И когда он был готов убить их обоих, другой волк прыгнул на него, буквально задушив его своими лапами.

— Меня зовут Арья Старк, — сказал мальчишка, и Джейме перестало хватать воздуха; он едва мог видеть силуэт, не говоря уже о том, чтобы признать в нем младшую дочь Лорда Старка, — Поднимайся, Цареубийца, и если ты шевельнешь хоть пальцем, я прикажу Лохматому Песику откусить тебе голову. Давай. Вставай.

На поле битвы четыре девушки заставили солдат преклонить колени, и после того, как Принцесса Санса убила Рамси — боги, неужели именно такая смерть ждала его, ослушайся он девчонку Старк? — его оттащили, приковали цепью к столбу и оставили черного лютоволка охранять его.

Другая девушка — с темными кудрями — вытащила из-за пояса рог и дунула в него. Звук, отдавшийся эхом, был удивительно громким. Она проделала это дважды.

Ворота медленно, с легким скрипом открылись.

Толпа женщин хлынула из крепости, но на этих не было металлической брони. Они склонялись над каждым телом, на которое натыкались. Джейме почувствовал, как от их ровного, хладнокровного марша к горлу поднимается его поздний ужин.

— Вы чудовища, — сказал он сквозь глухой звон в ушах.

Девушка с рогом посмотрела на него.

— А вы захватчики, — заметила она спокойно.

— Мы не убиваем тех, кто не способен сражаться! — воскликнул он и дернулся в своих цепях. Лютоволк зарычал, и ему пришлось затихнуть.

— Ты думаешь, мы их убиваем? — удивленно спросила девушка, — Цареубийца, мы вовсе не злые — мы отчаянные. И мы не убиваем этих людей. Женщины пытаются спасти тех, кого могут. А тем, кому уже не помочь предлагают безболезненную смерть. Мы возьмем в плен столько людей, сколько сможем.

— Вы перехитрили нас, — прокомментировал Джейме.

А затем, поскольку она выглядела вполне готовой к разговору, спросил:

— Кто составлял план сражения?

Кто выиграл эту битву? Я сам отрежу ему голову, как вы, северные дикари, и предпочитаете. Чтобы решиться на такой безумный поступок, требуется большое мужество.

— Принцесса Санса. И все мы, — она усмехнулась, увидев замешательство на его лице, — Под всеми нами я подразумеваю военный совет Принцессы. Я думаю, вы уже встречались с Элис, и, конечно, знаете Арью. Но еще есть Вилла, Винафрид, Эддара, Джорель и я. Не напрягай свою хорошенькую головку, Цареубийца. Ты не ожидал, что мы на что-то способны, и поэтому проиграл.

— Вы победили, убив нас, пока мы спали. Это бесчестно.

— А разве честно держать в заложниках замок, полный женщин и детей? Честно принимать помощь бастарда и предателя? — она пожала плечами, — Мы не дуры, Цареубийца. Только из-за того, что мы молоды ты нас недооценил. Твой отец совершил ту же ошибку, не так ли? Король Робб сравняет с землей половину вашего королевства, и Тайвин Ланнистер не сможет его остановить.

Джейме пристально посмотрел на неё, а затем она повернулась и кивнула мальчишке — Старку, который появился из тени, словно призрак.

— Мира, Джорель попросила позвать тебя, — сказала она.

Мира — девочка с рогом — кивнула и немедленно направилась прочь.

Затем Арья повернулась к нему и презрительно посмотрела.

— Ты монстр, — сказала она ему, и Джейме увидел красные линии высохшей крови, пересекающие её руки, повязки, обернутые вокруг шеи, кровь, все еще капающую из раны лютоволка. Он вспомнил низкой гортанный крик, который она издала, когда Рамси Сноу ударил её сестру в грудь, и Санса не смогла встать. Он вспомнил крик её отца, когда он увидел мертвого Джори Касселя — почти такой же, как её собственный.

Да, подумал он. Любовь всех нас превращает в монстров.

***

Санса очнулась только тогда, когда Арья хлопнула её по плечу, а затем закричала ей прямо в ухо, да так громко, что услышала половина армии.

После битвы Санса занялась работой наравне с другими женщинами — она помогала перевязывать самые тяжелые раны, зашивать большие порезы, помогала держать мужчин, которым требовалась ампутация. После того, как она сняла свою броню, она поняла, что может свободно дышать; но синяки невозможно было исцелить мгновенно, поэтому она просто стиснула зубы и терпела.

А потом Арья похлопала её по плечу, чтобы привлечь внимание, и её рука стала темно-красной. Сестра начала звать на помощь, что одновременно раздражало Сансу и пугало её до полусмерти.

— Я в порядке, — отрезала она, отдергивая руку.

Арья помахала рукой у Сансы перед носом.

— У тебя ранено плечо. Я не знаю, какое определение нормальности ты используешь, но уверена, что оно неверно. Ты пойдешь со мной…

— У меня операция в самом разгаре, я не…

— У тебя течет кровь, — сказала Арья, — Мне плевать, если ты излечиваешься помогая раненым, что, ха-ха, кстати говоря, абсолютная чушь. И я уверена, что не у тебя одной такие идеальные швы, поэтому мне все равно, что ты скажешь, потому что ты идешь со мной!

Санса молча посмотрела на неё и не двинулась с места.

Арья протянула руку и бесцеремонно надавила на плечо Сансы.

Мир растворился в ослепительном белом шуме.

— Видишь? — удовлетворенно спросила Арья, — Давай — давай, поднимайся.

Все еще держась за плечо, Санса в палатку — только недавно опустевшую, принадлежавшую солдату Ланнистеров, который теперь либо мертв, либо закован в цепи — и стала ждать. Арья вернулась через несколько минут, таща Винафрид на буксире.

— Зашей её, — буркнула она и вышла из комнаты.

Санса послала Винафрид слабую улыбку и поморщилась от её укоризненного взгляда.

Но Винафрид ничего не сказала. И только когда она вылила целую бутыль спирта на рану, Санса поняла, что иногда она такая же жестокая, как Вилла.

***

Через день Арья подошла к Сансе впервые с тех пор, как запихнула её в палатку.

— Мы должны послать воронов, — тихо сказала Арья.

Санса смыла большую часть крови и грязи с лица и рук, но её одежда осталась прежней. Все по очереди засыпали и приходили в себя после битвы, но Санса отказалась, сказав, что она — глава замка и ей еще многое надо сделать.

Но сейчас, после кровавой битвы, Санса выглядела измученной и уставшей.

— Мы не можем, — сказала она.

— Почему?

— Потому что, если мы пошлем их кому-нибудь, и Болтоны все узнают, нам конец, — Санса перевела взгляд на Арью, и её голубые глаза были спокойны, — Потому что могут быть и другие отряды, бродящие по окрестностям, и если они узнают, что у нас триста женщин и ни одного мужчины, они придут.

Арья выгнула бровь, но прежде чем она успела заговорить, Санса продолжила:

— Нет, я не думаю, что такое произойдет. Но я думаю, что пройдет как минимум две недели, прежде чем кто-нибудь придет сюда, и вряд ли мы осилим еще один бой. Поэтому нам лучше дождаться подмоги и пополнить запасы продовольствия, прежде чем рискнуть.

— … никаких воронов, — мрачно сказала Арья.

— Нет, — ответила Санса, — Никаких воронов. Вообще никакой связи. Они оставили нас на произвол судьбы, не так ли? Пусть подождут неделю другую.

Арья посмотрела на сестру и удивилась, когда та успела так измениться.

— Мне нравишься новая ты, — сказала она Сансе, и когда выражение лица её сестры не изменилось, добавила, — Тебе нужно поспать. Я буду держать замок, Санса, не волнуйся. И не буду посылать воронов. Иди, отдохни немного и переодень это чертово платье. Оно воняет как седьмое пекло ада.

— Надеюсь Рамси там понравится, — ответила Санса, а затем, ухмыльнувшись и подмигнув, оставила Арью, которая стояла, разинув рот.

***

Они сговорились против него.

Джон скорее всего уже бы добрался до Последнего Очага, если бы ехал один. Но девятнадцать других мужчин не захотели жертвовать своими лошадьми, и решили переночевать в гостинице, поменять лошадей и снова ехать на Север.

Джон не ожидал, что они запрут его в комнате.

Нет, конечно, замок не смог его остановить, но он его замедлил. Поэтому, когда Джон выбрался, его лошадь уже продали. И он даже не успел наорать на этих идиотов, потому что они сказали, что завтра утром ему предоставят новую.