Слезы снова подступили к глазам, а поперек горла встали горькая безысходность и очевидный ответ. Шион не могла себе представить другого Тобираму. Он только такой, каким она его знает. И он никогда не изменится. Как и она сама.
Комментарий к Глава 26
И музыка, под которую я писала.
Вообще, вся музыка этой группы (Daughter) у меня с Шион ассоциируется. Но вот несколько песен, которые я чаще всего ставила себе (можете, если хотите, текст на амальгаме почитать, он просто огонь огненный, и подходит Шион):
Daughter - Youth
Daughter - Burn it Down
Daughter - Run
Daughter - All I Wanted
А так почти все их песни - это Шион. Но больше всего Youth и Burn it Down.
========== Глава 27 ==========
— Спасибо, что подлечили мои руки, — сказала Шион, глядя на свои кисти. — А за стенку вычтут у меня из зарплаты, не переживайте, мне об этом вчера Иноске сказал…
Ямадзаки-сан строгим взглядом наградил Шион. Она поежилась на кровати и от напряжения натянуто улыбнулась ему.
— Ты быстро выздоравливаешь. Я не вижу причин задерживать тебя здесь, ты вполне можешь пройти остаток восстановления у себя дома, — произнес он. — Но ты должна будешь приходить каждый день, чтобы мы отмечали динамику.
— Хорошо, — бодро ответила Шион. — Я обещаю.
Ямадзаки недоверчиво поднял одну бровь, и начал что-то строчить на небольшой бумажке.
— Вот, — он протянул ее Шион. — Купишь у травницы этот чай. Пей почаще, плотно кушай, гуляй на свежем воздухе, но слишком сильно не напрягайся.
— Да, да! Я буду все делать! Тогда я пойду, да? — она встала с кровати, засовывая бумажку в карман льняного комбинезона, который ей принес Тэнджи из ее квартиры до того, как обиделся на нее.
— Да, но не забывай…
— Приходить к вам каждый день! Я поняла. И чай пить. Будет сделано! — широко улыбнулась Шион, поторапливаясь уйти. — До завтра!
Она выскочила в коридор и тяжело выдохнула, снимая с лица глупую натянутую улыбку. Шион быстрым шагом двинулась к лестнице, чтобы поскорее убраться подальше от больничных стен, где она чувствовала себя заложницей. Улыбаться медсестрам и доктору, чтоб только никто не подумал, что она подавлено себя чувствует. Кто знает, что у этих медиков на уме. Если бы пригласили Сэри-сан или другого мозгоправа, то Шион бы еще не скоро выпустили. А ей сейчас совсем нельзя находиться под замком. Какузу со дня на день казнят, а она обязана во что бы то ни стало поговорить с ним.
Кисараги залетела в свою квартиру и ухмыльнулась от того, как здесь все блестело. Идеально чистый пол, чистая посуда, все разложено по своим местам. Тэнджи постарался, и ей даже стало не по себе от того, как грубо она с ним разговаривала вчера. Он ведь очень искренний, добродушный парень, и ничем не заслужил такого хамства от нее, которым она щедро облила его.
«Извинюсь перед ним сразу, как найду способ поговорить с Какузу», — решила Шион.
Она переоделась в стандартную одежду шиноби, которую бережно сложил для нее Тэнджи на ее кровати. Рядом лежал новенький протектор со знаком Конохи. Шион подошла к зеркалу и, неторопливо приложив его ко лбу, затянула узел на затылке. Глядя на свое отражение, она почувствовала, как соскучилась по всему этому. По своим стенам, по этой одежде. И по ощущению себя причастной к мирному небу над страной Огня. По тому, что значит открыто носить гордое звание шиноби Конохогакуре.
Шион вышла из квартиры и глазами встретилась с одной своей сокурсницей. Она махнула ей, а девушка сбивчиво поздоровалась, торопясь ретироваться из тесного коридора.
Оказавшись на улице, Шион также заметила в свою сторону косые взгляды. Старые знакомые не торопились радушно приветствовать ее после завершенной миссии, отворачивались или делали вид, что вовсе не заметили ее. Кисараги получила совершенно не то отношение, которое она ожидала. Тэнджи не зря предупреждал ее. После всех событий ее не считают героем. Ее подозревают в том, что она переметнулась к нукенинам по-настоящему, что она стала предательницей на самом деле.
С центральной улицы она свернула в узкий переулок и прислонилась к высокому забору. Шион хотела прийти в тюремные камеры и уговорить своего знакомого с КПП, Учиха Хори, чтобы он пустил ее поговорить с Какузу. План изначально был не самый лучший, и сейчас Кисараги поняла, что он совершенно глуп. Если бы не ее сомнительное положение, возможно, Учиха и согласился бы. Но не тогда, когда все кругом сомневаются в ее искреннем отношении к Конохе.
Шион быстрым шагом двинулась по переулку, сворачивая дальше в узкие проходы между высокими заборами, чтобы не выходить на широкие дороги. С помощью клановой техники она сможет незаметно добраться до Какузу. Пусть это будет не совсем законно, но так она хотя бы сможет попросить у него прощения за все, что случилось. Она надеялась, что он просит ее, хотя и понимала всю бесперспективность этого желания.
Оказавшись с обратной стороны высокого забора вокруг тюрьмы, Шион набрала побольше воздуха в легкие, и активировала технику. Проскользнув вглубь земли, она добралась до стен здания и проникла в первое бетонное перекрытие. Осторожно, чтобы никто не заметил, она выглянула и увидела пустой коридор. Шион тут же вышла в него, поскольку почувствовала, что слишком долго путешествовать внутри объектов у нее не получится, и ей надо сохранить силы для того, чтобы вернуться обратно.
Куда идти дальше она не имела никакого представления, поэтому просто решила найти ближайшую лестницу, ведущую в подземные помещения. Крадучись, она двинулась вдоль длинного прямого коридора, прислушиваясь к каждому шороху. Через несколько десятков метров она наткнулась все-таки на лестницу и немного перевалилась через перилла, чтобы увидеть, поднимается кто-то вверх или нет. Убедившись, что никого нет, она медленно стала спускаться вниз.
Дойдя до следующего этажа, Шион увидела такой же длинный прямой коридор, и обычные деревянные двери без табличек вдоль него. Маловероятно, что за одной из них удерживали бы опаснейших нукенинов, поэтому Кисараги пошла еще на этаж ниже.
Вдруг она услышала чей-то бубнеж и шаги. Она не могла разобрать ни одного слова, но посмотрела вниз через перилла. Быстрым уверенным шагом с самого низа наверх поднималось двое мужчин, и они что-то обсуждали. Шион отпрыгнула от лестницы и спряталась в пол, так как побоялась, что стены будут тоньше, чем она ожидает.
— …сколько еще держать их здесь? — услышала обрывок фразы Шион. — А он мне: «Сколько потребуется». Как будто это наша проблема.
— Кто ж знал, что на этом их собрании все так сложится. Я, честно говоря, и сам в шоке.
— Так пусть и забирают этих двоих в свои страны. Этот киригакурец мне все нервы вытрепал. Болтает без остановки.
— Скажи «спасибо» Тобираме-сану, что наши смены длятся по двенадцать часов, а не круглые сутки.
— Скажу, когда он сам попробует двенадцать часов подряд слушать песню «99 бутылок сакэ стояло на полке». Снова и снова! И ведь даже не заткнуть этого придурка, угрозы не работают. Может, его по правде избить?..
— Скоро их казнят, и ты забудешь все как страшный сон. Лучше послушай, что Кейго рассказал мне. Мы просиживали тут, а он вчера вечером в Хакушу такое видел… — остаток диалога Шион не расслышала, так как двое мужчин ушли достаточно далеко вверх по лестнице.
Она вышла из пола и быстро двинулась вниз по лестнице, держась подальше от перилл. Кисараги заметила, что они поднимались не со следующего этажа, а с самого нижнего. Она спустилась почти до самого конца и остановилась. Где-то здесь сидят как минимум двое надсмотрщиков, как эти, а значит, есть риск нарваться на них.
Она запустила одну руку в стену и почувствовала, что материя плохо поддается, как будто она не воздух, а густое тесто. Шион быстро вытащила руку и заметила на коже свежие тонкие царапины. Гулять внутри стен не получится, как она рассчитывала. Мысленно выругавшись, Шион подошла к нижней ступеньке и вплотную прислонилась к стене. Выглянув из-за угла, прямой коридор, в котором через каждый пятнадцать метров была закрытая решетка, а в конце него резкий поворот. И кругом ни одного выступа, за который можно было бы спрятаться. В обратную сторону была та же самая картина — пустой коридор со множеством решеток поперек него. Даже если она выберет правильное направление из двух возможных, и проскользнуть через металлические решетки ей удастся — это не то же самое, что долго бежать внутри бетонных стен. Но что ей делать, если она напрямую столкнется с кем-то из надзирателей?
