Смущённые и растерянные ребята сбивчиво перечисляли то, что слышали от других. Рассказывали про бар «Пурпурная луна» и подпольную лабораторию Джуда Коулмана. Про мастера Манящих чар Хантера и Салмана по прозвищу «Лосось». Про внезапную смерть Бобби. Дамблдор слушал внимательно, кивал, но ничего не спрашивал. Когда Джин и Квентин обескураженно замолчали, директор задумчиво молвил:

- То, что вы мне рассказали, действительно важно. Грегор Гвилт нагнал вокруг себя тайны, и я думаю, он сделал это не случайно. В любом случае, я думаю, Ремус обязательно даст о себе знать. А вот вам, – он пристально взглянул на молодую пару поверх очков, – вам нужно укрыться в безопасном месте, и немедленно. Есть у вас такое на примете?

Джин кивнула.

- Мы хотели отправиться во Францию. Моя бабушка была родом из Нормандии и училась в Шармбатоне. Во Франции живёт её старая школьная подруга. Она обещала дать нам работу…

Дамблдор энергично закивал, утреннее прохладное солнце искорками блестело в её очках:

- Очень хорошо! Если у вас есть возможность уехать из Англии – это отлично… Ваших способностей хватит на аппарацию?

- Боюсь, что нет, профессор, – грустно улыбнулся Квентин. – Пожалуй, лучше использовать старые добрые мётлы.

- Моя метла осталась в доме, – возразила Джин.

- В Хогвартсе тот, кто просит помощи, всегда её получал, – лукаво улыбнувшись, сказал Дамблдор. – Думаю, на складе возле стадиона найдётся несколько мётел, которые наши попечители сочли слишком старыми и списали. Я всегда говорил: не нужно судить по возрасту!

- Профессор, вы и так дали нам слишком много… – запротестовала Джин, но Дамблдор только покачал головой:

- Это самое малое, что я могу вам дать. Хотелось бы мне, чтобы мы жили в лучшем мире, где таких людей, как вы, или как Ремус, ценили за нравственные качества, а не за что-то другое. Но, кажется, я слишком увлёкся старческими нравоучениями… Обязательно дайте мне знать, как устроитесь. И напишите, если вспомните ещё что-нибудь.

Через несколько минут в небо над Хогвартсом поднялись две метлы. Джин дважды облетела вокруг башни родного факультета Рэйвенкло, Квентин не удержался и сделал круг над полем для квиддича. Они снова встретились над верхушками Запретного леса и дальше летели уже вместе, бок о бок. Это был последний раз, когда они побывали в Хогвартсе.

3 ноября 1981 года. 11:26

- Вставай!

Ремусу показалось, что он вообще не спал. Закрыл глаза ночью, а открыл под полосами белого дневного света, льющегося сквозь неплотно зашторенное окошко. Будто бы прошла пара секунд, а не несколько часов.

- Вставай, – повторил кто-то. Этот кто-то держал его за плечо тёплой и мягкой ладонью. Повернув голову, Ремус увидел широкое смуглое лицо и добрые чёрные глаза. Над толстыми, шоколадно-коричневыми губами темнели короткие усы. Мужчина ласково улыбнулся:

- Вот, значит, почему Грегор вчера отправил меня ночевать к брату!.. Давай, поднимайся, я получше тебя рассмотрю. Да ты же совсем мальчишка, прямо как мой Салман…

- Да замолчи ты уже, Камал, – послышался раздражённый женский голос. У плиты стояла Зельда. На ней было длинное цветастое платье и кожаный жилет, каштановые волосы заплетены в толстую косу. Приглядевшись, Ремус с отвращением понял, что бахрома на её жилете сделана из длинных и мягких человеческих волос. – Ты… Ремус… хватит лежать без дела, для тебя есть работа.

Быстро зашнуровав ботинки, Ремус поднялся и спросил:

- А где тут ванная? Мне надо умыться.

Зельда молча ткнула пальцем куда-то в сторону.

- Выйди обратно в столовую, там быстро разберёшься, – подмигнул Камал.

В столовой было тихо и пусто, огонь в очаге давно погас, угли подёрнулись золой. В окна лился пасмурный свет. Ремус выглянул в окно – в дневном свете деревня выглядела совсем не так мрачно, как ночью. Он увидел площадку вытоптанной земли, окружённую каменными и деревянными домами. Между домами пышно разрослись деревья, земля пестрела опавшими листьями. Сразу за деревней начинался лес, густой бородой окутавший вершины гор. Тут сердце ёкнуло: он увидел оборотней. Какой-то мужчина колол дрова, а другой сидел неподалёку и пил пиво из бутылки. Девочка-подросток с длинным шрамом на щеке кормила деловито кудахтавших кур. В дверях соседнего дома о чём-то разговаривали две женщины, одна из них держала в руках большую корзину, вторая рассеянно крутила в пальцах волшебную палочку.

Его ноздри расширились, короткие волосы на затылке приподнялись, и по позвоночнику пробежала дрожь. Вчера он слишком устал, чтобы обращать внимание на свои чувства, а сейчас понял: вокруг него много оборотней. Очень много. Ещё никогда его не окружало так много собратьев. Собратьев… Или врагов?

Он толкнул наугад первую попавшуюся дверь. Там оказалась крохотная ванная. Всё здесь было старое, но, к счастью, чистое. Что ж, уже неплохо – он-то уже начал думать, что придётся делать свои дела в соседнем лесу. Как мог, он привёл себя в порядок, счистил грязь с одежды и вернулся в кухню.

- Где тебя носило? – крикнула Зельда. – И так уже пришлось домывать посуду, которую ты бросил вчера!..

Ремус покосился на раковину – посуда мыла себя сама. Взмахом волшебной палочки Зельда заставила тарелки вылететь из раковины и выстроиться стопкой на столе. Бесшумно подлетело полотенце и принялось вытирать их.

- Да ладно тебе, Зельда, – вступился Камал. Он стоял возле плиты, следя за закипающим кофе. – Устал немного, с кем не бывает.

- Тебя не спросила! – прикрикнула на него Зельда. Вчера, за ужином, она молчала, а если и говорила, то тихо или вообще шёпотом. Наверное, робела перед Гвилтом. Похоже, она из тех людей, которые перед вышестоящими как шёлковые, зато отыгрываются на подчинённых. Ремус почувствовал, что она ему не нравится, в отличие от толстяка Камала. Тот хотя бы до сих пор не наорал на Ремуса, не попытался что-нибудь у него отобрать или заставить отрезать себе палец.

- Ты ещё не встретил Салмана? – спросил Камал, когда они вместе нарезали хлеб для сэндвичей.

- Пока нет. – «Салман… Уж не Лосося ли он имеет в виду?»

- Он славный парень, – улыбнулся Камал. – Смелый, работящий. Грегор его очень ценит. Вот и вчера отправил его на задание. А меня попросил переночевать на его месте. Сказал, в стаю новенькие придут. Это у нас традиция такая – в первый вечер новичок убирает со стола и ночует в кухне.

- Мне он сказал, что я буду работать на кухне ещё какое-то время, – сказал Ремус, смазывая хлеб горчицей. Камал закивал:

- Да, так всегда делают. Те, кто приходят, должны сначала заработать доверие, прежде чем им начнут поручать важные дела, как моему Салману…

Бамс! Тяжёлая чугунная сковородка выпала из рук Зельды и с грохотом упала на каменный пол. На секунду все замерли. Зельда дрожащими руками подняла сковородку и с силой опустила её на плиту.

- Хватит болтать, – нервным голосом сказала она.

- Хорошо-хорошо, Зельда, прости, – быстро заговорил Камал.

- Я же сказала, хватит!

- Иди сюда, ублюдок!

В кухне снова воцарилась тишина – злобный голос, долетевший снаружи, заставил всех троих застыть неподвижно.

- Я сказал, иди сюда, Лосось!!! – голос прозвучал громче, и Ремус сразу узнал его. Это кричал Финн.

Уронив нож, Камал бросился к одной из дверей, распахнул её и выбежал наружу. Зельда побежала за ним. В кухню ворвался холодный воздух, заставив Ремуса вздрогнуть – ведь у него больше не было тёплой одежды. Немного поколебавшись, он тоже вышел из кухни. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как Финн, размахнувшись, бьёт в лицо невысокого полноватого парня. Парень отшатнулся, тяжело отступил назад. Блестящие чёрные волосы упали на его смуглое лицо.

Побросав свои дела, со всех сторон сбегались оборотни. Ремус увидел мужчину, который недавно колол дрова – он бежал к месту драки с топором в руке, и от этого зрелища стало ещё страшнее.

- Финн! Остановись! – кричала Зельда, не осмеливаясь приблизиться к сыну.

- Салман! Хватит! – вторил ей Камал.