Игорь покачал головой:
– Нет.
– Почему?
– Потому. Плевать мне на твой авторитет.
Менаше засопел. Привыкший к бесправному положению своих подчинённых, он не мог поверить, что ему отказывают.
– Я тебя уволю! – Выговорил с ненавистью.
–Увольняй! Вот счастье будет – твою рожу не видеть!
Менаше, периодически оглядываясь и зыркая из-под сросшихся бровей, ушёл. Игорь посмотрел на часы – до конца дежурства осталось не так много. Проверил металлоискателем лысого пожилого мужика с рыжей девочкой, подошедших к киоску за его спиной. Мужик купил девочке мороженое и девочка торжественно объявила:
– Хороший папа…
Жанна
После дежурства Игорь вдруг поймал себя на мысли, что ему страшно. Страшно встретиться с Жанной. Ведь она, наверное, к каждому так. Ублажает… Просто работа… А он, дурак, напридумывал.
«Здравствуйте, клиент.… Проходите, клиент… Раздевайтесь, клиент… Сколько раз в день она это говорит – пять, десять, пятнадцать? Пятнадцать?!»
«Недоумок! Уже седой, а до сих пор…»
Игорь со всей силы сжал жестяную банку с недопитым пивом, и оно выплеснулось на пальцы. Всё дежурство он отгонял от себя эти мысли, стараясь не думать, и ему почти удавалось. В банк бегал, тоже голову отключил… А вот сейчас достало.
«И не идти не могу…»
В Игоре будто поселилась громадная сила, которой невозможно противостоять, властно тянущая на улицу с хохочущим названием «Членов», к незаметному одноэтажному дому, по крышу спрятанному за каменным забором, где дверь незатейливо освещёна разноцветными лампочками.
«Ну, всё! Пора!»
Игорь резко встал, кинул двадцатку за пиво и, не оглядываясь, вышел. Через пару минут, не в силах побороть сладкое тянущее ощущение, заторопился, убыстрил шаг. Но тут же сдержал себя, заставил пойти медленно. У знакомой двери остановился, и, дрогнув пальцем, позвонил.
«Сейчас всё закончится… – Обречённо подумал. – Здравствуйте, клиент… Или вообще не узнает!» – Мелькнула паническая мысль.
Быстро распахнулась дверь, Игорь, как в дурмане, шагнул и с тревогой всмотрелся – Жанна никуда не делась, сидела среди других девушек. Несмотря на макияж, её лицо было усталым. Стоял шум, было накурено, диваны заполнены.
– Вот её беру, – быстро проговорил Игорь, показав на Жанну и повернувшись к старухе-распорядительнице с розовым кукольным личиком и колючими глазами. – На час.
Та мерзко усмехнулась.
Жанна молча встала и пошла в знакомый коридор.
– Я же говорила, что привыкнешь, – заметила, когда оказались в комнате.
– Нет! Я только с тобой!
– Тише, тише, успокойся… Что такой взъерошенный? С работы выгнали?
– Думаю, что да.
– Минет поможет?
– Ты издеваешься? – Игорь отшатнулся, будто его ударили.
– Нет, – Жанна вздохнула, – просто это действительно помогает.
– Жанна, послушай… – Игорь сел и, потянув девушку к себе, осторожно взял её тоненькую руку. – Я хочу тебя выкупить. Ты согласна?
– Согласна, – просто и без малейшей запинки ответила Жанна. – Ты мне симпатичен. Но у тебя не хватит денег. Кроме того, эта завитая дрянь меня уже продала.
– Кому? – В горле Игоря запершило.
– Тому лысому в костюме. Через два дня меня здесь уже не будет. – Жанна, отобрав руку, потянулась за сигаретой и закурила, задумчиво выпуская дым вишнёвыми губами. – Так что, милый, – грустно добавила, – пользуйся, пока можешь.
– Ты меня специально оскорбляешь? – Игоря бросило в краску. – Я ведь уже и деньги из банка снял.
Жанна удивлённо повела плечами.
– Деньги-и-и, – протянула. – Надо же… Оказывается, у тебя всё серьёзно. Ну, прости тогда. Прости. Я думала, просто так говоришь.
Глаза Жанны расширились, и она приблизила своё лицо почти вплотную к Игорю.
– Игорь, ты видишь меня второй раз в жизни, ты понимаешь, что это безумие?
– Нет! – Игорь затряс головой. Проговорил, торопливо проглатывая слова. – Со мной первый раз такое, клянусь – первый раз! Я ведь и женат был, но ничего подобного не испытывал!
Жанна отодвинулась.
– Скажи, у тебя кошка есть?
– Какая кошка? – Не понял Игорь. – Обычная кошка?
– Да.
– Нету, а что?
– Ну, я… – Жанна легла на кровать и сама, словно кошка, единым животным движением потянувшись, мечтательно сказала. – Я всегда хотела жить в квартире на втором этаже с кошкой, чтобы окна выходили на улицу, и вечером свет от огней проезжающих машин метался на потолке.
Повернула голову:
– Ты готов ради меня рискнуть?
– Да!
– Тогда завтра. У нас с тобой есть только один день – завтра. Приходи где-то между четырьмя и пятью. В это время один охранник. Посетителей почти нет. Положишь охранника и уйдём. Вместе уйдём. Остальным всё равно. Ты понял, Игорь? Понял?
– Понял… – Прошептал Игорь.
– Вот тогда я стану твоей. Ну а теперь… – Жанна знакомым движением избавилась от платья. Её глаза стали бездонными. – Бери меня! Бери!
Игорь набросился на девушку буквально с рычанием. Вцепился в плечи, вдохнул слабый мятный запах духов, а после того, как его тело скрутила сладкая, небывало долгая судорога наслаждения, услышал пробивающийся к нему голос:
– Запомни, меня зовут Вера! Меня зовут Вера!
– Вера… – Счастливо откликнулся. – Вера…
Потом Игорь, одевшись, неловко сидел на краешке кровати, не решаясь вот так сразу встать и уйти, а Вера, лёжа, изучала его – уже немолодого мужчину с бесхитростным лицом, седыми короткими волосами и будто детским восторженным взглядом. Она ещё удивилась, как этот взгляд отличался от вчерашнего – безразличного и усталого.
– Ну, я… – Игорь нерешительно на неё посмотрел.
Вера одним слитным движением поднялась и едва уловимо коснулась губами.
– Да, иди. До завтра, любимый.
Игорь ушёл, она оделась и, дежурно улыбаясь, вышла в салон.
– Я смотрю, ты и этому голову задурила… – Раздался ехидный голос. Хозяйка оглушительно чихнула.
– Раиса Семёновна, вы что, больны? – В ответ заботливо осведомилась Вера. – Будьте осторожней! В вашем возрасте грипп очень опасен…
Розовые щёчки старухи затряслись.
– Ну, скоро я от тебя избавлюсь! – Она прошипела. – Мамун тебе живо мозги вправит!
Вера промолчала, равнодушно отведя глаза.
В очередной раз жизнь круто менялась. Опять пришёл мужчина, протянул руку помощи, собираясь вытащить её из дерьма, в которое она так бездумно залезла. Ну, не совсем бездумно…
Из тюрьмы должен был выйти Серый, ставший там настоящим уголовником, предъявлявший права и намекавший, что у неё перед ним должок, да и кроме него были обстоятельства… Конечно, можно было уехать в другой город, но Вере давно хотелось на большой простор и со свойственным ей авантюризмом, она решила эмигрировать и, причём срочно.
Но оказавшись на Синайском полуострове под охраной бедуинов – жутковатых типов, закутанных в грязно-жёлтые одежды, с винтовками на плечах и длинными кривыми кинжалами за поясом, Вера поняла, что переборщила.
Следующие дни были самыми кошмарными в её жизни. Бедуины взгромоздились на верблюдов и знаками показали группе женщин, в которой была и Вера, следовать за ними. Днем они шли по страшной жаре, а ночью не могли спать из-за дикого холода. Питались только лепёшками, которые бедуины пекли прямо на углях. К вечеру третьего дня их караван упёрся в колючую проволоку, тянувшуюся ржавыми кольцами по пустыне. За проволокой виднелся обшарпанный блокпост. Как Вера поняла, это была египетско-израильская граница. Бедуины спешились, привязали верблюдов к обрубку дерева, торчавшему из-под песка, и жестами потребовали, чтобы женщины перелезли через заграждение. Где-то через час послышался шум мотора и все легли на землю. Приближался израильский патруль. К этому моменту Вера так настрадалась, что у неё мелькнула мысль встать. Но она тут же поняла, что это глупость. Солдаты могли выстрелить или, ещё хуже, отправили бы обратно в Египет.
Прошло несколько напряженных минут, патруль уехал, они встали. Километра через два их подобрала машина.