— О! Спасибо, Ханна! — все так же, не оборачиваясь, сказал он. — Хорошая работа.
Они шли по свободному космосу в ста пятидесяти тысячах километров от регистратора. Дело за малым — узнать, чьи это были обломки. Гардон с замиранием сердца поставил маршевые двигатели на торможение, отыскал «Монику», подходившую с левого борта и выдохнул. Все-таки «Даркспейс»! Обломки — это «Даркспейс»… Левис Белтс недооценил облегченные «Рапиды» МНК-17. В умелых руках они оказались весьма эффективным оружием. Оставшееся позади облако рукотворного мусора — красноречивое тому подтверждение.
— «Моника», открываем эфир! У вас все в порядке?
— У нас — в полном, господин капитан. Без потерь. Чертовски рады вас слышать!
— Отлично! Всем спасибо. Джери, тебе — отдельное! Кейт?
— По результатам сканирования района найден один объект искусственного происхождения: РАС-5. Спасательная капсула звездолета «Даркспейс» не обнаружена.
Значит, Стрэйк миндальничать не стал. Тоже не слишком доверял бортовым орудиям МНК-17. Бил сдвоенными залпами, методично прожигая силовые щиты и превращая чужой звездолет в облако осколков и горячей пыли, в котором рвались оставшиеся торпеды.
— Капитан, вы «дымитесь» по левому борту. Серьезные повреждения? Эвакуация нужна?
— Маневровый движок потеряли. Ерунда, — уверенно ответил Рэд, вполуха слушая, как Дэзи раздает указания вперемешку с ругательствами и перераспределяет своих людей, напуганных до полусмерти. Но вроде бы из ее команды техников все отозвались.
В рубке «Лающей кошки» было не так просторно, чтобы кресла пилотов разворачивались на сто восемьдесят градусов. Выбрав небольшой люфт, Рэд обернулся через плечо. Место Камиллы пустовало. Едва та очухалась, Дэзи отправила ее на терминал, разбираться с уцелевшими маневровыми двигателями. Кажется, она сама устала от беспокойной напарницы. Грядет новая любовь, краше прежней…
Ханна спасалась от стресса работой. Она возбужденно говорила в инком, смахивая слезы с уголков глаз нервными короткими движениями. Над пультом бортинженера плавали голографические схемы поврежденных отсеков. Рэд насчитал три. Пока считал — один погас. То ли его полностью изолировали, то ли наоборот, повреждения оказались незначительными, и бортинженер не стала тратить время на пустяки. Какие это были отсеки, что там с герметичностью, где техники, сколько в ремонт вбухивать, как за повреждения оправдываться перед страховщиком…
Хорошо живется наемным пилотам! Сиди отдыхай, пока слева из поля зрения не исчезнет свинцовая рябь, а правое бедро и колено не перестанут рвать зубами электрические крысы, расплодившиеся там пропорционально проклятым «g».
Ханну Рэд дергать не стал.
— Кристина, как самочувствие?
Глаза у девчонки были красные от перегрузок и совсем несчастные. Она еле заметно кивнула в ответ и показала большой палец. Наверное, как раз сейчас она гадала, был ее муж на борту того самого «Даркспейса», или нет. Если Карл Маршански погиб на «Даркспейсе», она только что пролетела сквозь его прах.
— Куда обычно стыкуется ваш УИЗ, Кристина? — настойчиво спросил Рэд. — К телескопической мачте?
— Ну да… У основания Регистратора есть аварийный причал. Но мы им обычно не пользуемся, чтобы не сбивать настройки. Для штатной стыковки с УИЗом предназначена причальная мачта, которая снабжена лифтом и автономной системой компенсации и амортизации, чтобы снизить нагрузку на конструкцию, погасить инерцию и минимизировать сдвиг по осям.
Она процитировала инструкцию, словно молитву прочитала — монотонно и смиренно… Рэд сгоряча решил, что девчонка повредилась рассудком, несмотря на медикаментозное прикрытие и компенсаторы скафа и кресла, но та вздохнула, встрепенулась и добавила:
— Коды доступа на РАС-5 я передала Дэзи.
— Отлично. Сейчас гляну, пока у меня капитанский допуск.
Он вернул кресло в рабочее положение.
— «Моника», мы состыкуемся с Регистратором, глядите в оба.
Стрэйк подтвердил. Кейт переслал результаты сканирования сектора. Все чисто.
— Заходи на их аварийный причал, Рэд, не лезь к мачте, левый борт заглушен, — сказала Дэзи. — Оторвешь эту елду причальную, собьешь им все настройки — я в ДР штрафы платить не буду!
Убедившись, что непоправимого ущерба ее кораблику и команде не причинили, Дэзи заметно повеселела, позволила себе покрикивать на гостей, сквернословить и злиться напоказ. Стресс она снимала со вкусом и от души. Рэд даже позавидовал.
— Да, мэм, захожу на аварийный, — сказал он. — Только настройки мы им и так посшибали. Хорошо, если осколками не посекло.
— Далеко, — тихо сказала Кристина и замолчала, так и не подобрав нужных слов. Далеко что — воевали? Убивали? Сражались, спасались, взрывались…
Она подержалась за горловину скафандра, выданного напрокат, и безвольно опустила руки. Нет сил говорить. Стыковка, а за ней — конец пути.
«Лающая кошка» уравняла скорость с дрейфующим РАСом. Четырехлучевая снежинка-на-оси, величественно катившаяся по космосу, заполнила собой все пространство. Рэд провел звездолет вдоль антенны, погасил остатки скорости уцелевшими маневровым двигателями и предельно аккуратно ткнулся в зев причального устройства. Как он ни старался, все равно по вакуумным трубам «лучей» пошла мелкая дрожь. Работы дальникам опять прибавилось. Только они все настроили…
— Красота! — одобрила Дэзи и смачно отхлебнула из помятой фляжки, которую держала в руке. — Оставить тебя вторым пилотом, Рэд?
— Считаешь, заслужил?
К фляжке, которой выразительно помахали у него перед носом он остался подчеркнуто равнодушен.
— А то! И какого хрена ты болтаешься со мной в Гамме, капитан… Что с тобой не так?
Не особо рассчитывая на ответ, Дэзи продемонстрировала емкость со спиртным Кристине. Та отрицательно замотала головой. Дэзи фыркнула и сунула фляжку обратно под подлокотник капитанского кресла.
— Экие праведники. Вылезай с моего места, Гардон, и валите оба с корабля. Два часа драйва, а последствий на весь рейд!
Дэзи взмахнула рукой, словно приглашая Гардона лично оценить последствия. На взгляд капитана «Моники» народу в рубке «Лающей кошки» стало меньше, а порядка больше, так что вины он не почувствовал.
— Кристина, не бойся. На самом деле капитан Стаут благодарит нас за спасение судна и команды и предлагает продолжить миссию. Это у нее отходняк.
— Тебе бы так сиськи сплющило! — огрызнулась Дэзи.
— С Камиллой обсудите, кому что сплющило. Забирай кораблик — возвращаю, — сказал Рэд, выдернул удостоверение из гнезда управления и убрал в нагрудный карман.
Кристина поднялась на ноги и постояла, держась за спинку кресла. По телу, деревянному от медикаментозных коктейлей, гуляла дрожь.
— Готова, Кристина? — спросил Рэд.
— Да, я… Я не знаю, кто нас там встретит. И как. Не представляю, господин капитан.
— Тогда в этот раз я пойду первым. Не возражаешь?
— Нет, конечно. Но…
— Вот и хорошо. Ваш шаттл остался на платформе «Гравистара», УИЗ ушел. На чем-то еще Карл Маршански мог сюда добраться?
— Нет. Если УИЗ идет, мы обычно шаттл не гоняем, нас пилоты подбрасывают, потом забирают.
— Значит, мы правильно поняли, что его привез «Даркспейс», и все идет по плану… Кристина, как выйдем из корабля, загерметизируй скаф. Проверь связь и внешний переговорник. Дэзи, собери людей! Потом все доделаете. Если что — переправляй Ханну на «Монику», остальными сама распорядишься, нас не ждите.
— Я поняла, Рэд, пошли, я вас выпущу. Недоукомплектованы мы техперсоналом, не то, что некоторые.
Вверх гермолюк рубки проскользил почти бесшумно: после воя сигнальных систем, грохота падающих переборок и рева двигателей, металлический скрежет, щелчки и поскрипывание воспринимались прямым аналогом абсолютной тишины.
К шлюзу «Лающей кошки вел длинный коридор. Рэд заметно прихрамывал. Кристина то и дело придерживалась рукой за аварийные скобы, точно опасалась случайного отключения гравитации. Одна Дэзи, возглавлявшая процессию, промчалась по звездолету как легконогая лань, на ходу распекая перепуганную Юнгу, которая наотрез отказывалась покидать спасательную капсулу. Из инкома в ответ на брань капитана Стаут доносились душераздирающие рыдания.