Сидри низко поклонился и предложил валькирии руку.

– Я думала, такое оружие куется не за один день, – удивилась Сиф. – И я рассчитывала вернуться в Асгард на это время и потом прийти снова уже за готовым…

– Все правильно, миледи, – ответил Двалин. – Но прежде чем отпустить вас домой дожидаться, мне нужно сделать кое-какие приготовления, в которых потребуется и ваше участие. Это займет пару часов. А вы получите возможность полюбоваться красотами подгорного мира Свартальфхайма. Не каждому смертному и бессмертному дается такая возможность. Будь вы простой валькирией, я бы предложил вам просто посидеть в гостевой и посмотреть на побрякушки, которые наши детишки делают ради забавы, и которые почему-то немало ценятся женщинами других миров. Но спутнице Могучего Тора и подруге Хитроумного Локи у нас открыты все двери. Прошу, – он так изысканно поклонился, что Сиф даже не нашла, что сказать в ответ, кроме простой благодарности, и отправилась вслед за Сидри.

Она вспомнила, как Локи говорил, что даже местные хоромы не произвели на него впечатления, и сейчас подумала, что наверняка в тот момент он врал. Потому что зрелище, что открылось ее взору, было поистине потрясающим. И Сиф поверить не могла, что это все результат работы сотен, а то и тысяч рук, вооруженных молотками, долотами и прочим обычным инструментом, разве что с каплей магии. После этого путешествия воспоминания о Утгардских пещерах совсем потускнели.

Когда она вернулась к Двалину, у нее не было слов, чтобы выразить свое восхищение и признательность за то, что он показал ей все это.

– Ни у кого не хватает слов, чтобы описать наши творения, – нескромно улыбнулся старый мастер. – Даже у Локи. Хотя он заподозрил, что это какое-то наше колдовство, чтобы никто не смог описать увиденное тем, кому вход сюда заказан. Но это неправда.

Сиф подумала, что такое колдовство было бы как раз в духе самого Локи. Подозревает других в том, в чем грешен сам…

Двалин тем временем обошел ее кругом, снимая нужные ему мерки с ее фигуры и диктуя понятные только ему цифры своему помощнику.

– А теперь, миледи, последняя формальность, – сказал он, – прежде чем я отпущу вас домой.

Он поднес глубокую чашу и острый нож.

– Ваша кровь, – произнес он, подавая ей клинок.

– Кровь?

– Конечно. Настоящее оружие не может быть выковано без крови. Желательно того, кому оно будет служить.

– С чьей же кровью была выкована моя старая глефа? У меня никто не брал…

– Локи поделился своей.

«Моя глефа выкована на крови Локи?!» – ужаснулась Сиф и, не дожидаясь больше напоминаний Двалина, полоснула себя ножом по запястью.

– Как скоро будет готово оружие? – спросила она и сама поразилась, как резко прозвучал голос.

– Через две-три недели. Я пришлю вам весть.

– Я буду очень ждать.

Новая глефа произвела в Асгарде не меньший фурор, чем ее предшественница, которую Сиф укрыла промасленной ветошью и спрятала на дне кладовки. «Отдыхай, подруга, ты верно служила мне и заслужила теперь покой. Вечный».

На новую же глефу приходили полюбоваться все, и многие выражали желание попробовать себя в поединке с нею. Сиф радовалась: оружие хоть и было удобным и легким, но все еще немного непривычным, и лишняя практика была ей только на руку.

– Как насчет попробовать со мной? – Локи, как обычно, появился на тренировочной площадке неожиданно. Не дожидаясь ответа, развернул свою собственную глефу и подошел к ней.

– Ого! Такого зрелища мы давно не видели! – радостно воскликнул Тор, жестом отгоняя всех присутствующих к ограде площадки. – Только в Альвхайме такое увидишь, покажите нам, ребята!

Сиф не стала тратить время на ответ и на подготовку. Сразу пошла в атаку. Локи тут же отпарировал и провел контратаку. Она и не сомневалась.

Тор громкими выкриками подбадривал их. Обоих. Видимо, ему было сложно определиться, за кого он больше болеет: за боевого друга или за родного брата. Но Сиф его не винила. Да ей и не нужна была его поддержка. Ей вполне хватило бы для удовлетворения выбить из рук младшего принца оружие и не дать поднять его, пока не коснется земли. Однако Локи, на удивление, держался стойко и сбить себя не давал. Это он-то, который сам ей давным-давно признавался, что она как боец переросла его на голову. Опять врал? Сиф почувствовала раздражение. Была ли вообще хоть капля правды во всем том, что он когда-либо ей говорил? Или он просто тешил свое самолюбие? Как хочет потешить его сейчас, уверенный, что выиграет.

Сиф, еле сдержав яростный рык, неуместный на тренировке, развернулась и провела еще одну атаку. Как учили ее альвы, против этого приема защититься может только тот, кто его хорошо знает, для прочих он чреват серьезным ранением. Вообще по неписанным правилам, такие приемы следовало оставлять только для настоящего боя на смерть, или отрабатывать исключительно на учебном тупом оружии. Но Сиф сейчас было все равно. Ей хотелось видеть, как в наглых зеленых глазах заплещется боль и удивление. Однако не увидела.

Почувствовав боль в бедре, Локи каким-то неуловимым для глаз движением отскочил в сторону.

– Запрещенный прием, – одними губами сказал он.

– Мы не договаривались о правилах, – напомнила Сиф.

– Вот как?

– Не забывай, в этой глефе твой крови нет. Щадить тебя некому.

– Что ты понимаешь в магии крови, дурочка!

Локи крутанул глефу вокруг кисти, и Сиф вдруг поняла, что не успевает изменить положение своего оружия. Этому запрещенному приему ее тоже научили альвы, и она почему-то не думала, что его знает Локи, и что он применит его против нее. Конец ее глефы, уже запачканный его кровью, чиркнул ее чуть выше колена. Успел чиркнуть, прежде чем она отпустила древко и отпрянула назад.

Упали оба: и Сиф и Локи, и оба успели перехватить падающую глефу в паре дюймов от земли.

– Я не собираюсь сдаваться! – сказала ему Сиф.

– А я предлагаю закончить, – возразил Локи. – Наша кровь смешалась на одном лезвии. По негласному правилу многих народов, ты теперь моя сестра.

Сиф поглядела на лезвие своей глефы и глубоко вздохнула.

– Ты это специально подстроил?

– Это лучше, чем поубивать друг друга. Раз уж мы вынуждены всегда жить рядом. И общаться в одном кругу. Надо как-то… приспосабливаться?

«Он прав. Чтоб его взяли ётуны, он прав, подруга, – сказала себе Сиф еще раз глубоко вдыхая, чтобы успокоиться. – Прими это».

Она встала и протянула ему руку, и когда Локи, обхватив пальцами ее локоть, поднялся, сказала:

– Можешь остановить мне кровь, брат?

====== Часть 8. (3) ======

На словах всё легче, чем на деле. Назвать его братом было проще, чем притвориться, что так оно и есть. Проще, чем самому Локи наверняка. Он то ли правда забыл все, что их связывало, то ли, как опытный притворщик, отлично играл свою роль. Сиф, стиснув зубы, улыбалась в ответ и думала, что ей никогда не сравниться с ним в искусстве обмана. И ей никогда не научиться так ловко флиртовать…

Она смотрела на него на очередном большом пиру, который устроил Один, куда снова были приглашены не только асы, но и друзья дома Асгарда. Хорошо хоть альвов не было. Этих защитников Локи, готовых, если потребуется, вогнать клинок ему в спину, видеть и слышать Сиф хотела меньше всего.

Локи снова любезничал со всеми дамами из свиты матушки, потом увидела его в кругу валькирий, которые звонко смеялись какой-то его шутке. А после и вовсе обнаружила, что он пригласил на танец Фрейю, или она его: Сиф упустила этот момент. Они танцевали вальс, и Сиф узнала музыку Штрауса. Неужто Локи все-таки смог убедить здешних музыкантов принять творение талантливого смертного? «Почему так поздно?» – промелькнуло сожаление, но валькирия не дала ему пустить ростки в душе. Ей хватало и того, что было больно смотреть, как королева ванов доверчиво прижимается к младшему принцу Асгарда и скользит с ним по залу в танце, легком и изящном, как полет бабочки. И как она запускает пальцы в его идеально гладко уложенные волосы, и они вдруг рассыпаются непослушными кудряшками. И Локи хохочет в ответ на это.