Лечь спать у меня получилось только за полночь, но оно того стоило: я не только подготовил домашнее задание, но и закрепил свои знания по математике, и чувствовал себя полностью готовым к завтрашней олимпиаде.

Поэтому с чувством выполненного долга я принял душ и отправился спать.

Ночью мне пригрезился семпай в костюме-тройке, стоявший у алтаря и терпеливо ожидавший меня. Я пошёл к нему, но по пути меня обогнала какая-то эфемерная фигура в белом платье. Таро, одарив незнакомку нежным взглядом, взял её руку в свою… И тут я в холодном поту проснулся ровно за полчаса до будильника.

Дурной сон слегка испортил мне настроение, но я постарался не зацикливаться на этом: впереди у меня был весьма ответственный день, который, возможно, решит мою дальнейшую судьбу.

Из-за раннего пробуждения я пришёл в школу раньше всех. Даже учительницы физкультуры ещё не было на её всегдашнем посту у ворот.

В библиотеку мне идти было без надобности, семпай прибудет в школу ещё нескоро… Что же тогда мне делать?

Переобувшись, я прошёл во внутренний дворик, непривычно пустовавший, и, присев на бортик фонтана, вытащил из сумки телефон. Отправив Инфо-чан сообщение «Могу ли я что-нибудь сделать для тебя?», я глубоко вздохнул и начал ждать ответа. Последний пришёл практически тотчас же:

«Люблю такие мейлы, Аято-кун. Микрофоны для размещения в кабинетах завуча и директора, а также в дамском туалете на третьем этаже – том самом, где, по слухам живёт привидение, – ты найдёшь перед дверью в мой клуб».

Кивнув своим мыслям, я спрятал телефон и пошёл в здание школы. Привычно взбежав по лестнице на третий этаж, я, как и было уговорено, обнаружил перед дверьми в информационный клуб три плоские чёрные кнопки.

Я решил сначала заняться кабинетом директора. К счастью, в такую рань Кочо Шуёна ещё не прибыл на работу, поэтому я без всяких помех присоединил присоску микрофона к обратной стороне его стола и тем самым активировал запись.

Закончив с этим помещением, я вышел в коридор и огляделся. Рациональнее всего было бы пойти сначала в уборную, а потом уже во владения завуча: так мне не пришлось бы делать крюк. С другой стороны, Генка-сенсей отличалась куда большим трудоголизмом, чем глава всей нашей школы, и она могла прийти в любую минуту. Следовательно, сначала надо заняться её кабинетом…

Я спустился на первый этаж и бесшумно, словно тень, проник к завучу. Вселенная ко мне пока благоволила: Генка-сенсей ещё не было на своём месте. Прикрепив микрофон под столом, я вышел и осторожно прикрыл за собой дверь.

Пришлось снова подниматься на третий этаж, но то были мелочи жизни: безопасность прежде всего. Теперь, хорошенько обжегшись с Юкиной, я решил не пренебрегать ни единой мерой предосторожности, до которой додумаюсь.

В дамском туалете было по обыкновению темно и холодно, а ещё, видимо, отказала система вентиляции: мне послышался какой-то гул, похожий на вой.

Я инстинктивно поёжился и, прикрепив микрофон под одной из раковин, отряхнул руки.

Подняв голову, я краем глаза заметил своё отражение в зеркале и поправил красную повязку на плече. Носить её было непривычно, но огромные преимущества, которые она давала, были несравнимы с мелкими неудобствами.

Я поправил ворот рубашки и удовлетворённо кивнул: отлично, задание выполнено. Теперь можно уходить.

И вдруг моё отражение прорезала длинная трещина. Я от неожиданности отшатнулся и, как оказалась, поступил верно: в то же мгновение зеркало разлетелось на куски, и острые, как бритва, осколки приземлились прямо мне под ноги.

Что за чертовщина здесь творится?

Я осторожно подошёл к зеркалу и, вытащив телефон, посветил фонариком вперёд. За стеклом оказалась обычная кафельная настенная плитка…

Может быть, это произошло из-за перепада давления? Неисправная вентиляция вполне могла явиться причиной подобного. В сочетании с влажностью…

Хотя кого я пытался убедить? Треснуть из-за таких условий могла разве что фанера, но уж никак не зеркало. А уж о том, чтобы разлететься на куски, вообще и речи идти не могло – это противоречило всем законам физики.

Я повернулся и внимательно осмотрел всё помещение уборной, подсвечивая себе фонариком телефона. Проверив все кабинки, я встал на цыпочки и поднёс источник света к вентиляционной решётке. Я ощутил поток воздуха оттуда, значит, всё исправно…

Тем временем, этот странный гул, больше похожий на вой, стал ещё громче.

Я начал ходить по уборной кругами, пытаясь определить источник странных звуков. Удивительно, но они исходили не от несущих стен, что было бы логично при неисправных трубах, а почти из самого центра, между кабинками.

Но что могло послужить причиной этого гула? Видимого источника мне обнаружить не удалось…

Может, этот дефект возник давно, когда школа ещё строилась? Я читал, что возведение здания шло ударными темпами, чтобы успеть быть сданным к восемьдесят шестому году, а в восемьдесят седьмом – принять своих первых учеников. Из-за спешки между перекрытиями могли образоваться микротрещины, которые сами по себе не опасны, но могут иметь пренеприятнейшие последствия.

Например, эти странные звуки.

Ладно, пусть так, но это не объясняло разлетевшегося вдребезги зеркала.

Я усмехнулся и отошёл на шаг назад. Именно в этом туалете немногим менее, чем двадцать девять лет назад, трагически погибла Такада Ёрико. Конечно, глупо верить в привидения, но что, если…

– Такада-сан? – негромко позвал я.

Никакого ответа. Неясный вой продолжался, и никто не среагировал на мои слова.

Почувствовав себя по-дурацки, я поморщился и спешно вышел из уборной, надеясь, что никто не узнает о моём позоре.

К сожалению, моё желание не сбылось: на выходе я столкнулся с Текина Чоджо – моим одноклассником и по совместительству одним из участников клуба любителей мистики.

– Аято? – удивленно произнёс он, склонив голову набок. – Ты тоже веришь в духа?

От неожиданности я закусил губу, но моему собеседнику, видимо, не требовалось ответа. Убеждённый в том, что нашёл единомышленника, Чоджо возбуждённо продолжил:

– Такада – так была фамилия девочки, которая погибла в этом самом туалете почти тридцать лет назад, – совершенно точно осталась тут. Ока приносила сюда и рамки, и доску для занятий спиритуализмом. Всё подействовало, значит, дух здесь. Полнолуние выпадет на завтра, и Атсу как раз рассчитал уникальное положение в зените ночного светила. Мы попытаемся пообщаться с ней, и Шин попросил меня запечатлеть её.

– Запечатлеть? – я широко раскрыл глаза. – Но я так и не смог увидеть привидение; как же ты думаешь его сфотографировать?

Текина улыбнулся и подмигнул.

– У камеры, так сказать, зрение намного острее, чем у людей, – вымолвил он. – Это мне Шин рассказал. Если сделать снимок того места, где предполагаемо находится сущность, то можно увидеть её. Хочешь посмотреть?

Я кивнул. Честно говоря, мне стало любопытно: в этой уборной совершенно точно было нечто, чего не должно существовать с научной точки зрения, и если одноклассник сможет мне помочь, то почему бы и нет?

– Хорошо, что девчонки не используют этот туалет по назначению, – хмыкнул Чоджо, проходя внутрь и ёжась от холода. – Если бы они застали нас тут, нам бы пришлось несладко.

Он встал прямо в проходе и, вытащив сотовый телефон, нацелил его камеру в зал.

– Так охват действия больше, – объяснил мне Текина, делая снимок. – Когда мы поймём, где именно обитает дух, то сможем подойти поближе и… Ого!

Он подпрыгнул на месте и сунул телефон мне прямо под нос. На экране я с известной долей ужаса увидел висевшую в воздухе прозрачную фигуру. На голове у неё была повязка – такая, которую надевали покойным, – а один глаз сиял потусторонним голубоватым светом.

Но самым странным было то, что призрак смотрел прямо в нашу сторону.

– Невероятно! – восторженно воскликнул мой одноклассник. – Просто божественно! Она и правда здесь! Аято, ты не представляешь себе, как это прекрасно! Пойду расскажу Оке!