— Но мы больше не в Каллагане и мне не нужна твоя помощь, — сказал он.

— Я в курсе, — Дауэл утвердительно кивнул, — и я правда рад этому. Но сейчас я хочу помочь тебе.

Джеймс по-прежнему не понимал, к чему клонит его брат. Он пытался найти в его словах скрытый подтекст, ведь был точно уверен — он там есть. Мысли проносились в голове с молниеносной скоростью. Мозг перебирал догадки — одна абсурднее другой — и в конечном итоге остановился на той, что казалась наиболее реалистичной.

— Если это какой-то специфический способ вернуть долг, то забудь…

Эти слова словно разозлили Дауэла.

— К чёрту долг! — рыкнул он с пугающей уверенностью. Растерянный взгляд Мориарти заставил Марка слегка поумерить пыл, а потому он продолжил уже гораздо тише и спокойнее. — Убийство Асада — неизбежный исход. В конце концов, эта сволочь виновна в смерти Себастьяна и уже за это заслуживает пулю в лоб. Но я не хочу, чтобы ты опять лез в эту петлю в одиночку. Не в этот раз.

— Сомневаешься во мне? — вопрос был задан без упрёка — скорее даже наоборот — с лёгким, едва уловимым сарказмом.

Но Марк воспринял его совсем иначе.

— Волнуюсь, очевидно, — ответил он со всей серьёзностью, на которую был способен.

Его слова словно выбили весь воздух из лёгких, и Джеймс едва поперхнулся дымом.

— Что? — спросил он, бросая сигарету в их импровизированную пепельницу.

— Я всё ещё твой старший брат.

— И это по-прежнему ничего не значит, — отрезал Мориарти.

— Наверное, — вздохнул Дауэл.

Джеймс не был уверен, но на миг ему показалось, что во взгляде Марка промелькнула досада.

Они выкурили ещё по одной сигарете, прежде чем разошлись по разным углам этого дома — Дауэл побрёл на кухню, сославшись на голод, а Мориарти пошёл в одну из спален, прихватив с собой ноутбук, чтобы закончить работу над Евиными документами, которые нужны были для её новой «работы». Проходя мимо приоткрытой двери соседней спальни Мориарти краем глаза заметил расхаживающую от одного угла комнаты к другому Брэдфорд, что сейчас усердно старалась найти общий язык со своим работодателем из «Афины», с которым она вот уже час проводила заочное собеседование. Её французский всё ещё был посредственным, а голос слегка подрагивал при каждой новой фразе, но в целом Джеймс мог сказать, что она справлялась неплохо.

Мориарти окинул Еву беглым взглядом после чего справедливо заключил, что и без того долговато задержался в этом коридоре, и пошагал в соседнюю комнату. Этой ночью у него было слишком много дел и слишком мало времени, чтобы тратить его на праздное самокопание.

***

Этот разговор казался бесконечным. Он начался с простых расспросов о её образовании и опыте, а закончился какими-то абстрактными философскими беседами о культуре подачи блюд и тонкостях их сервировки. Под самый конец Ева даже не вслушивалась — она была практически уверена, что эта работа у неё в кармане, а немолодая дама, что сейчас испытывала на прочность её нервы, всего лишь хотела поболтать. Ключом к получению этой немудрёной должности какого-то -надцатого помощника шеф-повара был тот факт, что Ева владела арабским и различала некоторые его диалекты, о чём говорило её резюме. Как пояснила дамочка, которая беседовала с ней, им в команду крайне нужен был человек, который бы в совершенстве понимал их заказчиков, ну, а Ева и не возражала — она продолжала мерно соглашаться со всеми нервными репликами, которые бросала ей её собеседница.

Это была временная должность — Ева уточнила этот факт несколько раз прежде, чем дать полное согласие на работу. «У нас слаженный коллектив», — говорила дамочка, подразумевая, что им не нужны лишние люди. Это обнадёживало, но отнюдь не облегчало то бремя, что взвалил на неё своим безумным планом Марк Дауэл. Еве всё ещё было страшно представить, как она войдёт в Версаль — место, переполненное самыми верными и отчаянными людьми Асада. Не попасться в этом террариуме было сродни чуду, а Ева никогда не уповала на нечто столь эфемерное и нестабильное. Она всё продолжала слушать о деталях мероприятия, отмечая лёгкую дрожь в голосе дамочки, что беседовала с ней, когда речь зашла об условия конфиденциальности. Ну, конечно же, всё это мероприятие было строго секретным — в этом нет никаких сомнений. Асад хорошо позаботился о мерах безопасности, пресекая любые попытки лишних лиц попасть на его торжественный прием. Людям с кухни строго запрещалось выходить дальше периметра своей рабочей зоны — никаких блужданий коридорами Версаля и лишней болтовни.

— Это нужно для того, чтобы обеспечить безопасность гостей, — говорила дамочка.

— Конечно, — наиграно-услужливым тоном согласилась Ева, — я понимаю.

— Это хорошо.

Хотелось бы Еве спросить, что за гости требуют такого уровня секретности, но лишние расспросы могли бы вызвать подозрения, а потому она продолжала мерно соглашаться со всем, что говорила дамочка-интервьюер, и надеялась, что эта беседа поскорее закончится. Под конец они оговорили некоторые детали контракта и вопрос оплаты, который, сказать честно, вовсе не волновал Еву. Единственное, что по-настоящему, заинтересовало Брэдфорд, — это вполне закономерная просьба, что прозвучала из уст дамочки едва ли не в самом конце интервью:

— Во избежание лишних проблем, я бы хотела лично передать вам ваш пропуск.

Ева не сразу поняла, о чём шла речь. Ей показалось, что дамочка оговорилась — пропуски нужны для доступа к правительственным учреждениям и военным базам, но никак не для прохода на обычную кухню.

— Пропуск? — переспросила Ева.

— Документ, который позволит вам въехать на территорию дворца, — пояснила женщина. — Как я уже говорила, это будет закрытое мероприятие. Нам не нужны лишние люди там.

— Да, я помню.

Ева, всё это время нервно расхаживающая по комнате, остановилась вдруг напротив висящего на стене ростового зеркала и взглянула на себя. Она понимала, к чему клонит эта женщина, — ей придётся выбраться из этого укрытия среди густых лесов французской провинции и лично забрать тот пропуск, что создавало много проблем. Последняя Евина поездка в одиночестве закончилась шрамом на переносице, парой ссадин и одним трупом в уборной заправки, что никак не походило на мирный поход за покупками. Для того, чтобы свободно расхаживать округой, ей требовалось поработать над внешностью, и Ева уже знала, что ей придётся делать дальше. Она медленно перевела взгляд на бумажный пакет, что сейчас лежал на кровати.

— Позже я сброшу вам адрес и точное время встречи, — сказала дамочка своим низким голосом. — А пока я жду от вас все нужные документы.

«Документы будут чуть позже, — подумалось Еве, — когда мы их наконец-то сделаем».

Они попрощались, когда стрелка часов приблизилась к часу ночи. Это было однозначно самое позднее собеседование, которое проходила Ева, хотя и не наиболее сложное. Даже при самых посредственных познаниях в готовке, что основывались на старых кулинарных шоу, которые крутили вечерами по ВВС-2, Ева всё ещё сумела впечатлить ту дотошную стерву. Она умела врать — это познание хранилось в ней ещё с далёких времён работы в MI-6 и порою оно казалось куда более важным, чем любые навыки.