно становится призраком, молчаливым и мрачным призраком. Если мы проиграем эту войну, то в домах Эдораса больше никогда не загорится огонь, а дети не будут бегать меж домов, играя и балуясь.
Разворачиваю Фаэн и достаточно быстро догоняю своих друзей. Этот мир становится слишком жестоким для столь хрупких и слабых созданий, как люди. Их век короток, при этом им все равно приходится терпеть все перипетии судьбы.
Стараюсь сильно не углубляться в эмоции людей, они временами бывают преувеличенными. Некоторые переоценивают опасность, но это лучше, чем недооценивать ее. Еду верхом на Фаэн в компании своих друзей. Многие воины восседают на величественных конях, готовые в любой момент броситься на защиту своего народа.
Но я более не могу пользоваться добротой меарас. Она жаждет рассекать роханские просторы, а не медленно шагать в веренице из людей и их пожитков. Легко спрыгиваю на землю и отпускаю лошадь. Впрочем, по ее глазам вижу, что далеко от нас она не ускачет. Лишь немного разомнется.
Потягиваюсь, разминая затекшие руки и спину, после этого подхожу к Эовин. Девушка спокойно ведет гнедого коня под уздцы, не давая ему скинуть Гимли со своей спины. Гном уже освоился в седле и даже больше не ворчит. Чуть позади от нас едут Арагорн и Леголас. И я готова доверить им свою жизнь, снова. Что бы нас не ждало впереди.
— Это правда, гномьих женщин редко кто видел, — всю дорогу от Эдораса сын Глоина что-то рассказывает Эовин. То о величии Эребора, то какие-нибудь былины или легенды, которые когда-то давно поведал ему его отец. А вот сейчас Гимли добрался и до темы женщин. — Просто они так похожи голосом и внешностью, что их часто принимаю за мужчин гномов, — принцесса начинает смеяться. Искренняя и чистая улыбка делает ее лицо светлее.
— Из-за бороды, — тихо подсказывает Арагорн. Благо Гимли не расслышал этого, а то начал бы расписывать всю важность гномьей бороды. Нам бы и дороги до Хельмовой Пади не хватило, чтобы дослушать этот рассказ до конца.
— Это породило ошибочное поверье, что у гномов нет женщин. И гномы просто рождаются из отверстий в земле, — словно бы и не заметив комментария Дунадана, Гимли продолжает эмоционально повествовать о прекрасной половине своего народа. — И это, конечно же, глупость! — гном оказывается слишком громким для коня, который его везет.
Поэтому в следующую секунду гнедая лошадь мчится в голубые дали, а наш красноречивый друг с чертыханьем падает на землю. Вместе с Эовин мы быстро подбегаем к гному, который старается придумать хоть какое-то оправдание своей неловкости. Это видно по его взгляду, что заставляет меня засмеяться. Атмосфера вокруг нас становится веселой и какой-то беззаботной.
Улыбка не сходит с моего лица, а я ненароком смотрю на Леголаса. Они с Арагорном как раз подъезжают к нам. Эльф выглядит расслабленным, а глаза его лучатся радостью. Почему-то именно сейчас хочется махнуть на все рукой, сесть позади него в седло и скакать куда глаза глядят. Лишь вдвоем. А потом, после долгих странствий, вернуться в Лихолесье.
— Все в порядке, без паники, — пытаясь встать с земли, выкрикивает наугрим. Его тщетные попытки подняться лишь еще сильнее веселят нас с роханской принцессой. — Я специально. Гномы так спешиваются, — и все-таки он находит отговорку, которая не уменьшает моего приподнятого настроения. Помогаю Эовин поднять гнома.
— Кажется, без Леголаса тебе нечего делать в седле, — смеюсь я, возвращая гнедого и своенравного коня обратно. — Или Арод просто решил, что с удовольствием довезет гнома, куда тому будет угодно, — с этими словами водружаем Гимли обратно на спину коня. — Но, знаешь, Гимли, не только о твоем народе ходит множество ошибочных историй.
