- Может, хватит? – прорезал тишину недовольный голос Финна. Девушка тут же отвернулась от Ремуса и повернулась к Финну, насмешливо глядя на него:

- Что?

- Говорю, может, хватит? – издевательски повторил Финн. – От твоего ножика толку не больше, чем от пилки для ногтей. Всё равно тебя никогда не возьмут в настоящий бой.

Он отвернулся от неё, и это было ошибкой. Быстро, как кошка, Урсула вскочила со своего места, обхватила Финна левой рукой за шею и рванула вниз, вынуждая встать на колени. Руки молодого оборотня, протянутые к костру, неподвижно застыли. Урсула прижала тонкий ножик к напряжённой шее и ласково, почти мурлыкая, проговорила Финну на ухо:

- Я просто играю, Финн. Я просто играю. Не всем же быть такими кислыми хмурыми ублюдками, как ты, правда?

- Не смей… – прорычал Финн, косясь на неё испуганными и злыми глазами, – не смей называть меня ублюдком! Слышишь меня, шлюха?

Быстрое движение – и Урсула слегка проткнула его кожу острым кончиком ножа. Финн прерывисто вздохнул от боли. Урсула улыбнулась и слизнула острым язычком кровь с его шеи:

- Да, я шлюха. Как и твоя мамаша.

Она оттолкнула его так, что он чуть не упал в костёр, и отошла в сторону. Ремус снова встретился с ней взглядом, и она улыбнулась ему. Дэн тихо рассмеялся, на минуту отвлекаясь от своих дров.

- А ты на что уставился, придурок? – прорычал Финн. Ремус повернулся к нему, приподнял чайник:

- Чаю хочешь? Камал заварил для раненых.

- Пошёл ты! – плюнул Финн и снова повернулся к огню. Но внезапно вскочил на ноги и посмотрел куда-то за спину Ремусу. Тот обернулся. К огню медленным, размашистым шагом шёл Грегор Гвилт. Вид у него был помятый, куртка цвета хаки распахнута на груди, майка вылезла из джинсов. Позади него, о чём-то тихо переговариваясь, шли Адам и Дерек. Ремус невольно задержал на вожаке взгляд. Похоже, не он один провёл бессонную ночь.

Гвилт поднял голову и встретился с ним холодными серыми глазами. Потом повернулся к Дереку:

- Дерек, для тебя есть работа. Отправляйся в лес, проверь ловушки.

- Хорошо, – кивнул мужчина. – Только подожду, когда брат закончит колоть дрова. Вдруг много тащить придётся?

Гвилт холодно усмехнулся:

- Нет. У Дэна и так есть, чем заняться. Возьмёшь с собой Ремуса. – Он снова посмотрел на юношу холодным взглядом: – Вчера выяснилось, что он не переносит вида крови. Раз он теперь один из нас, должен привыкать. Проследи, чтобы он убил кого-нибудь.

Лицо Дерека на секунду окаменело. Ремус каким-то чутьём уловил, как за его спиной настороженно замер Дэн. Братья не осмелились обмениваться взглядами в открытую, но он знал, что они встревожены.

- Ладно, – безо всякого выражения сказал Дэн. Ремус прикусил губу:

- Я сейчас, только верну чайник на кухню.

- Урсула отнесёт, – бросил Гвилт и снова повернулся к огню. Тут же, слушаясь приказа, Урсула подошла к Ремусу так близко, что он почувствовал исходившее от неё тепло. Когда она забирала у него чайник, то её пальцы мягко скользнули по его запястью, и от этого прикосновения его бросило в дрожь. Он велел себе не смотреть на то, как она уходит, как волнуются на ветру её кудри, и вместо этого зашагал вслед за Дереком.

В лесу было тихо и холодно, в воздухе ощущался хрустящий привкус близкой зимы. Спасаясь от холода, Ремус глубоко засунул руки в карманы. Дерек обернулся к нему:

- Нам далеко идти. Тебе не холодно?

- Я в порядке.

- Это хорошо.

- А куда мы идём?

- Вчера я и Хантер поставили ловушки на кроликов, возле ручья. Надо посмотреть, может, кто-то попался.

- И часто вы здесь так охотитесь? – спросил Ремус. Он вспомнил, что на кухне было много банок с консервами, овощей и хлеба, но ни разу не видел туш животных – за исключением вчерашнего утра, когда разделывали свиней.

- Когда есть возможность.

Несколько минут спустя Ремус осмелился спросить:

- Дерек, может, ты расскажешь, что произошло ночью?

Уловив страх в его голосе, Дерек обернулся, смерил его взглядом:

- Твой план не сработал. Вот что произошло. Я видел троих авроров. Думаю, их было больше, потому что кто-то палил заклинаниями из леса и оглушил нескольких наших. Но я видел только троих.

- Правда, что среди них был Грюм?

- Да. Я его узнал. Уверен, что и он узнал меня.

Следующий вопрос задать было сложно. Ремус сжал зубы и некоторое время медленно дышал через нос, чтобы успокоиться и не дать своему голосу предательски задрожать, прежде чем спросил:

- Правда, что Хантер убил одного из авроров?

- Я видел, как он бросил нож в одного из них. Попал в бок, не в шею и не в сердце. Думаю, он выкарабкается.

- А тот парень… как он выглядел?

- Я особо не разглядел, но точно помню, что он был темнокожий.

Значит, не Фрэнк. Ремус прикрыл глаза, лихорадочно соображая. Сали Рахим? Кингсли Шеклболт? Джон Таунсенд… ах, нет, Джон Таунсенд в больнице Святого Мунго. Он ослеп от какого-то мерзкого зелья, которым плеснули на него в бою, и целители до сих пор бьются над ним. Ремус читал об этом в «Ежедневном Пророке» всего неделю назад, а кажется – целую вечность.

- Мы уже рядом. Ступай тише, если они ещё не попались в ловушки, мы можем их спугнуть.

Пригнувшись и затаив дыхание, Ремус последовал за Дереком вниз по склону холма, заросшего молоденькими, тонкими деревцами. Они спустились к мелкому прозрачному ручью, журчащему среди замшелых валунов. Лес вокруг был совсем голый, вся трава скрылась под слоем опавших листьев, но мох на валунах продолжал зеленеть с какой-то лихорадочной радостью.

Когда они пересекли ручей и вновь поднялись на холм на другом берегу, Дерек протянул руку назад, приказывая Ремусу остановиться. Тот замер, вглядываясь вперёд, и увидел то, зачем они сюда пришли: небольшую клетку, сплетённую из проволоки. Клетка стояла под деревом, и в её углу испуганно сжался серый кролик. Его уши были прижаты к голове, но настороженно приподнялись, когда он услышал шаги оборотней.

Ремус тихо вздохнул, глядя в тёмные испуганные глазки кролика. Он вспомнил слова Гвилта. И как, интересно, ему придётся убить зверька? Перерезать глотку, как Гвилт поступил с Хорнетом?

- Попался, – проговорил Дерек, и на его усталом лице появилась улыбка. – Это хороший лес. Здесь ещё есть на кого охотиться. Мы поставили ещё одну ловушку подальше отсюда. Бери клетку и пошли за мной.

Вторая ловушка оказалась шагах в пятидесяти от первой, пряталась в зарослях увядшего папоротника. В ней тоже сидел кролик. Дерек остановился перед ней, одной рукой открывая крышку ловушки, а второй снимая с пояса короткую дубинку.

- Смотри, – велел он, взглянув на Ремуса. Он поднял кролика в воздух, держа его за задние лапки. Кролик висел неподвижно, маленькие глаза уставились в пустоту. Второй рукой оборотень занёс дубинку и одним точным движением ударил зверька по затылку.

Кролик слегка дёрнулся, уши мгновенно обмякли и опустились, и он повис неподвижно. Из носа и ушей пошла кровь. Ремус вздрогнул, клетка затряслась у него в руке – запертый кролик заметался, почувствовав смерть собрата, его ушки и нос нервно дёргались. Руки Ремуса немного дрожали, когда он открывал свою ловушку и вытаскивал кролика наружу.

- Не торопись, – услышал он Дерека. – Он не должен бояться и дёргаться, иначе ему только будет больнее, – он протянул Ремусу дубинку.

Это оказалось несложно. Ремус не думал, что отнять чужую жизнь можно так быстро и легко. Тихий, тупой звук удара – и кролик бессильно обмяк в его руке. Дерек забрал у него дубинку, снова подвесил её к поясу, а потом взял Ремуса за руку. Пальцы у него были холодные и твёрдые.

- Ты как?

- Нормально, – Ремус взглянул на него: – Я думал, будет хуже. Думал, мы их зарежем.

- Это медленная и мучительная смерть. Я предпочитаю убивать быстро, одним ударом. Теперь и ты умеешь. Тебе это пригодится, раз уж ты теперь один из нас.

- А кто научил тебя? – спросил Ремус, когда они шли обратно.