– Дурной пес? – переспросил Таргитай с обидой. Его мутило, хотелось умереть. – Умный тот, который бы ногу оттяпал?
– Будешь жить, – заявил Олег. – Говорю как волхв.
– И по бабам бегать будешь, – добавил Мрак мирно. – Говорю как охотник. А теперь полежи, отдохни. Теперь тихо.
Он стоял перед ним улыбающийся, весь залитый чужой кровью. Трава была вытоптана и залита кровью, стоял запах смерти. Подыхая, псы жутко скулили, а один тоскливо выл, уткнув кровавую морду в землю. Его глаза смотрели на Таргитая с немым укором, в них стояли слезы.
– Тихое место? – повторил Таргитай. – Полежать?.. Да я поползу на брюхе, обламывая ногти, только бы выбраться отсюда!
Мрак бросил хладнокровно:
– Наконец-то слышу голос мужчины… А то все полежать да полежать! Нас зовет дорога странствий, как говорил Странник. Олег, затяни еще туже, чтобы ни капли не потерял зря.
Олег наложил лекарственные травы, те приглушили боль, замотал чистой тряпицей. Глаза счастливо блестели, трупов не замечал, а во взгляде мелькало сожаление, что рана у Таргитая только одна, и та легкая, не удастся показать умение лечить и врачевать.
Мрак уже ходил с ножом, переворачивал псов кверху брюхом. Изгои отворачивались, запах от псов шел страшный, потом донесся треск костра и аромат жареного мяса. Таргитай глотнул слюну, сказал сердито:
– А где сказано, что зеленых псов нельзя есть… Какую гадость мы только не жрали за время странствий! Даже вино пили… Мрак, отрежь кусочек!
Мрак сидел сытый, довольный, глаза смеялись. В руках у него был ароматно пахнущий ломоть.
– Опоздал. Осталось малость на ребрах. Будешь?
– Буду, – сказал Таргитай торопливо. – Еще как буду!
Он дополз до костра, а Олег сердито встал, ушел. Таргитай догладывал остатки мяса на тощих ребрах, когда послышались шаги и к костру подошел волхв. Руки его по плечи были в крови, на сапоги налипла слизь. Таргитай с ужасом увидел кровь на губах и подбородке Олега. В руках он держал три крупные печенки.
– Я волхв, – сказал он хмуро. – А псы очень странные… Волхвы должны все знать!
Мрак посмотрел на Олега с уважением, поспешно разгреб угли, подул, бросил сухих веточек.
– Теперь вижу, что в волхвовании что-то есть! Ты и того разделал, что больше похож на большую ящерицу?
– Да. У него печень была совсем в другом месте.
– Знаю. Сам искал. А тот, что с гребнем на спине? Там печенка держалась хитро, нужно обеими руками держать за схлопывающиеся ребра…
– Я так и сделал, – сообщил Олег. – А печенку выдрал зубами.
Мрак поспешно разложил добытые куски лакомой еды на горящие угли, принялся переворачивать, обжаривая со всех сторон, усердно хвалил знание, которое, оказывается, иногда и кормит, клялся, что и сам примется изучать внутренности этих странных псов, вот только пусть хорошо прожарится, чтобы сверху была корочка, а внутри чтоб брызгало кровью.
Таргитай грустно смотрел на друзей, внезапно чувствуя себя потерянным. Ныла раненая нога, тело плакало от усталости. Даже Олег чуть отдалился, стал чужим, когда так бестрепетно копался во внутренностях убитых псов… или это не псы, а собаки, если верить Конану? Неужели страсть к волхвованию так сильна, что заставляет труса забыть о трусости?
Он бережно вытащил сопилку.
Часть III
Глава 1
Миновав Долину Битвы Волхвов, они сразу вышли на широкую утоптанную дорогу. Дальнозоркий Мрак углядел в стороне укатанную, протоптанную колею, озадаченно присвистнул:
– Тут их как муравьев… Вон еще едут!
Прячась в траве, проводили глазами ряд крытых повозок, вокруг которых гарцевали всадники. Едва Таргитай начал подниматься, Мрак хлопнул по спине:
– Лежи!.. Еще целый обоз прет следом…
Таргитай без звука рухнул лицом в траву. Со стороны дороги донесся скрип колес, рев скота. Таргитай лежал долго, слушая, как мимо тянется нескончаемый обоз, наконец прошептал:
– Скоро разучимся по-человечьи ходить!.. Все на карачках. Брюхо стало в полоску, как у бурундука спина. Олег, что про бурундуков в книге написано?
– У меня нет книги, – огрызнулся Олег.
– Все равно ты – волхв! Значит, самый знающий.
Олег смолчал, он жадно смотрел из-за стеблей на скачущих по дороге. Одеты лучше, чем простые степняки, кони укрыты цветными попонами, меч у каждого!
– Стольный град близко, – шепнул он, повернув голову к Мраку. – Совсем как локоть, который вчера пытался укусить Тарх…
– Когда это я пытался кусать локоть? – прошипел Таргитай. – Я тебя укусил за ногу, когда ты наступил на меня…
– Едут не только киммеры, – заметил Мрак. – Как верно говорит тот соловей-разбойник, прут и черные, и белые, и одетые как бабы… И те, что с тряпками на головах.
– В повозках? – спросил Таргитай.
– То колесницы, а не повозки, дурень, – сказал Олег покровительственно. – Когда еще не умели ездить верхом, ездили в колесницах. Даже сражались. Один правил конями, другой метал стрелы или махал секирой.
– Неужто степняки когда-то не умели верхом? – не поверил Мрак.
– Не умели. Вон боги как привыкли в колесницах, до сих пор на коней не пересядут. А нам, смертным, менять привычки легче. Мрак, нам бы пристроиться к каким чужакам! Глядишь, вместе с ними и пробрались бы!
Мрак с сомнением окинул волхва взглядом. На дороге уже затих стук копыт, медленно опадала пыль.
– Отчаюга ты, – сказал он наконец. – Правда, местами… Утром – сокол, вечером – заяц. Ничего, полиняешь… Тарх, недаром Олег старые книги листал?
– Не знаю, – ответил Таргитай сердито. – Я устал, мне обрыдло все время плюхаться в колючки. Я исцарапался, хочу есть. Мне все равно, только бы не лежать на этой муравьиной куче!
– Тарх «за», – сказал Олег. – Как и я. Решай, Мрак!
Они шли вдоль дороги до самого вечера, часто прыгали в траву, затаивались. Наконец, когда солнце уже садилось, Мрак сказал настороженно:
– Едут чужие. Пятеро всадников, крытая повозка. Очень странные звери…
– Какие? – спросил Олег жадно. Они лежали в траве, Олег вытягивал изо всех сил шею. – Мне бы твои глаза!
– Таких зверей никогда не видел, – прошептал Мрак. Его голос дрогнул. – Высокие, с длинными изогнутыми шеями. Ноги длинные… длиннее, чем у лосей!
– А какие рога?
– Рогов нету. На спине у самого переднего… два горба! Два раза богу правду в глаза изрек?.. По бокам висят громадные тюки, сундуки. За ним еще горбатый зверь, еще… На самой большой зверюге – шатер, как у киммеров, только богаче и красивше… А звери, звери! Громадные, но терпят.
Олег то высовывался из травы, то словно его втягивало обратно. Он часто дышал, покрылся потом. Мрак застыл как камень, Таргитай лежал пластом, а волхв суетился, вертел головой, остервенело драл ногтями мокрую грудь.
– На дорогу выходите медленно, – велел Мрак. – Напугаем, если выскочим все. Они помельче.
Он не спеша вышел на середину дороги, поднял ладони кверху. Олег и Таргитай остались на обочине. Таргитай сказал тихонько, хотя караван был еще далеко:
– Не бросятся?
– Их семеро, – ответил Олег вместо Мрака. – Рисковать не станут. От незнакомых можно ждать всего, а мы – незнакомцы.
– А вдруг они твоей умной книги в глаза не видели?
Завидев людей на дороге, вперед каравана вырвались всадники. Прогремели копыта по сухой земле, вокруг невров замелькали коричневые бока коней, пахнуло мощным запахом пота, кожи, странными травами. Всадники были мелкие в кости, очень смуглые, словно обугленные головешки, лица узкие, похожие на лезвия секиры. Глаза круглые, как у ястребов, такие же горбатые ястребиные носы.
Мрак широко развел руки, улыбка на его лице была простецкой.
– Мы странники… Не отыщется ли по глотку воды?
Всадники переглядывались, голоса их звучали дико, гортанно. Конь под одним взвился на дыбки, дико заржал, забил копытами по воздуху. Мрак не двигался, только напрягся, глаза быстро двигались из стороны в сторону.