— Значит, ты назначила главным мальчишку, — проговорил Ник во время небольшого привала.

Путники остановились в одном из полуразрушенных домов из-за не вовремя начавшегося проливного дождя, способного промочить их до нитки за несколько минут. Да и завывающий сильный ветер не импонировал. Так что недолгая остановка до его окончания была более, чем уместна.

— Да, — ответила ему Джоанна, вслушиваясь в то, как дождь тарабанит по крыше. — Это немало преподнесет его в глазах семьи, помогая вновь заслужить утраченное доверие. Да и ему уже двадцать. Теперь на его плечах будет лежать эта ответственность, что немного остепенит его.

— Твои аргументы кажутся уместными, — сказал на это детектив. — Кстати, вынужден сообщить, что останусь в Пристанище ненадолго. Завтра с утра мне нужно удалиться: пока нас не было, назрело очень серьезное дело, требующее моего немедленного вмешательства. И не смотри на меня так, я отправлюсь один, — поспешно добавил он, заметив заинтересованность в глазах леди, — ведь и так уже вымотал с разрешением тайны Эдди Уинтера. Тебе нужен отдых, птичка. Хороший долгий отдых.

Она секунды три собиралась с мыслями, чтобы начать дискутировать, но потом сдалась. Всё же, её друг был прав: леди действительно хотелось уже наконец-то попасть домой и хорошенько так набраться сил, чтобы вновь возобновить прежний темп жизни.

— Что же это за дело-то такое? — спросила Выжившая, склонив голову набок.

— О, очень запутанное и зловещее, — ответил Валентайн, решив закурить, пока погода ещё не позволяла им выйти наружу. — Но пусть я расскажу об этом завтра. Для интриги, — хитро добавил он, лукаво улыбнувшись.

— Ну тебя, — хмыкнула она и стукнула кулаком его в бок.

— Кстати, эта ситуация ничего тебе не напоминает?

— Есть кое-что, — улыбнулась Джоанна. — Почти полгода назад мы сидели точно так же. И я не знала, куда деться и что вообще делать. И искала Жадин… И боялась тебя.

— А ещё была гроза, — произнёс робот.

— А ещё была гроза, — повторила женщина и ненадолго задумалась.

Но вскоре дождь прекратился и напарники, минуя лужи, вновь возобновили свой путь бостонскими улицами…

***

«Because I came here with a load

And it feels so much lighter

Since I met you

And honey you should know

That I could never go on without you».

Coldplay — Green eyes

Следующим же утром уже знакомые нам двое путников покинули пределы Пристанища и двинули в сторону северо-запада. Джоанна вызвалась проводить немного друга, да и заодно разузнать обо всём касательного того дела.

— Так что же за загадка? — спросила у него она, ещё зевая, ведь утро было раннее. На вид миссис Джексон сейчас была немного растрёпанной, а ещё забыла надеть свои гогглы в дорогу. Тем не менее, весь последующий рассказ она слушала с небывалым интересом.

— Есть такое место… «Стим-Мир». Огроменный довоенный парк аттракционов, посвящённый одной только Стим-коле.

— Да, слыхала о нём и даже хотела когда-нибудь посетить, — кивнула Выжившая. — Вот только Нейт бы ни под каким предлогом не согласился туда поехать…

— Гм. Так вот, — продолжил Ник, — недавно мне начали сообщать о странной радиостанции, ведущей эфир якобы оттуда, в котором повторяется одно и то же: людей приглашают посетить парк аттракционов, взамен обещая хорошую территорию для поселений, ещё никем не занятую. И все, кто клюнул на эту уловку, уже не вернулись.

— Какой ужас… — вздрогнув, проговорила Джоанна.

— Я собираюсь разведать, что же там происходит на самом деле. В часах четырёх отсюда есть вокзал, из которого и отправлялись в «Стим-Мир» автоматизированные поезда, которые внезапно заработали. Я пойду по рельсам и разузнаю всё, а по возможности и постараюсь устранить проблему. Но мое чутье подсказывает, что там таится нечто очень серьезное.

Они остановились, чтобы попрощаться, но момент всё затягивался и затягивался, а нужные слова так и не находились. Наконец, детектив прорезал молчание между ними, произнеся:

— Так что… Я могу и не вернуться тоже. Ну, знаешь, всякое может случиться, местность наверняка опасная.

— Ну что ты такое говоришь! — обеспокоенно ответила ему Выжившая, подступив ближе. — Ты придешь туда, разузнаешь всё, что нужно, а потом вернёшься назад. Я знаю. Уверена. Ты же Ник Валентайн, бравый детектив из Даймонд-сити или кто?

Он на миг улыбнулся от этих слов. А затем прикоснулся кончиками неповреждённой руки её щеки и спросил:

— И как только ты умеешь находить нужные слова?

— Я не умею, — она развела руками в стороны, — ведь всё это из-за того, что я так хорошо тебя знаю. Успела выучить.

— Кажется, я тебя тоже… — проговорил он. А затем вгляделся в её глаза.

К нему пришло осознание того, что он, похоже, уже не может без этой женщины. Что даже такая относительно недолгая разлука ему, бесчувственной железяке, кажется тягостной, заставляя все микросхемы щемить, томить какими-то странными порывами. Что, похоже, он тоже уже приварен к ней. И, кажется, давно.

Так что детектив не нашёл ничего лучше, как наклониться и накрыть её губы своими.

Это касание длилось не дольше пары мгновений, и он тут же отстранился, но леди оцепенела, словно превратилась в мраморную статую. И, хоть выглядела она неподвижно и даже забыла, как дышать, всё её естество будто пронзил заряд молнии, заставив кровь бешено растечься по жилам, пульс под горлом застучать часто-часто, а густую краску прилить к щекам. Внутри её начали щекотать мириады мотыльков, которые неистово искали выход, то и дело заставляя сердце пропускать удары, когда те касались нежными крылышками стенок живота.

Миссис Джоанна Джексон поняла, что сейчас она стоит на распутье, и это — поворотный момент в её жизни, что навсегда разделит ту на «до» и «после». А ещё женщина наконец-то осознала, что мужчина, в которого ей посчастливилось влюбиться по сами уши, сделал наконец-то осознанный серьезный шаг ей навстречу, давая понять, что же она всё-таки значит для него.

О, матушка бы этого не одобрила. В её прагматичную голову даже ни в каком дурном сне никогда бы не явилась мысль о том, что её дочь отдаст свое сердце страшному стальному роботу, а не спутнику жизни, которого она сама и определила для неё, не предоставляя никакой возможности для, собственно, самого выбора. И случится это через двести лет, когда мир сгинет в радиационном огне, но не возродится, словно феникс. И что её дочка будет носить платье выше колена.

Джоанна-некогда-Харрис решила послать мысли о матери к чёрту.

— Прости, я не должен был, я… — начал было оправдываться Ник, не понимая, почему его спутница до сих пор молчит.

И эти слова пробудили её от оцепенения. Она немного растерянно захлопала ресницами и встретилась с ним взглядом.

И миссис Джоанна Джексон наконец-то решилась на то, о чём даже боялась думать, считая несбыточным.

Леди встала на цыпочки, на самые кончики пальцев, как истинная балерина, прижалась к детективу, нежно обвила его шею руками, сминая под своими пальцами ткань его плаща, и поцеловала в ответ. И тысяча бабочек в животе наконец-то вырвались наружу, оставляя после себя неведомую дрожь, пробежавшуюся по всему телу.

Правда, владела она инициативой недолго. Вскоре Джоанна почувствовала, что на её талию очень деликатно легли его руки и притянули её к себе ещё ближе. И Ник, кажется, отвечает ей и не отталкивает от себя, мотивируя это тем, что всё это так неправильно. Правда, целовались они неумело и слегка несмело, ведь ни у кого из них не было особого опыта в этом.

Но всё хорошее рано или поздно должно закончиться. Так что сыщик отстранился первым и, обхватив её лицо ладонями, проговорил:

— Мне правда пора, птичка…

Она накрыла его руки своими и, дёрнув уголки губ в ободряющей улыбке, сказала:

— Пообещай, что вернёшься. Что всё будет хорошо… и ты не полезешь, сломя голову, в водоворот опасностей.

— Даю слово, — поклялся Валентайн. — Тем более, теперь мне есть к кому возвращаться.