— Я… совсем про них забыл.

— Ну, так-то и о тебе они вспомнили, лишь когда ты бабки им присылать перестал.

— Надеюсь… ты им помог?

— Каждый месяц как часы по сорок кусков. Так что ты мне должен.

Он не стал отговариваться или пытаться елозить. Молча встал и откопал среди завалов вещей свои пакеты с деньгами. Должен, так должен. Хотя на родителей ему было давно плевать, дядька ему помог. Но босс почему-то только фыркнул, не взяв ни цента, ушел, попросив напоследок привести мозги и тело в порядок.

— Скелет мне не вперся, Бен. Отъедайся, отсыпайся. Я тебя найду, когда нужен будешь.

Он вполне быстро отожрал себе щеки, почти вернув прошлый вес, руки-ноги оживились вроде, перестав казаться свисающими ветками. В спортзале неподалеку его уже за своего принимали. Снова.

Каждый день занимался собой.

И ждал.

И с каждой ночью все интенсивнее дрочил.

Потому что не хотел наброситься на ведьму, едва увидит. А если не дрочить, так и будет. Тогда его точно пристрелят, как бешеную собаку.

Босс приперся через целый месяц и забрал его на дело.

Но ее он не увидел, хотя усиленно вглядывался во все углы тесного фургона.

При виде него Тайлер лишь насупился, но смолчал, Финли просто фыркнула и что-то ляпнула сидящему рядом вечно радостному парнишке. Хотя резать никого не пришлось, ему понадобились все его умения десантника. Буквально полчаса и они уже снова разбежались по машинам.

Снова месяц и босс еще вновь потащил работать.

Снова никого не пришлось резать.

И ее опять не было с ними.

Уже сидя дома, он усиленно пытался понять, почему дядька таскает его с группой Тайлера как простого пехотинца, словно готовил его к чему-то, не давая работать по специализации.

В третий раз он снова сидел в самолете и вглядывался во все уголки в поисках той самой, так нужной ему. И снова он работал в силовой поддержке. После третьего дела он прямо спросил у Люка:

— В чем дело, босс?

— О чем ты?

— Ты таскаешь меня на дела, но по сути для меня нет тут работы…

— А! Так ты об этом. Так я же тебе говорил. Бозли никак не войдет в колею. Так ты его и заменяешь. А что… ты против что-ли?

— Нет, но…

— Так послушай меня, придурок, — от неожиданности он чуть не отшатнулся от дядьки, настолько резко тот приблизился и зашипел. — Я тут жопу рву, чтобы и тебе угодить, и Тайлеру глаза тобой замылить, а ты еще и возникаешь. Голову включи верхнюю, гондон, а нижнюю придержи пока. Я тут ради тебя стараюсь, переросток.

До него дошло.

Как дошло, там и неимоверная благодарность к дядьке вылезла.

— Извини. Я понял. Спасибо.

На четвертое дело он уже шел беспрекословно. И едва забравшись в салон самолета вооруженный до зубов, заметил ее сразу. Ведьма хоть и пряталась среди каких-то ящиков и тюков, он сразу ее увидел. Но пересилил себя, молча уселся на первое попавшееся место, кивками приветствуя уже, по сути, свою команду. Как обычно хмурый Тайлер сверкал на него глазами, а Финли с неизменно веселым Марти хихикали неподалеку. Тот же туповатый Дарси. Та же Роззи со своими жеманными хитрыми взглядами, все тот же гибкий, как лоза, Скинни. Все тот же Люк, тихо перебрасывающийся словами с Тайлером.

И его девочка, пытавшаяся слиться с ящиками.

История словно повторялась по-новому.

Весь полет он сидел, сверлил ее глазами, а она весь полет пыталась притворяться ветошью.

Ведьма вылезла лишь на раздачу указаний. Они окружили Тайлера вкруговую, а она так и стояла позади всех, глядя в пол. И пока им выдавали информацию, он стоял и во все глаза разглядывал ее.

И думал, почему это Тайлер просто гаркнул в сторону ее дурацкое имя, а не выдал кодовую фразу.

Ведьма за время его отсутствия округлилась чуток где надо. Ему, может, показалось, но и вытянулась слегка. Инструктаж окончился слишком уж быстро и он, почти выворачивая шею, прошел на свое место. Несколько минут, и Тайлер отпустил и ее.

Она не успела отойти далеко.

А он не сдержался.

Рывок с места и он уже держал свою ведьму выше локтя. Крепко сжимал, показывая, что шутить не намерен. Ее плечо уперлось ему в грудь, как и острый локоть упирался в ребра, но ему было уже похрен, что они стоят посреди недр самолета на глазах у всех. Он видел только скрытый страх в ее глазенках.

Страх… и облегчение.

Видел каждую волосинку упавшей пряди на ее лице, почти упираясь носом в ее нос. Он был готов впиться прямо сейчас же в ее приоткрытый ротик, невзирая на присутствие посторонних, но вдруг понял, что еще рано.

Сумел чуть придержать коней.

Было даже пофиг, что его окликали явно напрягшиеся люди. Целовать не стал, его девочка и без того была шокирована.

— Ну привет! Ты! Ты ведь даже не понимаешь, в чем дело, да? Не понимаешь, м? Я ведь все помню, сучка. Абсолютно все. До последней секунды. Каждый твой стон и крик, маленькая сладкая тварь. Помню каждый дюйм твоей кожи. Слышишь?

С каждым его словом прямо в лицо ведьма все шире открывала глаза. Все тяжелее дышала и все сильнее тряслась.

И все ближе тянулась к нему.

Настолько ему снесло голову жаром ее тела, что он уже не заморачиваясь, второй рукой дернул на себя, прижимаясь пахом к ее горяченному бедру и удерживая в таком положении.

— Помню каждый поцелуй, сучка. Помню все. Слышишь?! Все-все-все помню.

— Мне больно. Отпусти. Пожалуйста.

Ответный тихий шепот отрезвил не хуже молнии — он сразу отодвинулся, даже лапы от нее убрал. Его девочка тут же юркнула в свою нору посреди сумок и тюков.

А он повернулся к остальным, уже готовясь к самому худшему и уже утягивая руку за пояс за ножом. Задешево он жизнь свою отдавать не собирался, если кто и рискнет напасть, вступаясь за ведьму.

Но еще больше прифигел.

И без того ошарашенный собственной смелостью, он молча прошел к своему месту. Потому что люди вокруг только смотрели на него… но никто даже не встал с места.

Будто ничего и не было.

О том, что все видели, что он творит, показывали лишь разнообразные взгляды и лица. Тайлер откровенно злился, но сидел на жопе ровно. Люк жевал изнутри щеки, глядя в пол. Роззи надула губы и мрачно ковыряла ножом подлокотник. Дарси со Скинни банально спали, по-армейски умудрившись заснуть за секунду. А Финли с Марти откровенно радостно таращились на него.

С чего это вдруг они так веселились, не сразу, но понял, когда Марти с дебильной улыбкой вытащил сто баксов и сунул Финли в нагрудный кармашек.

Спорили, значит.

Сучата.

И до него вдруг дошло.

Доперло, что все они, все люди вокруг прекрасно знали о нем. Отлично знали, как его корежит.

И спустили его выходку с рук.

Его начало плющить бешенством и нежностью и все, что сейчас хотелось, это выкинуть всех этих людей из самолета и сграбастать в объятия свою ведьму. И показать ей наглядно, насколько хорошо он все помнит. Но снова придержал свою дурь.

Остаток полета никто из них так и не сдвинулся с места. А там уже и не до личных переживаний всем стало. Отработали всей командой, как по учебнику, правда, иногда его подтряхивало и он начинал дергаться от беспокойства. Ведьма где-то сидела и следила за обстановкой, и никак не подавала голоса. Но несколько резких оскорблений от Люка и он взял себя в руки.

На обратном полете он снова сорвался.

Выпрыгнул со своего кресла и уже не таясь влез в ее убежище посреди ящиков. Она встретила его стоя с пушкой наперевес. Задницей понимал, что все люди вокруг сразу напряглись, настолько загустел воздух в салоне самолета. Все увидели, куда она направила дуло своего пистолета.

А его переклинило.

— Ты ведь понимаешь, что тебе снова придется за такое ответить, моя сладкая?

Он делал шаг за шагом вперед, к ней поближе, пока глушитель не уперся ему в лоб. И делал еще шаги, пока ведьма не начала отступать. Но пушки от его лица не убрала. Упертая штучка еще та.

Его как раз это устраивало.

— Убери ствол.