Мне пришлось сделать вид, что я не знал, где именно жила семья Ямада (будто бы я не следил за семпаем несколько раз). В любом случае, в глазах Ханако я шёл сюда впервые.

По пути мы весьма мило болтали, придерживаясь сугубо школьных тем: театра, пьесы, которую мы собирались ставить, уроков и так далее. Сестра семпая показала себя с хорошей стороны: она оказалась весьма неглупой девочкой, пусть и слегка инфантильной.

Семья Ямада жила в довольно милом многоквартирном комплексе на пятом – последнем – этаже. Его мать была бухгалтером и работала на дому, отец же трудился штатным психологом в органах внутренних дел. Пока я не встречался с ними лично, но был уверен: оба они – невероятно чудесные люди.

Мне выпала удача проводить Ханако до самой двери, и я смог мельком увидеть мать моего любимого человека – женщину с мягкими чертами лица и нежной улыбкой. Она поблагодарила меня за помощь и даже пригласила на ужин, но я смущённо отказался: ни к чему напрягать её.

Передав девочку в надёжные руки, я распрощался с её матерью и опрометью полетел в сторону школы: времени для того, чтобы провернуть запланированное, оставалось всё меньше.

========== Глава 25. Адский огонь. ==========

Какое счастье, что в нашей школе не было предусмотрено камер видеонаблюдения у задней калитки!

Хотя… Япония – страна с невероятно низким уровнем преступности, и кражи со взломом – это редчайшее явление. Да и кому взбредёт в голову грабить школу?

Я решил действовать сразу же и быстро: до восьми вечера оставалось около получаса, и их необходимо было провести одновременно и с пользой, и вдали от бдительных глаз Мегами.

Не зная точно, когда эта принцесса уходила домой, я всё же решил рискнуть и переждать полчаса в библиотеке.

Туда я и направился. Старшеклассница, бессменно стоявшая на раздаче книг, читала за своим столом и даже не подняла головы, когда я прошёл в помещение. Устроившись за самым дальним от входа столом, я принялся делать уроки: к чему попусту тратить время, если можно провести каждую минуту с пользой? Тем более, подобное занятие помогало мне успокоиться и настроиться на более рациональный лад.

В без четверти восемь девочка, исполняющая обязанности библиотекаря, молча ушла, и я остался тут один. Я не торопился, решив дать Куше ещё пять минут на сборы.

У меня не получилось сделать домашнее задание полностью, но всё же я был доволен тем, как провёл время.

В пять минут девятого я собрался и, выключив свет в библиотеке, пошёл на третий этаж.

Школьные коридоры были гулкими и пустынными: почти все ученики уже давно разошлись по домам. Встреча с кем-либо являлась событием маловероятным, но я всё же старался ступать как можно тише, потому что звук шагов разносился на многие метры вперёд.

Куша не обманул: помещение научного клуба к этому времени уже пустовало. Зайдя внутрь, я включил свет и решительно направился к шкафчику с химикатами.

Я отлично помнил, в какой именно склянке содержался столь необходимый мне «адский огонь», но не стал торопиться, сначала вытащив из сумки носовой платок и раскрыв створку через него. Наличие моих отпечатков пальцев на дверцах шкафчика и даже на колбе с опасным веществом можно было вполне рационально объяснить, но я не стал рисковать: предосторожность превыше всего.

Как только заветная колба оказалась у меня в руках, я вышел из научного клуба и помчался к лестнице. Я не прятал сосуд с «адским огнём» в сумку, потому что иначе на стенках склянки могли остаться микроследы, которые бы неминуемо привели ко мне при условии тщательного полицейского расследования.

Кроме того, стекло могло разбиться, а химикат – протечь ко мне в сумку.

За считанные секунды добравшись до первого этажа, я через задние двери вылетел на улицу и немедля забежал в пристройку. Раскрыв створки мусоросжигателя, я опустил рычаг активации системы.

Печь тут же загудела. Вытянув шею, я посмотрел вниз, внутрь шахты – туда, где глубоко-глубоко виднелось оранжеватое пламя.

Что ж, пора.

Я задумчиво посмотрел на колбу в своей руке. Как там сказал Куша? Пары капель достаточно?

Закусив губу, я при помощи платка с трудом вынул плотно сидевшую в горлышке склянки пробку и, аккуратно наклонив сосуд над шахтой, вылил туда немного.

Того, что произошло потом, я точно не ожидал: столб пламени, взметнувшийся вверх, заставил меня резко отшатнуться. Огонь, правда, сразу успокоился, исчезнув в жерле печи, и я, несмело шагнув вперед, прикрыл створки мусоросжигателя.

Пламя внутри не просто гудело, оно рычало, как мифический хищник, готовый разорвать в клочья каждого, кто дерзнёт приблизиться к нему.

Но я не боялся. Мне не был страшен никто, когда на кону стояли мои отношения с семпаем.

Я посмотрел на дисплей с часами, расположенный на внешней стороне печи. Мне оставалось ждать пятьдесят восемь минут… В лучшем случае. Я никогда раньше не имел дела с «адским огнём» и не знал, как это вещество ведёт себя. Была вероятность и того, что пламя станет бушевать куда дольше, чем отпущенное дисплеем стандартное время.

Но ничего: я могу и потерпеть. Тем более, мне ещё многое предстоит сделать.

Тщательно вставив пробку в колбу, я отправился назад в научный клуб поставив сосуд на то же место, с которого его взял, я покачал головой: уровень жидкости в узкой бутылочке был ниже предыдущей отметки. Оставалось лишь уповать на то, что Куша этого не заметит.

Выключив свет в помещении кружка и прикрыв дверь, я снова отправился на улицу: именно там мне и надлежало быть всё время до конца цикла печи, ведь здание школы могли мониторить, а угодья и прилегающие территории в такой час – нет.

Оставив сумку в пристройке, я сбегал за сад и принёс оттуда мешки с мусором, которые припрятал накануне: я рассчитывал сжечь их здесь же после того, как «адский огонь» завершит свою работу.

Для чего я это задумал? Элементарно: если всё, извлечённое из шахты мусоросжигателя при выемке, окажется пылью, это вызовет серьёзные подозрения: обычный мусор просто не может полностью сгореть дотла при одном цикле печи. Должны оставаться фрагменты оплавленной пластмассы, металлические элементы, зола и так далее.

После сеанса с химикатом в шахте наверняка не останется ничего, кроме праха, и эти мешки призваны исправить сию ситуацию: после того, как они сгорят обычным способом, результаты выемки станут куда более реалистичными.

Я сбегал в сад за тазом с водой (я набрал её из крана, который предназначался для полива; обычно к нему присоединяли шланг) и шваброй. Добавив чуть отбеливателя, я начал мыть пол – те его участки, которые располагались дальше от входа.

Мне не было известно, насколько распространялась паранойя Мегами; она могла решиться и на взятие образцов отсюда. Я усмехнулся, представив горделивую президентшу ползающей по полу на четвереньках с ватной палочкой в руке.

Но смех смехом, а данной мерой предосторожности тоже лучше не пренебрегать.

Вымыв где-то половину пристройки, я покосился на дисплей. Судя по его данным, до окончания цикла горения оставалось двадцать девять минут. Что ж, полчаса я вполне мог подождать.

Сигнал мобильного телефона, показавшийся невероятно громким в наступившей тишине, заставил меня вздрогнуть. Я кинулся к сумке, достал сотовый и, ничуть не удивившись, прочёл очередное сообщение от Инфо-чан.

«Аято-кун, привет! И удачи тебе в твоём нелёгком труде! Я собираюсь уходить; ты будешь забирать телефон Осаны, или мне ещё подержать его у себя?».

Я задумался. Мне не терпелось привести в исполнение одну задумку касаемо мобильника покойной Наджими, но сегодня об этом уже не могло быть и речи: такие вещи надо проворачивать тогда, когда в запасе имелось много времени.

Но было ещё кое-что, о чём я хотел попросить мою верную союзницу. У меня не выходили из головы слова моей одноклассницы Хинаты о регулярных визитах Мегами к психотерапевту. Если бы я узнал об их причине, то смог бы каким-либо образом использовать эту информацию как рычаг в отношении несносной Сайко.