– Я закончил с сочинением, – вполголоса обронил Фред, повернувшись к узкому, шаткому столу и отодвинув от края пластиковый сосуд с реактивом. – Оставил его в кладовой близ клуба боевых искусств – положил папку с ним на самую верхнюю полку, куда можем дотянуться только мы с тобой.

– Прекрасно, – подавив порыв немедленно кинуться за сочинением, я вежливо кивнул – места для положенного в данном случае поклона не хватало. – Благодарю тебя. Но я пришёл не только из-за этого.

– Да, я уже в курсе, – Джонс усмехнулся. – Предвыборные гонки начались. Не волнуйся, Аято; уж на мой-то счёт можешь вообще не беспокоиться. Конечно, я проголосую за тебя, а ещё агитирую своих ребят поддержать тебя. Но и это не всё, приятель: я вызовусь фотографировать твою инаугурацию, задокументирую каждый твой шаг, чтобы потом снять себе копии с этих карточек и…

Он осёкся и потряс головой. Я хранил недоумённое молчание, не совсем понимая, как нужно реагировать на эти слова.

– В общем, неважно, – американец махнул рукой и улыбнулся. – Поверь, никто не сомневается, что ты победишь. Ты просто создан для этой роли.

Ещё раз поблагодарив этого странного иностранца, я выбрался из будки и, бросив пару ободряющих слов прочим участникам клуба, вышел за дверь.

На втором этаже я оказался буквально за несколько секунд – вот что значит правильный стимул! Найдя сочинение в условленном месте, я бегло просмотрел его и одобрительно кивнул: Фред внёс несколько правок, изменил некоторые предложения и заново переписал концовку.

Просто замечательно: теперь нужно перепечатать эту работу начисто и послать от имени Ториясу.

Сложив сочинение вдвое и зажав его под мышкой так, чтобы ни одна живая душа не догадалась, что это, я вышел из кладовой и… Нос к носу столкнулся с той, от кого в данный момент пытался избавиться.

– Айши-кун, – Акане склонила голову и очаровательно улыбнулась. – Какой вы ответственный, просто ни минуты покоя!

– Должность обязывает, – серьёзно ответил я.

Я не забыл её выходки с запиской, которую она наваяла якобы на заявке от художественного клуба. Конечно, на открытую конфронтацию я пойти не мог – эта чертовка обладала талантом повернуть всё в свою пользу. Она уже успела повлиять на семпая так, что он несколько отдалился от меня, поэтому с ней стоит быть очень осторожным.

– А я как раз ищу тебя, – Ториясу скрестила руки на груди и прищурилась. – Мне нужно решить с тобой два вопроса.

– Весь внимание, – я кивнул, искренне надеясь, что она не заметила сложенных листков у меня под мышкой.

– Прекрасно, – Акане изящным жестом поправила один из локонов. – Я бы хотела покинуть школьный совет.

========== Глава 138. Ядовитый плющ. ==========

Не веря своим ушам, я разинул рот и уставился на неё. Меньше всего на свете я ожидал от Ториясу подобного поступка: он никак не вязался с её желанием постоянно что-то доказывать своей властной матери.

– Ториясу-семпай, – осторожно начал я, – если это из-за того, что…

– Вовсе нет, – она перебила меня, махнув рукой. – Просто, видишь ли, мне теперь будет некомфортно в одном коллективе с тобой.

– Почему же? – мягко спросил я. – Поверь мне, никогда не поздно начать с чистого листа. Я предлагаю забыть старые обиды и сделать вид, что мы только познакомились.

– Как мило, – Акане вновь улыбнулась. – Но мне это не нужно. Я ухожу из совета из-за того, что с этого момента официально становлюсь твоим противником, Айши-кун.

Я вопросительно поднял бровь, уже постепенно понимая, о чем она толковала.

– В сентябре, – Ториясу сняла с плеча красную повязку и подала её мне, – я баллотируюсь на должность президента и, скорее всего, выиграю.

Я протянул руку, чтобы взять повязку, но Акане внезапно бросила её на пол за полсекунды до того, как мои пальцы могли коснуться алой ткани. Проследив за падением повязки, я поднял голову и посмотрел Ториясу прямо в глаза.

– Ах, какая я неловкая, – улыбнулась девочка, сплетая пальцы друг с другом.

Она стояла, даже не думая двигаться с места: весьма низкая, но действенная тактика.

Что ж, моя дорогая, ты можешь унижать меня сколько угодно, только потом смотри, как бы тебе не пришлось заливаться слезами.

Я нагнулся и поднял с пола повязку, а потом, распрямившись, обогнул Акане и пошёл по коридору. Я не оглядывался, но знал, что она смотрела мне вслед.

Успев вбежать в класс за какие-то жалкие секунды до начала урока и подумав про себя, что с этой порочной практикой пора заканчивать, ведь нужно служить другим примером, я поклонился и сел за парту.

История не являлась одним из моих любимых предметов в школе, но мне нравилось слушать про великие деяния прошлого. Однако сегодня решительно всё шло не так: с первых же секунд урока я почувствовал, как моя голова словно налилась свинцом, а веки потяжелели. Я пытался сопротивляться этому странному состоянию, но не смог; меня словно окутал туман, и я провалился в дремоту.

***

Я оказался в уже знакомом мне саду, где всё было серым: и земля, и небо, и кусты, и цветы. Узкая тропка вела вперёд, и я послушно пошёл по ней, протискиваясь между зарослями роз и лаврового листа.

Путь мой был недолгим: уже через минуту я набрёл на небольшую поляну, напомнившую мне пепелище, настолько тёмным цветом она отличалась. Посреди неё в воздухе парила Юкико, ничуть не изменившаяся с момента прошлого сна: всё те же жуткие глаза-кляксы, все тот же растянутый в усмешке от уха до уха рот, все те же акульи зубы.

– Когда садишься за стол с дьяволом, возьми длинную ложку, – вымолвила она, завидев меня. – Я просчиталась и за это была наказана, но дьявол всё-таки снизошёл до того, чтобы сделать мне приятное.

– Сайко Сайшо произнёс ваше настоящее имя, – ровным тоном ответил я. – Довольны?

– Конечно, – она захохотала так громко, что у меня даже во сне заложило уши. – Теперь велика вероятность того, что он вспомнит меня, а сие, в свою очередь, чревато для него о-о-очень плохими последствиями!

Юкико кувыркнулась в воздухе и сложила серые ладони в молитвенном жесте.

– Спасибо тебе, Аято, – вымолвила она. – Больше не побеспокою тебя. Я получила хороший урок: от дьявола лучше держаться подальше.

***

Резко проснувшись, я выпрямился. Икеда-сенсей, стоя за кафедрой, рассказывала о Первой мировой войне, а мои соученики внимали ей. Посмотрев на наручные часы, я удивлённо заморгал: прошло всего полминуты?!

Видимо, для всех остальных я просто склонился к парте, положив голову на скрещенные руки, а потом распрямился.

Что ж, от одной проблемы я избавился навсегда, и слава богу. Пусть эта Юкико теперь мстит своему отцу сколько влезет, а у меня есть заботы и поважнее.

Открыв тетрадь, я начал конспектировать слова преподавателя, и с удивлением нашёл, что эта лекция была довольно интересной. И с чего это я сначала счёл её скучной?

Во время обеденного перерыва я, проглотив свой ланч за пять минут, занялся делами совета. Мне безумно хотелось повидаться с семпаем, но в то же время я осознавал, что если увижу его с Ториясу, то могу не сдержаться и тем самым сделаю хуже только себе.

Каменага, Тораёши, Рюгоку и Сайко живо обсуждали решение Ториясу уйти из совета. Они никак не могли понять, почему их подруга приняла это внезапное решение и пришли к выводу, что это было сделано импульсивно.

– Очень надеюсь, что она одумается, – покачав головой, подытожила Куроко. – Баллотироваться на должность президента – это сущая глупость с её стороны; даже если допустить, что произойдёт чудо, и её изберут, она всё равно не справится с задачами.

– Это точно, – Широми прикрыла зевок. – Когда я её спросила, в чём дело, она только улыбнулась и сказала, что так надо. А ещё ведь она снова собирается участвовать в олимпиаде по английскому, той самой, за победу в которой награждают грантом на учёбу в Лондоне.

– И к чему ей это? – Аои с досадой ударила кулаком по столу. – Вечно она выпендривается!

– Тише, тише, – Мегами, сидя на одном из стульев, подняла ладонь. – Это было её решение, и мы обязаны его уважать, каким бы оно ни было. Но лично я считаю её поступок безответственным и на выборах отдам свой голос за Айши-куна – он прекрасно справляется с обязанностями президента, даже, к стыду своему вынуждена заметить, куда лучше меня.