Кейт была права — дьяволы покинули свой корабль, дабы встретиться с ними, так что экипаж «Галатеи» начал спускаться им навстречу.

И как же было заметно их различие! Если «златые» пираты и производили впечатление разбойников — но довольно благородных, хоть и потрепанных жизнью, тех, кто не станет нападать на честный люд и отбирать их имущество вкупе с душой, то экипаж «Дьяволицы» же олицетворял собой команду, достойную судного дня. Настолько разношёрстную и своеобразную, что, казалось, можно было разглядывать их вечность — и все равно находить всё новое и новое в виде и убранстве колоритных особей. И, что удивительно, люди там были в меньшинстве. Основу команды составляли гули: несколько светящихся, кое-кто с уродливыми радиационными наростами, кто-то — уже почти разложившийся — плоть едва держалась на их костях и можно было только диву даваться, как они до сих пор не превратились в диких. Другую часть дьяволов составляли роботы — горстка массачусетских антропоморфных, один штурмотрон, от чего-то нацепивший на себя цилиндр, мистер Храбрец со зловещими модификациями и секюритрон — большая по размеру модель с прямоугольным экраном вместо головы, подобные которой бороздили своим единственным колесом здешние невадские земли. Род же человеческий был здесь представлен несколькими молодыми мужчинами и женщинами, подобными между собой — бритые наголо, с крепким телосложением и грубо выведенными татуировками под левым глазом. Одевались они все схоже — в широкие брюки и рубашки, нагрудники и наплечники, а некоторые из дам предпочли надеть юбки до колен.

Главный же интерес представлял собой капитан Уинфред — рослый гуль с содранной чуть ли не до костей левой стороной лица и отсутствующей там же щекой, сквозь щели в которой виднелись зубы, заменённые на протезированые. Одевался он просто — в рубаху, армейские брюки и потёртый мундир когда-то красного цвета, накинутый на плечи. Громадная сабля была закреплена у него на поясе, и её же гуль не отпускал всю дорогу, пока шёл им навстречу впереди, а потом рассматривал собравшихся пиратов Востока.

— Итак, Унфред, мы прибыли, — начал Фрэнсис, косясь на команду «Дьяволицы», аж никак не лучащуюся дружелюбием. Всё это начинало казаться довольно подозрительным, но капитан «Галатеи», не меняя тона разговора, продолжил: — Чего же ты от меня так хочешь, раз позволил прибыть на твою территорию?

— От тебя? — хмыкнул тот, и несколько членов его команды загоготали, насмехаясь. Голос у гуля, как и можно было ожидать, был хриплым и вкрадчивым, придавая тому зловещие нотки. — Нет, Ирвинг. Была бы моя воля — я бы не видел тебя буквально ещё лет сто. Так что, как можешь догадаться, мы созвали вас сюда вовсе не из-за тебя.

— Ну и какова же ваша истинная цель? — спросил вмиг нахмурившийся Фрэнсис. Краски начали сильнее сгущаться…

— Он, — кратко отказал Уинфред, и все взгляды повернулись туда, куда тот глядел. На Дафния.

— Я не понимаю… — начал медик спокойным голосом, но любой, кто знал его достаточно близко, мог уловить в нём некоторые панические нотки. Дафний боялся — да что же могло его так напугать?

— О, ну конечно. Всё ты понимаешь, — сузил глаза главарь дьяволов. — Один из самых талантливых медиков Мохаве. Выходец «Последователей», покинувших их ради собственно избранного пути. Я искал тебя по всей Неваде, а потом — в западном крае, пока не получил наводку на то, что найти тебя можно там, где я и не думал искать. Какая ирония — на корабле моего врага, Фрэнсиса Ирвинга, когда-то грабившего мои земли и поплатившегося за это. Если бы причина моих поисков не была так необходима, я бы бросил это дело. Но…

— Чего же вы хотите от меня? — задал резонный вопрос Дафний, и Уинфред подступил к нему на несколько шагов ближе.

— Твоих умений, рук и мозгов, конечно же. За спасение всего лишь одного человека. А если нет — эта команда, — он обвёл долгим взглядом всех прибывших на «Галатее», — скоро распрощается со своими жизнями. Нас-то больше. И поверь мне, я говорю это вовсе не ради запугивания. Просто констатирую факт.

— Я согласился бы помочь и без этих угроз, — Дафний сложил руки на груди и посмотрел на собеседника долгим взглядом. — Кто нуждается в моей помощи?

Ответ же Уинфреда удивил всех на «Галатее»:

— Моя дочь.

***

После этого Уинфред пригласил всех пиратов «Галатеи» погостить у него на корабле, пока Дафний будет заниматься лечением. Возражений не последовало, поэтому сейчас они поднимались по трапу на борт незнакомого корабля. Вблизи он казался ещё уродливее и неухоженнее, о чём неустанно ворчала про себя Маргарита, которой подобное отношение к собственному судну казалось попросту кощунственным. «Никакой аккуратной работы… И эти металлические пластины!..» — услышала краем уха Анна, пока спешила поравняться с Мелиссой. Как ни удивительно, она шагала позади, о чём-то усиленно размышляя, а не вышагивала на начале колонны вместе с капитаном.

Дождавшись, пока Мелисса наконец-то прервёт свои размышления, Харрис, понизив голос в надежде, что дьяволы подле её не услышат, быстро задала вопрос:

— Что он имел в виду? Гули же, насколько я знаю, не могут иметь детей!

Помощница капитана тоже оглянулась дабы убедиться, что их разговор не будет подслушан, а потом взяла её под локоть и придвинула к себе поближе, чтобы ответить:

— Конечно нет. Видела этих людей в команде, всех схожих на вид? — Получив утвердительный кивок, роботесса продолжила: — Каждые пятнадцать лет Уинфред набирает в команду по десять детей-беспризорников, которых на пустошах и так полно. Он обучает своих преемников многим разбойным умениям, причём довольно жестоко — и до совершеннолетия доживают не все. Оставшиеся же или становятся частью команды, или идут на пустоши, дабы вскоре возглавить рейдерские или наёмнические группировки. Но если кто-то пробует сбежать раньше времени… считай, что он автоматически покойник, и расправа его ждёт жестока. Уинфред не умеет прощать. Как и быть милосердным к своим «детям». Ты сама можешь увидеть, сколько тех осталось. Их можно пересчитать на пальцах одной руки.

— Но это же так жестоко! — громким шёпотом возмутилась Анна, и Мелисса одёрнула её, потянув за руку.

— Можешь возмущаться сколько угодно, но только не в этом месте. У здешних роботов слух намного совершеннее, нежели может показаться. Даже я в подмётки им не гожусь — а уж в меня создатели понапихали много всего, что позволяет понимать людей. Так что — будь осторожна. Мы не дома.

Тем временем они поднялись на борт корабля и принялись сдавать своё оружие, перед этим подвергнувшись тщательной проверке, двинулись в сторону входа в его деревянного нутра. Уинфред не шибко гостеприимно указал, где воздушные пираты Востока будут ночевать — в двух помещениях, для мужчин и женщин отдельно. Были они довольно скромны по размеру; заметно, что к приходу «гостей» не шибко-то и готовились — лишь раскидали с десяток спальников в каждое помещение, а на этом вся забота и заканчивалась. Каюты, как и все помещения и коридоры на корабле, складывали впечатления, что их убирали, похоже, полстолетия назад. А то и столетие, судя по слоям пыли вокруг, паутины над головой и заплесневелых отсыревших местах (что немедленно заставило чихать Айрис и привело в шок Маргариту, схватившуюся за сердце при виде местных беспорядков).

— Ну, а мы с тобой сейчас же отправимся на осмотр, — обратился после к Дафнию Уинфред. — Дело, сам понимаешь, срочное.

— Я бы хотел, чтобы с нами присутствовала моя помощница, мисс Харрис, — и Уолтерс показал в сторону Джоанны, которая как раз находилась неподалёку.

Капитан Уинфред впервые обратил на неё внимание, и Анне стало не по себе от взгляда его зеленоватых мутных глаз с прожилками на белке). Он осматривал её долгим цепким взглядом, остановившись сначала на фигуре, потом же перевёл взгляд на лицо. На мгновение женщине показалось, что в его взгляде мелькнула какая-то искра, но главарь «Дьяволицы» тут же отвернулся от неё, так что Выжившая поняла, что ей просто померещилось.