- Я должна сказать тебе. Ты - Нереварин… Выслушай меня, - я с трудом узнала собственный голос, исходящий из горла больной гадалки.

С жалостью и легкой брезгливостью данмер посмотрел на девушку, но она с отчаянным надрывом через силу продолжила:

- Не сбегай от Косадеса. Ищи пророчества Эшлендеров. Луна и Звезда… Луна и Звезда! - она с неожиданной силой схватила данмера за запястье. - Я скоро умру. Переход дался тяжело. Моё тело не поспело за душой, рассоединение было неизбежно, и силы покинут меня. Я умру… Но ты будешь меня помнить. Ты будешь знать то, что я должна передать тебе. Ты будешь думать, будто помнил всегда.

Данмер попытался испуганно дернуться в сторону от девушки, и картинка погасла.

- Я жива, чёрт возьми, - теперь это был мой собственный голос. И прозвучал он не в Апокрифе, а в Нирне.

Дело всё в том, что Винсент задумал очередную тренировку. Он сдержал свое слово. Следующий мой противник оказался весьма силен психически.

Подытожим то, чему я научилась к концу этого года за время пребывания у Клинков и в Братстве. Первое, как ни странно, стрелять. Я никогда раньше не пробовала. Луки мне не давались, но арбалет с первой секунды стал родным и понятным. Я интуитивно разобралась с прицелом и с тем, как держать его в руках. Всё остальное, включая рогатки и метательные ножи демонстрировали моё гениальное косоглазие. Скажем, с пятисот шагов из арбалета я могла попасть в статичный, узкий кувшин. Подвижная мишень оказалась не сильно сложнее. Я моментально высчитывала скорость движения и приноравливалась - в том нет моей заслуги, это выходило интуитивно, и мне ничему не приходилось долго учиться.

С катаной дело обстояло плохо. Я по-прежнему держала одноручное оружие в двух руках и орудовала ею, как топором в стиле пьяного мастера. Гораздо лучше с вакидзаси, но вторая рука становилась помехой, я чувствовала себя беспомощной. Мне нравились тяжеловесные двуручники, я бы с удовольствием научилась ими пользоваться, если бы не тот факт, что я поднимала дайкатану Очивы с большим трудом. Потом балансировала, пытаясь не упасть и, если не падала, это считалось за успех.

Про магию говорить не буду, она давалась мне странно, урывками. Заклятие хамелеона я уверенно осваивала черепашьим ходом. И особенно хорошо получались проклятия ранга иллюзии. Правда, опять же, они действовали только на грызунов.

На сей раз в тренировочном зале на меня напали без всякого предупреждения. Я ощутила сокрушающую боль во всём теле. Мне показалось, сердце остановилось. Но я мгновенно ушла от второго удара электрическим разрядом. Никогда раньше меня не било током. На секунду ты теряешь контроль над телом, мимикой, сквозь тебя проходит тугая, злая и болезненная сила. Зачарованный доспех существенно снизил урон - иначе я бы потеряла сознание.

Через темно-красную пелену в глазах увидела невысокого, но крепко сложенного босмера. Мало кто знает, но лесные эльфы потрясающие борцы и акробаты. У них зачастую тяжелый удар. И всё потому, что в Валенвуде запрещено использовать в пищу растительные плоды родной земли. Они как бы вегетарианцы наоборот, и это ничуть не преувеличение. В их странной стране подобная диета и впрямь дошла до абсурда. Еще у них нет дорог и они буквально живут в деревьях. Поэтому большинство босмеров гибкие, невероятно сильные и плотные. В игре я немного другими их видела. Этакие безобидные карлики… Если бы.

Я ушла от удара двуручным, стальным клинком. Потом помню, что, как обычно, ослепленная гневом, понеслась на противника. Вытащить арбалет у меня не было времени. Оказался в ладони вакидзаси - и то по случайности. Надо мной роковым клыком взметнулся меч. эльф при этом выкрикивал заклятье. Я запоздало увидела рождающийся огненный плащ.

Этот человек привык к более опытным противникам, которые умеют уходить от удара и уж точно не несутся на тебя ускоряющимся снарядом, не подумав о блоках и защите. Я проскочила под клинком, ткнув босмера акавирским коротким мечом в область низа живота, где был пояс и оканчивалась кираса. Оттолкнув, я попыталась свалить его на землю, но эльф шустро сгруппировался. Не смотря на серьезное ранение, он действовал четко и решительно. Схватил меня за руки и моментально уложил на лопатки. Я не дала договорить ему заклятие, ударив в пах. Он собирался стукнуть меня головой о лоб, но я впилась зубами в его ухо. Под ребра ощутила два страшных удара, но от этого, как овчарка, с рычанием едва не оторвала ухо. Оказывается, это не так легко. Ушные хрящи непросто ломаются, а кожа прочнее, нежели принято считать.

Он выпустил мою руку, чтобы воспользоваться упавшим оружием. Я нашарила арбалет и, не целясь, дрожа, выстрелила в эльфа. Но и он успел схватить клинок. Боль в предплечье была тугой и сопровождалась чувством онемения, я не сразу поняла, что не могу пошевелить пальцами.

Пока я отталкивала от себя босмера, он, теряя ориентацию от ран, успел задеть меня вторично. На сей раз - бедро. Повезло, потому что он целился в живот. Я не ограничилась одним выстрелом. Отползая, я сделала еще три. Я не была уверена в том, что он мертв, пока не полезла перезаряжать свою “бабочку” четвертым болтом.

Не успев испытать ни горя, ни отчаяния, я ощущала только потребность бороться за собственную жизнь. Вокруг было слишком много крови, и я осознавала близость панической истерики. Остаточный адреналин выплеснется через нее, я расходую драгоценные силы. Но, хвала небесам, в ту секунду я почему-то выключилась. Вообще-то я страстно захотела выйти в состояние Синего Пламени. Там-то я быстренько вспомнила бы, какую кодовую команду ввести. Возможно, мой рассудок не выдержал нервного напряжения, и именно поэтому я потеряла сознание.

- Я жива, чёрт возьми, - бессильный шепот, который в голове планировался изумленным возгласом, заставил меня прийти в себя.

Вампир сидел ко мне боком в белой рубашке с закатанными рукавами. Он на глаз отмерял некое вещество в пробирке. Щурясь, перелил прозрачную субстанцию на что-то красное, напоминающее клубничное варенье в блюдце. Почему-то запахло сырыми грибами. Он дал мне эту смесь не выпить, а понюхать, и в голове мгновенно стало проясняться лучше.

- Не так сильно вас и ранили, Шей, честное слово. Было бы от чего падать в обморок. Мари наложила вам пару швов, зарастут через недельку, если не быстрее. А скакать вы будете спустя полчаса, ручаюсь. Больше перепугались, чем пострадали. Нужно что-то делать с вашей эмоциональностью. Она - преимущество, в каком-то плане, но и недостаток.

- Показалось, он отсек мне руку… - мрачно и хрипло заявила я.

- Порез глубиной в районе сантиметра, - улыбнулся Винсент. - Такие ранения учат экстренно блокировать маги восстановления ранга адепт. Скажите, вас не тошнит?

- Нет, - раздраженно ответила я.

- Отлично. Кровавый венец может давать специфический эффект своим запахом. Принимать его никому не рекомендуется, но он буквально поднимает из могилы и глубокого сна даже завзятых пьяниц, - легкомысленно заметил вампир. - Поздравляю, вы справились неплохо. Конечно, действовали, как обычно, неуклюже, но с арбалетом вы и впрямь управляетесь ловко. Прежде, чем вы спросили - нападавший на вас мертв. Спасибо вам скажет семья Сэдвен, чья младшая дочь пострадала от рук этого маньяка. Воин из него никудышный, как видите.

- Он был заказан Братству? - спросила я с холодеющим сердцем.

- Ни в коем случае, - строго и серьезно ответил Винсент. - Я не позволю вам прикасаться к контрактам, это свяжет вас с нами навсегда. У семьи Сэдвен не хватило бы пороху нас нанять. Скажем, мы оказали им услугу. Орденцев Мифического Рассвета нынче что-то мало, пришлось мне немного сымпровизировать.

- Что именно он сделал с дочерью семьи Сэдвен? - тихо спросила я, отведя взгляд.

- Проще сказать, чего он с ней не делал, - вздохнул Винсент. - Скажем, когда стражники нашли ее тело, его пришлось собирать. Множественное изнасилование шипастой, стальной дубинкой. Прижизненное расчленение… Пострадали все отверстия, включая глаза. Убийство на личной почве. Эта девушка один раз пожаловалась на исповеди священнику, что эльф ее домогался. А он, кстати, наш информатор. Полагаю, девица была не робкого десятка. Мало кто пойдет на такое зверство просто от неразделенной страсти. Она, подобно многим юным особам, могла иметь привычку подтрунивать над своим воздыхателем. Злить босмера - занятие опасное, нервный они народ, неуравновешенный. Ни разу не встречал спокойного лесного эльфа… - он бормотал это себе под нос, возможно, с умыслом, чтобы не дать мне остаться наедине с тем, что я испытывала.