Из-за разницы во времени он прибыл в Нью-Йорк ранним утром, и добирался до центра имени Аша Вармера не спеша, надеясь найти причину, по которой мог бы отказаться от визита. Может быть, он бы плюнул на все, и вернулся в Лондон, но мысль о том, что Клаус, при каждом удобном случае, будет припоминать эту поездку, беспокоила чуть ли не больше, чем прекращение финансирования.
Он старался как можно меньше пользоваться транспортом, и большую часть прошел пешком, но, все равно, пришлось прождать больше часа в приемной, прежде чем Кирк появился в офисе.
Едва завидев ученного, директор центра широко расставил руки, и шагнул вперед, собираясь обнять Ричарда.
– Мистер Ном! Какая неожиданность!
– Приберегите объятия для журналистов, – проворчал тот.
Нисколько не смутившись, и продолжая улыбаться, Кирк провел Ричарда в кабинет и подвинул стул гостю.
– Я совершено забыл, что у вас, англичан, не принято выражать свои эмоции. Так чем я обязан вашему визиту?
Поколебавшись, профессор опустился на предложенный стул. Пешая прогулка его изрядно утомила. Вармер сел напротив, всем своим видом выражая вежливое ожидание. Ричард попытался собраться с мыслями. Гнев давно прошел, и сейчас, при виде оппонента он испытывал лишь раздражение. Которое, впрочем, совершенно не мешало трезвости мышления.
– Я оказался в Нью-Йорке по личным делам – сказал он, осторожно подбирая слова. – И, заодно, решил встретится с вами, чтобы уточнить перспективы моей работы.
С той же улыбкой, Кирк кивнул.
– Мы очень ценим то, что вы делаете, и, поверьте, я не меньше вашего желаю скорейшего и успешного окончания этого проекта.
Ричард не сводил глаз с лица спонсора, пытаясь понять, не издевается ли он. Так и не придя ни к какому выводу, он спросил, как надеялся, безразличным тоном.
– Так почему же вы прекратили финансирование?
Теперь Кирк смотрел на ученого с изумлением, или, по крайней мере, весьма удачной его имитацией.
– Быть того не может! – воскликнул он. – Подождите, пожалуйста, минуту.
Кирк ткнул пальцем в терминал, и начал перелистывать страницы. Англичанин смотрел на него, и силился понять: действительно ли Вармер ничего об этом не знает, или же ломает комедию. Кирк хмыкнул.
– Здесь сказано, что ваши счета заблокированы в связи с предстоящим аудитом. Наверняка, это какая-то ошибка. Я запросил более подробную информацию. Не желаете ли чаю, мистер Ном?
Ричард похолодел. Он лихорадочно размышлял, что именно могло вызвать подозрения. Средства он старался выводить аккуратно, так, чтобы в статьях расходов фигурировало только то, что могло иметь отношение к турбинам. Подрядчики тоже отпадают. Заказы на изготовления деталей и механизмов он размещал на высокотехнологичных заводах, которые охраняли свои секреты почище чем ЦРУ пресловутую зону 51, и вряд ли предоставили бы кому-либо документацию даже по решению суда, просто затянув ее передачу до бесконечности силами своих многочисленных адвокатов. Единственный человек, что мог бы заметить разницу между заказанными и полученными материалами был Адам.
Ричард пожалел, что зря израсходовал вазу, разбив ее об стену. Голова ассистента теперь казалась ему более подходящей мишенью.
– Мистер Ном? – повторил Кирк.
– А? Нет, спасибо, – отозвался профессор, сообразив, что так и не ответил на вопрос о чае.
– Как я уже говорил, мы высоко ценим вашу работу, и я уверен, что сможем уладить это досадное недоразумение. Вы же знаете, что приоритетным направлением для нашего центра являются исследования в области гравитационной физики. Да что там греха таить. Я лично заинтересован в продолжении работ моего отца. Кстати, что вы думаете о моей идее поиска внеземных цивилизаций?
Ричард попытался ответить, но горло пересохло так, что он не мог издать ни звука. Он затравленно посмотрел на кувшин, стоящий на столе, и взвесив, что будет меньшим злом: охрипший голос, или трясущиеся руки, мистер Ном, все-таки, потянулся за водой.
– Я нахожу ее весьма смелой, – утолив жажду, ответил Ричард.
Кирк широко улыбнулся.
– Я рад, профессор, что вы меня поддерживаете. А вот и файл с подробным отчетом – сказал он, бросив взгляд на экран. – Вы знаете, было бы замечательно, если бы кто-то вроде вас, занялся подготовкой отправки сигнала. Разумеется, не в ущерб основной работе, а, так сказать, возглавил коллектив специалистов, работающих над данной проблемой.
«Да уж, намек прозрачнее некуда», – горько подумал Ричард.
– Это очень интересная проблематика. Поработать над ней было бы сущим удовольствием, – выдавил он из себя, надеясь, что голос звучит не слишком фальшиво.
– О! Я не смел вас и просить об этом, – Ричард мог бы поклясться, что в этот раз он услышал насмешку. – Вы просто не представляете, как сложно найти компетентного человека на такую должность. Да что там говорить. На любую должность. Вот взять хотя бы клерка, что прислал отчет. Наверняка прицепился к какой-то мелочи, и теперь тратит ваше и мое время. Уверяю вас, дорогой Ричард, что финансирование проекта возобновится в ближайшее время.
Ричард поднялся
– Благодарю вас, – он замялся, и, протянув руку, продолжил. – За ваше доверие.
Кирк вскочил, горячо схватив обеими руками ладонь профессора, словно не желая отпускать дорогого гостя.
– Ну что вы, что вы. Это вам спасибо. Вы не представляете, как долго я искал достойного человека для этого проекта!
Профессор кивнул, и, не найдя что еще добавить, вышел.
Улыбка тут же сползла с лица Кирка, и он с облегчением вздохнул. Слава Богу, что этот британец приворовывал. Ассистент рассказал все что знал, стоило лишь его как следует припугнуть. Кирк на секунду задумался. А сломал ли бы он в действительности карьеру этому, как его, Адаму? Несмотря на то, что его раздражала излишняя пафосность физиков, он, все же, испытывал к ученым симпатию. Как ни крути, а именно они двигали прогресс. Если не брать в расчет совсем уж оголтелых хоппи, большинство из них были нормальными парнями. Со странностями, конечно, но Кирка они не беспокоили, пока не доходили до крайностей. Точнее, пока не начинали заявлять, что наука не его конек.
К Ричарду же Кирк испытывал даже нечто вроде уважения. Старик был каким-то правильным , что ли. Хотя он все не мог взять в толк: как в нем уживались идеалы хоппи и банальное воровство?
Хотя последнее обстоятельство и сыграло ему на руку, Кирк, все же, был немного разочарован в профессоре.
Но кто знает, смог бы ли он найти хоть кого-то, кто захотел бы возглавить проект «Рябь»? Все более или менее достойные ученные бежали от него словно от чумы, едва он заводил об этом речь.
Конечно, все было бы по-другому, если бы Аш Вармер, ученый с мировым именем, поддержал бы его идею. Но играть приходилось теми картами, что достались при сдаче.
Кирк решил заняться финансовой отчетностью по другим проектам, но его мысли то и дело перепрыгивали на предстоящее выступление, и он постоянно проговаривал про себя речь, сглаживая и шлифуя не совсем удачные места.
Поняв, что не может сосредоточиться на документах, Вармер отправился домой.
Здесь он еще раз просмотрел речь, и несколько раз повторил ее перед зеркалом, время от времени, внося правки по тексту.
Надев безупречно отутюженный костюм, он зашёл в комнату к Барбаре.
– Дорогая, ты готова?
Жена обернулась, и у Кирка перехватило дыхание. Платье цвета морской волны струилось по ней как вода, обволакивая идеальную фигуру. Барбара поправила колье, и Кирк чуть не ослеп от блеска камней.
– Еще пять минут, – промурлыкала она.
Кирк вздохнул, но говорить ничего не стал. Жена любила приемы, и считала, что на каждом должна быть неповторима.
Решив, что платье не подходит, Барбара выскользнула из него, и в задумчивости рассматривала гардероб.
Кирку захотелось плюнуть на все, обнять жену, и провести вечер с ней, но, представив, как она будет возмущена, что не попадет на прием, он снова вздохнул, и ещё раз окинув взглядом такое манящее тело, спустился на первый этаж, и стал просматривать новости.