— Занятие не сложное, но, поверь, даже здесь можно облажаться, — сказал Паскаль. — Пока будешь тут, а ближе к вечеру поставим тебя на сервировку. Там как раз не хватает рук, — закончив свой инструктаж он вдруг положил свою тощую ладонь на плечо Евы и, наклонившись, сказал:

— Летиция должна была тебя предупредить, но я повторю ещё раз: то, что происходит за стенами этой кухни, не должно тебя волновать. Здесь за тебя отвечаю я, ну, а там, — он указал на большую двустворчатую дверь, что вела, по всей видимости, к основному залу, — там тебе уже никто ничем не поможет. Тебе всё ясно?

— Вполне, — ответила Ева.

Прежде чем приступить к той самой рутинной части своего задания Ева прошла в узкую комнату, больше напоминающую кладовую, и переоделась в белоснежную форму «Афины». Двубортный китель был ей великоват, но в целом выглядела она вполне правдоподобно, и это немного успокаивало. Ева догадывалась, что там — за стенами этой кухни, — здание кишит людьми Асада, которые сейчас активно готовят здешний зал к торжественному ужину. Любая малейшая оплошность с её стороны позволит им раскрыть её личность, а это значит лишь одно — нужно смиренно играть свою роль, пока не наступит подходящий момент покинуть эту кухню и запустить следующую фазу плана.

Работа оказалась не сложной — быть девочкой на побегушках Ева привыкла ещё со времён стажировки у Дауэла, и с тех пор ещё не утратила навыков натянуто улыбаться и подавлять собственные эмоции в угоду чужим заскокам. Хотя в случае с Паскалем всё оказалось куда проще — большую часть времени Ева мерно нарезала овощи и сортировала их по контейнерам, которые потом уходили обратно в холодильник дожидаться своего часа. Порою он просил её что-то принести или подать один из своих боксов с нашинкованной капустой, но больше ничего. Парень, что на первый взгляд показался ей заносчивым снобом, на проверку оказался весьма спокойным и лояльным к своим подчинённым. А Евино молчание и беспрекословная исполнительность приходились ему по душе.

Разговоров Брэдфорд не заводила, предпочитая молча исполнять свою работу, мысленно перебирая в голове все детали плана. Она старалась держаться поодаль тех, кто трудился на кухне — новые знакомства это точно не то, за чем она сюда наведалась. Поэтому когда невысокая женщина лет сорока в белоснежном кителе с надписью «Айрин» на груди подошла к ней со спины, Ева нервно одернулась, полоснув ножом по большому пальцу.

— Дьявол, — прошипела она, глядя на кровь, что хлынула из раны.

— Не нервничай так, — осадила её женщина, подавая вынутый из кармана пластырь, пока Брэдфорд пыталась промыть рану под проточной водой. — Вот, держи. Всегда ношу их с собой, когда ухожу на длительные смены. Здесь-то и спирта ни у кого не допросишься, — с усмешкой сказала она.

Ева лишь благодарно кивнула, заклеивая палец неприметным телесным пластырем. Она не понимала, что именно сподвигло эту Айрин к ней подойти, но с виду эта женщина с лёгким акцентом была уж больно учтивой для типичного работника «Афины». И это настораживало.

— Спасибо, — сказала Ева, когда рана перестала кровоточить и она наконец смогла продолжить нарезать артишоки. — Вы что-то хотели? — с опаской спросила она, когда увидела, что Айрин не уходит.

— Подай-ка мне вон те томаты, — сказала она, становясь рядом с Евой.

Двоим им едва ли хватало пространства за рабочей поверхностью, но Брэдфорд так и не решилась озвучить это. Айрин взяла одну из досок и начала нарезать томаты, складывая их по тому же принципу, что до этого использовала Ева. Нечто странное было в её поведении — то ли эта женщина пыталась помочь ей, то ли унизить, делая за неё часть работы. Странность состояла и в том, что глядя на Айрин Ева никак не могла прочесть её реальные намерения — узкие серые глаза излучали холод и полную отрешенность. Сама же Айрин — худая, складная, со своей копной густых тёмных волос — казалась Еве до ужаса знакомой, вот только она до конца не понимала, откуда.

— Что вы делаете? — спросила растерянно Брэдфорд.

— Показываю тебе, как нужно нарезать томаты, чтобы они не сгорели к чертям в духовке, -ответила слегка раздражённо Айрин. — Артишоки можешь помельче нарезать, с ними-то ничего не будет.

— Зачем…

— Чтобы ты дожила до конца этого ужина, — сказала она и фраза эта могла прозвучать до ужаса театрально, если бы не скрывала за собой суровую правду реальности, в которой Ева с каждой минутой рискует встретиться с пулей одного из головорезов Асада, что только за последний час несколько раз наведывались на их кухню проверить, как проходит подготовка. — Паскаль ненавидит, когда кто-то лажает, — вдруг добавила Айрин.

— Я это заметила, — ответила Ева.

— К слову, я — Айрин.

— Элизабет, — представилась Брэдфорд.

— Рада знакомству, — Айрин широко улыбнулась, пожимая её ладонь.

Они продолжили нарезать овощи, не проронив ни слова, пока кто-то из поваров не окликнул Айрин, сказав что-то о подгоревших медальонах. Ева смотрела ей вслед и пыталась понять то чувство, что охватило её при виде этой женщины, — это было подобно дежавю, вот только корни его тянулись в далёкое, полузабытое прошлое. Глядя на свой перевязанный палец Ева лишь мотнула головой, отгоняя навязчивые мысли. Это всего лишь плод её задурманенного опасностью сознания — не больше. С этой мыслью она продолжила мерно исполнять поручения Паскаля.

Время неумолимо уплывало, приближая Еву Брэдфорд и всех обитателей кухни к часу «Х» — темп работы ускорялся, но Ева этого словно не замечала. Она продолжала своё нехитрое занятие вплоть до того момента, когда стрелки настенных часов, что висели над сервировочным столом, остановились на отметке в три часа, а в кухню не вбежал один из официантов. Он подошёл к Паскалю и сказал нечто, что, наверняка, должно было остаться неуслышанным для остальных.

— Молодой господин Клеман здесь, — на выдохе произнёс запыхавшийся официант. — Луиза должна была предупредить вас…

На этой фразе Еву словно окатили холодной водой. Она оцепенела с ножом в руках не в силах пошевелиться. Ей казалось, что она ослышалась… Но эту фамилию она не могла спутать ни с чем, не взирая на самый грубый акцент, — слишком уж часто она её слышала. В этой стране лишь один человек мог именоваться «молодым господином Клеманом» — тот самый последний из своего рода, что каким-то образом сумел скрыться от нападения людей Асада на своего дядю и теперь, похоже, вновь оказался в гуще событий.

«Чёртов Лоренс», -хотелось выкрикнуть Еве, но она лишь продолжила вслушиваться в завязавшуюся беседу.

— Я помню, — оборвал официанта на полуслове Паскаль. — Шеф ещё не приехал?

Официант потёр вспотевший лоб и тихо ответил:

— Насколько я знаю, — нет. Они с господином Асадом ещё в пути.

— Ясно, — сказал Паскаль, после чего немного громче позвал:

— Айрин, подойди сюда.

Женщина, до этого занятая подготовкой маринада для утки, на миг замешкалась, вытирая перепачканные руки, после чего поспешно подошла к Паскалю.