Сложный выбор стоял перед Селестией!
Артем пошел вслед за ней. Ему все же удалось разбудить у Селестии уверенность в самой себе. Теперь, от Артема ничего не зависело, сможет ли она, напуганная девушка, пойти против совета. И догадывается ли она, какими будут последствиями после этого? Скорей всего догадывается, иначе она не плакала, забившись в углу.
— А вот ты где. — Игорь оживился, когда увидел Артема. — Иди сюда я тут место тебе занял.
Игорь впервые оказался в этом огромнейшем зале. Приятель Артема был, мягко говоря, поражен. Размеры помещения впечатляли, здесь помещалось несколько ярусов с множеством балконов, зал был сделан в виде круга. Куполообразная крыша усиливала акустику, и поэтому слышимость бала здесь на высшем уровне, Артем подозревал, что здесь еще поработали техники и поставили усилители, для пущего эффекта. Казалось, был слышан каждый голос на трибуне, каждый шепот.
Их сектор был самым крайним. Он отводился для членов рабочей партии, количество членов этой партии было не больше сотни. Самая немногочисленная и бесправная партия в этом зале. Зато остальные партии насчитывали в себе около тысячи делегатов, число варьировалось, в зависимости от значимости самих партий. Роль же партии, в которой состоял Артем и Игорь, отводилась самая легкая: они были самыми обычными наблюдателями.
Заседание вот-вот должно было начаться. Уже все заняли свои места и ждали сигнальной сирены, оповещающей, об открытии сегодняшнего заседания.
— Артем, я немного нервничаю. — Признался Игорь.
— У новичков всегда так. Скоро ты поймешь, что нервничать ненужно. Ты здесь ничего не решаешь, сиди и наблюдай.
Прозвучала сирена, раздался глухой гул и все сразу же прекратили разговоры. В центр зала неспешной, вальяжной походкой вышел высокий щегол в красной мантии. Такие мантии надевали главы правления, показывая, что они из высшего общества. Он размял свои губы, про себя повторил какую-то скороговорку и, набрав побольше воздуха в грудь, начал вещать.
— Граждане нашего города, почетные жители и простой люд. Сегодняшнее ежегодное заседание считается открытым!
Комнату заполонили аплодисменты, когда овации стихли, щегол решил начать заседания с предупреждения.
— Все знают, что щиты отключены и пока генераторы снова не заработают, просьба оставаться всем на своих местах. Это вынужденная мера, прошу отнестись к просьбе с пониманием.
Затем пошла стандартная процедура. Оглашение того что стоит на повестке дня. Напоминание того, как проходит голосование и снова просьба отнестись к происходящему со всей серьезностью. Затем щегол, закончив свою речь, поклонился и отошел в сторону и занял свое место за трибуной.
Артем, среди глав правления, отыскал взглядом Селестию. Что у неё на уме, понять было невозможно. Каменное лицо ни один мускул не дрогнет, никаких эмоций и это понятно идет борьба с самим собой, не просто принять такой тяжелый выбор.
Артем вспомнил слова Селестии. «Зачем ты искал меня» Хороший вопрос… Артем и сам не знал, за что он больше переживал: за девушку или что его план соврется?
«Артем, а ты сможешь пойти по трупам ради достижения цели?» — С долей иронии, сказал Артему, его внутренний голос.
Если это так и Артем действительно сможет, то он ничем не отличается от глав корпорации…
— Первым делом мы рассмотрим прошение о дополнительных поправках, которые касаются «Доверительного Фонда».
В середину комнаты вышел толстяк низкого роста, он тоже был в красной мантии, и в руках его была огромная, подвязанная красной лентой, стопка бумаг. Он проследовал ко второй трибуне, которая на данный момент пустовала. Заняв трибуну, толстяк по хозяйски, разложил бумаги, затем натянул на сальное лицо маленькие очечки и начал внимательно читать, заготовленные заранее, выписки из документов.
Толстяк в красной мантии начал зачитывать.
Он огласил о расходах за год: расходы, доходы, затраты на те или иные услуги. Просчитал процент прибыли и процент убытков.
Затраты и убытки, ясное дело, это заработная плата рабочим. Как только услышали сумму выделяемую, как кто-то выразился «дармоедам», сразу же главы начали протестовать, самого ярого противника поддержали еще несколько глав правления и после небольшой дискуссии решили сократить этот фонд на треть.
Тяжёлые вздохи послышались с сектора, где сидели простые рабочие.
— Вот так здесь все делается? — Спросил Игорь, он недоумевал. — Мы можем, что то сделать? Если нам снова урежут фонд, то, как мы жить дальше будем?
— Я ж говорил наша партия — это только наблюдатели. У таракана больше прав, чем у нас.
Игорь, задумавшись, склонил свою голову, видимо ему не сильно хотелось видеть происходящее. Да это было не просто тому, кто действительно понимает, к чему приведут эти реформы. У новичков всегда так, а потом, со временем, пыл проходит, и ты привыкаешь, понимание безысходности делает тебя черствым. Прячешь все чувства и эмоции где то в глубине и не даешь вырваться наружу. Только Артем так не смог. Не сумел спрятать, он просто не умел проигрывать!
Пока идет заседание, ему и Селестии ничего не угрожает. Сейчас у тех, кто хочет вмешаться в планы Артема, связаны руки. Теперь дело за Селестией, если она не сломается, найдет в себе силы, то выступит защитником. Если же не хватит духа — то все пропало.
Легкая дрожь в теле. Его время подходит, а Селестия все медлит, сердце предательски так колотится в груди. Артем еще раз бросил взгляд на своего защитника. Селестия, не поменяла позы, так и сидела с каменным лицом. Ни единый мускул не дрогнет. Гордая, даже сейчас она выглядит надменно.
Что это означает?
Она все же выступит в защиту, или так и останется сидеть как монумент на своем месте.
Тем временем оратор кричал с трибуны. Послышался стук молотка и еще одна поправка принята. Игорь прикрыл глаза ладонью и заскулил. Снова поправка не в пользу рабочего класса.
«Почему ты молчишь Селестия?»
Казалось, она уже и не дышала.
Все что тебе нужно, это поднять руку и заявить о защите, в противном случае, у Артема нет прав выступить на этом заседании. Его прошение не примут во внимание.
«Так почему она бездействует?»
Артем пытался поймать её взгляд. Понять, что ей сейчас движет, но казалось, она просто уткнулась в одну точку перед собой, ведет себя отречено, как будто её нет здесь вовсе. Может она сдалась: её можно понять, девушка потеряет больше чем Артем. Да что говорить, она уже потеряла, вопрос в том смирится она с этим? Если "да" то все пропало.
Снова стук полотка о деревянную подставку.
— Поправка принята. — Голос оратора был немного с хрипотцой. — Переходим к следующей.
Селестия бездействует.
«Как же так!!!» «Пустота тебя побери, подыми же руку!» — Артем уже не мог сдерживать себя, внутри все переворачивалось.
Слово взял один из толстосумов, он говорил, а все внимательно слушали его и кивали головами. В конце его лекции зал аплодировал стоя!
Селестия вдруг повернула голову. Первое ее движение за все время заседания.
Девушка в черными волосами хлопала вместе со всеми. Без мимики, без эмоций. С таким успехом могла хлопать в ладоши стародавняя высушенная мумия, эффект был одним и тем же. Здесь так хоронили влиятельных людей этого города! Считалось особой привилегией. Только не бинты были, как это делали в далеком прошлом, они заменялись, дорогостоящим костюмом и на лицо одевалась золотая маска, скрывая высушенное лицо умершего.
Селестия повернула голову в его сторону и Артем перехватил её взгляд. Они долго смотрели друг на друга. Горящий взгляд Артема и ледяной взгляд его защитника. Огонь и пламя! Артем смог выдержать её взгляд!
«Я не сдамся» — Твердо сказал внутренний голос.
Холод во взгляде Селестии он проникал в самые глубины души Артема. Селестия хотела увидеть готов ли он идти до самого конца, от этого зависело, сможет ли она рискнуть всем и отомстить за своего отца. Если бы Артем отвел взгляд, она бы не рискнула. Но она увидела то, что хотела увидеть, Артем готов. Он не сдался! Значит, она тоже пойдет до конца!