Второй этаж особняка казался уютнее, чем первый. Просторный холл устилал изящный ковер, а по его периметру были расставлены небольшие мягкие пуфы. На стенах, обшитых деревянными панелями, висели картины из мягко светящихся драгоценных камней. Но самым причудливым украшением этой части дома были декоративные растения в высоких, задрапированных бархатом, кадках. Они напоминали карликовые деревья разных пород – но, подойдя ближе, Кармен обнаружила, что они сработаны из какого-то удивительного материала – возможно, даже магическим способом. Это была искусная имитация живого – но жизни в ней не было.

Пройдя по странной аллее, они остановились у двери, выкрашенной в приятный кофейный цвет. Темно-синий открыл ее и легким, полунасмешливым поклоном пригласил девушек войти. Переступив порог, Кармен и Лили оказались в небольшой девичьей спальне. Сиреневые гобеленовые обои с едва заметным рисунком. Две одинаковые, уютные кровати, застеленные атласными покрывалами. Возле каждой – аккуратный комод с зеркалом. Высокий – до самого потолка – платяной шкаф. На полу – мягкий коврик.

Темно-синий откланялся и ушел, оставив девушек одних. Лили озирала свои новые владения с нескрываемым восхищением.

– Ты посмотри на это, Мина, – произнесла она почти благоговейным шепотом. – Посмотри, какая красота…

Кармен бросила свой сверток на пол и уселась на край кровати, подперев подбородок руками. Восторгов Лили она не разделяла. Эта спальня нравилась ей не больше, чем подвал. По ее мнению, обе комнаты слишком уж наглядно демонстрировали положение девушек. Подвал – место для узниц, ну а эта нарядная, почти кукольная спаленка идеально подходит для обитания той, в кого чертов маг решил превратить Лили. Кармен с отвращением покосилась на изящные флакончики и коробочки с косметикой, расставленные на комоде.

Между тем Лили продолжала радостно щебетать:

– Я эту комнату раньше не видела! Она была заперта, и госпожа Марта говорила, что ее готовят для гостей… Я и подумать не могла, что этой гостьей окажусь я… То есть мы.

– Гостьи… Ха-ха. Оказывается, у твоей госпожи Марты есть чувство юмора, – пробормотала Кармен. Однако Лили ее не слушала. Она обнаружила неприметную дверцу в ванную комнату.

– Мина! – ахнула она. – Какая прелесть! Чур, я первая ныряю!

Через минуту Лили уже плескалась в ванне, распевая песни. Кармен слушала – и удивлялась самообладанию подруги. Та вела себя так, словно горячей водой и ароматной пеной собиралась легко смыть с себя липкую грязь слова «наложница». «Если бы я была на ее месте, то утопилась бы в этой ванне», – мрачно подумала Кармен.

Спустя три четверти часа Лили вышла – в белом махровом халате и с полотенцем на голове. Она уселась на мягкий пуфик перед комодом и принялась деловито перебирать флакончики с духами. Потом замерла и, немного подумав, обернулась к Кармен.

– Мина, – сказала Лили, словно продолжая прерванный разговор. – Знаешь, я подумала… Зато он не будет меня больше наказывать Узами. И кормить будут лучше… и жить я буду в роскошной комнате, а не в подвале…

Кармен все эти преимущества показались более чем сомнительными. Но она не сочла нужным говорить об этом вслух. Вслух она сказала:

– Ты права. – И, помедлив, добавила:

– Ты здорово держишься, Лили. Я бы так не смогла…

Лили досадливо поморщилась, словно ожидала услышать нечто другое. И, отвернувшись к зеркалу, принялась расчесывать мокрые волосы.

Утром их ждал очередной сюрприз. В комнату вошел темно-синий, но отнюдь не для того, чтобы вести их на работу. Он принес два огромных чемодана и поставил их перед девушками.

– Это вам понравится, милые барышни, – ухмыляясь, произнес он. – Тут вам кое-какая одежка. Подарок от хозяина.

Как только дверь за темно-синим закрылась, Лили тут же занялась своим чемоданом. Она расстегнула молнию и стала вынимать наряды, охая и ахая. Там не только было все необходимое – от изящных халатиков до вечерних платьев в пол. Вся одежда была подобрана по размеру, а главное – доставлена, судя по этикеткам, из самых дорогих магазинов города.

– Мина! Мина, смотри, какая юбочка! Помнишь, мы видели такую в торговом центре? Я хочу ее надеть, немедленно!

Кармен пожала плечами. Свой чемодан она, не открывая, затолкала поглубже под кровать – с глаз долой. Сама мысль о том, чтобы напялить на себя тряпки, подаренные Рагнором Неро, вызывала отвращение.

Лили, однако, не была свойственна подобная щепетильность. Она перемерила все наряды, которые нашла в чемодане. Вскоре у нее появился благодарный зритель в лице экономки: женщина принесла на подносе изящно сервированный завтрак. Лили тут же усадила ее и принялась демонстрировать свои обновки.

Кармен было противно, хотя она всеми силами пыталась подавить в себе нехорошее чувство. В конце концов, если Лили может отвлечься и порадоваться, – это ее дело. И слава богу, что у нее это получается.

Но как же все просчитал этот проклятый маг!..

У Кармен сердце заходилось от гнева, когда она думала о том, какую искусную сеть сплел для них Рагнор Неро.

Он умело приручал своих пленниц – сначала кнутом, теперь – пряником. Сначала показал, какой невыносимой может быть их жизнь, а потом – как все может измениться в лучшую сторону, стоит ему произнести лишь слово. И вот – поглядите: Лили уже готова есть у него с рук. Да и сама Кармен… она такая же мушка в паутине. Которая и сопротивляться-то толком не может…

Не может, нет. Потому что и кнут, и пряник мага были пропитаны ядом страха. И Кармен, как ни крути, тоже была отравлена. В этой горькой истине она вскоре убедилась.

Маг не только поменял клетку для своих птичек. Он еще и изменил их распорядок дня.

Теперь им обеим не нужно было работать в библиотеке. Девушки были полностью предоставлены самим себе. А главное – они получили право свободно перемещаться по всему дому. И самое поразительное – дверь в их комнату не запиралась. Даже по ночам.

Кармен была и рада, и не рада. Конечно, после долгого сидения взаперти, в четырех стенах, прогулки по дому стали настоящей отдушиной. Еще бы на воздух выпускали – было бы совсем хорошо.

С другой стороны, тюрьма по-прежнему оставалась тюрьмой. Куда бы она ни пошла, за ней пристально наблюдали темно-синие. Входная дверь была наглухо закрыта. А главное, здесь везде, повсюду довлела воля Рагнора Неро, хотя сам маг пока не призывал своих пленниц и не показывался на глаза.

И, наконец, эта внезапно свалившаяся невиданная свобода означала одно: Рагнор Неро уверен: птички никуда от него не денутся.

И он был прав. Черт побери, он был прав.

Гуляя по дому и украдкой изучая его закоулки, присматриваясь к привычкам и порядкам его обитателей, Кармен осознавала, что впервые за все время пребывания в этой странной тюрьме, она получила реальный шанс всерьез задуматься о побеге. Ей удалось выведать много полезного. К примеру, однажды Кармен подслушала разговор одного из темно-синих с новеньким, который, видимо, еще только начинал служить магу. По всей видимости, новенькому нужно было срочно доделать какую-то серьезную работу, а он не хотел задерживаться допоздна – таким образом, Кармен выяснила, что темно-синие не ночуют в доме.

– Ты идиот, – внушал молодому слуге старший коллега. – Чего ты трусишь? Откроешь дверь да пойдешь себе домой. Никто тебя не укусит.

– Да?.. – с сомнением протянул робкий новичок. – А как же всякие там защитные чары? Кто их отключит, когда я буду выходить?..

– «Отключит», – насмешливо передразнил темно-синий. – Для тебя, дурака, никто не будет ничего «отключать». Но ты можешь не опасаться за свою шкуру.

– Почему это?

– Да потому. Чтоб ты знал: могущественные маги вроде нашего хозяина наводят, конечно, защитные чары. Да такие, что любой, кто сунется, костей не соберет. Но тебе-то надо не войти, а выйти. Усек? Чары снаружи, а не изнутри. Так что не трусь. Если ничего не замышляешь против воли хозяина – бояться нечего.

Значит ли это, что любой может спокойно покинуть дом мага – достаточно лишь научиться открывать входную дверь?..