Во внутреннем кармане его пальто покоился билет на частный рейс до Люксембурга. Посадка через полтора часа, и лучше бы ему не затягивать с дорогой.

В Праге было дождливо. Ливень не прекращался вот уже несколько дней, и в эту ночь он достиг своего пика. Узкие проулки превратились в каналы для дождевой воды, стекающей вдоль бордюров к сточным люкам. Улицы были пустынными — редкие прохожие прятались от дождя под зонтами и проклинали всё, на чём свет стоит, минуя дорогу домой. Джеймс покидал Прагу с облегчением. Ему осточертел этот город. Тихий, приземлённый во всех смыслах, он больше напоминал какой-то небольшой туристический городишко в глубинке, чем столицу.

Полёт длился чуть больше двух часов, которые показались Мориарти непростительно долгими. Привычное одиночество теперь было чем-то диковинным, а тишина — по-настоящему раздражающей. Ему определённо не хватало тех долгих напутственных речей и пустых споров с Евой, которая всегда предпочитала беседу давящему молчанию… Но Мориарти привычно списал своё раздражение на нарастающую скуку, отрицая все возможные сентиментальные порывы. «Ева — это не привязанность», — думал он. Она, скорее, вредная привычка, от которой у него всё не хватает сил избавиться.

Самолёт сел в аэропорту Финдель ближе к полуночи. Погода там стояла ветреная, но сухая — в отличие от подмытой ливнем Праги. В Люксембург пришлось ехать на такси. До назначенной встречи оставалось не более двух часов, когда Мориарти добрался до столицы. Отель снимать не пришлось — он не собирался задерживаться в этом затхлом уголке европейской демократии дольше, чем требуется.

Купив в круглосуточном киоске свежий номер местной немецкоязычной газеты, Джеймс направился в центр города. Там, прямо позади живописного Нотр-Дама, располагалось одноимённое местное кладбище. Открытые настежь кованые врата венчались надписью «Cimetière Notre-Dame-des-Neiges». От них прямиком через всё кладбище тянулась длинная устланная мелким гравием тропа, освещаемая стройными рядами фонарей. Могила Людвига Нассау располагалась в самом сердце этого мрачного готического погоста. Вокруг неё скопились десятки самых разных по величине и мудрёности памятников — от простеньких гранитных плит до резных статуй ангелов, склонившихся в смятении над местом захоронения. Мориарти расположился на лавке рядом с захудалой могилой по другую сторону тропы — прямо под фонарём. Он раскрыл недавно купленную газету и погрузился в чтение статьи о повышении налогов, мельком взглянув на часы. Оставалось не более часа до встречи.

Ожидание было прервано ровно в 5:00 по местному времени громким шорохом гравия. У парадных ворот остановилась тёмная «Ауди» с дипломатическими номерами. Из неё вышел высокий грузный мужчина лет тридцати — охранник, поспешивший открыть дверцу пассажирского места. Оттуда, словно тень, выскользнула низкая темноволосая женщина, держащая в руках две красные розы. Тереза Нассау напоминала вороватого ребёнка, что сбегает от мира в своё мрачное убежище. От прежней возвышенности не осталось и следа. Скорбь превратила Терезу в блёклую тень её прежней — горделивой дамочки, которая не гнушалась кичиться своим показным альтруизмом, — а чёрное одеяние лишь прибавило ей лишний десяток лет.

Мориарти отодвинулся подальше от света фонаря и теперь мог показаться одним из тех замысловатых памятников, разбросанных по всему кладбищу. Он наблюдал за тем, как Тереза и её охранник шагают вдоль тропы, приближаясь к тому месту, где был похоронен Людвиг. Мужчина, идущий рядом, нервно поглядывал по сторонам, пока не узрел того, кто должен был ждать их здесь. Того, чей голос ещё долго будет эхом звучать в его самых страшных кошмарах. Глядя в его потерянные глаза, Мориарти не смог сдержать ухмылки. Этот мужчина мог переломить его вдвое, если бы постарался, но теперь ему остается лишь нервно кивнуть в ответ на задумчивый взгляд Мориарти и шагать дальше.

«Ты же не хочешь, чтобы с твоей Матильдой что-то случилось, Грегор?» — спросил у него Джеймс, как только узнал, что принципиальный мужчина отказался от щедрого вознаграждения за несколько минут, на которые он должен был отлучиться и оставить Терезу Нассау в одиночестве. Его принципы закончились в тот момент, когда на телефон Грегору пришло фото его дочери с припиской: «У тебя час. Думай быстрее, Грегор, иначе твоя ненаглядная Матильда так и не дойдёт сегодня домой».

Он согласился незамедлительно. Всё же, старые методы ещё не утратили актуальности, и это радовало. Ведь, что может быть легче, чем манипулировать людьми посредством их близких?!

Тереза с Грегором остановились у заваленной цветами могилы. Подул лёгкий ветер и кладбищем разнёсся неприятный запах сырой земли. Стояла гробовая тишина. Не прошло и нескольких минут, как Грегор тихо подошёл к Терезе и шепнул ей на ухо что-то, отдалённо напоминающее извинения, после чего поспешно пошагал в сторону выхода. Как только неприятное шуршание гравия стихло, и охранник покинул пределы погоста, Мориарти отложил свою газету, которая уже успела ему наскучить, и медленно вышел на свет.

Он шёл вальяжно и тихо, будто хищник, что подбирается к жертве. Тереза же словно и не замечала шагов в нескольких ярдах от себя. Она всё смотрела на могилу своим пустым взглядом, сжимая в руках две красных розы.

— Разве не утомительно — стоять здесь часами и ждать? — спросил Джеймс, поравнявшись с Терезой.

Она замерла в оцепенении. Незнакомый голос заставил Терезу содрогнуться и резко перевести взгляд на стоящего рядом мужчину. Её испуг позабавил Мориарти, и он едва сдержался от своей привычной ухмылки.

— Что вы здесь делаете?! — воскликнула Тереза. — Где мой охранник?

Её рука потянулась к сумочке, и, судя по её размеру, там мог поместиться либо новый Айфон либо нечто гораздо опасней.

— У Грегора появились более насущные дела на ближайшие несколько минут, — Мориарти мимолётно покосился на могилу, примечая для себя несколько именных венков от местных политиков и самый большой и пышный — от имени Зейда Хасана. — Не волнуйтесь, Тереза, я не собираюсь вас убивать, так что лучше бы вам не вынимать свой карманный револьвер.

Пристальный взгляд Джеймса заставил Терезу поникнуть. Пистолет она так и не вынула, но предусмотрительно держала сумочку на подхвате, на случай непредвиденных обстоятельств.

— Кто вы? — голос Терезы едва не дрогнул, но она скрыла это за лёгким приступом кашля.

— Я — специалист, — деловито сказал Джеймс. — Помогаю людям решать их грязные проблемы.

— А имя у вас есть, специалист?

— Вам оно ничего не скажет.

Тереза усмехнулась, выдохнув что-то вроде: «Ну конечно». Она мимолётно опустила взгляд на цветы, что держала в руках, после чего бережно положила их к остальным букетам.

— Что вам от меня нужно? — спросила она без доли опасения, натягивая на руки перчатки.

Ветер крепчал, и на кладбище становилось по-настоящему холодно. Мориарти думал, что Тереза, похоже, в конец отчаялась, раз всё ещё разговаривает с ним. Это значило, что он не прогадал со своими выводами на счёт этой встречи.

— Хотел предложить вам сделку, — ответил он.