Таким образом, я сидела за грудой бочек, не шевелясь, на стене, молилась, чтобы меня не заметили, считала минуты. Пробовала листать папку, что дал мне Элион, но внимание скакало, как гуттаперчивое, меня чуть ли не тошнило от нервозности. На совести цели заказа был стандартный набор: разбой, убийства с отягчающими обстоятельствами, кражи в крупных размерах, мошенничество. Но указывалось так же, что мозгом операции и идейным вдохновителем всё же была его жена. Оба они стоили друг друга примерно одинаково, и Элион взялся за заказ лишь чтобы прикончить обоих.

“Да, мне сейчас наплевать. Лишь бы слезть отсюда поскорее!”

Я читала о жертвах бандитской парочки, и голова шла кругом от того, что за моей спиной, возможно, сейчас вершится казнь. Так близко. А я ничего не могу изменить. Мало того - пока я слишком переживаю за собственную безопасность. У меня нет ресурсов и времени на то, чтобы думать о ком-то, кроме себя.

“Четко и внятно. Объясни мне, что, конкретно, ты бы сделала на месте жертв Джорундра,” - в Критическом Голосе было осуждение.

Я стучала зубами от холода в ответ. Колени затекли. Неудобный, стискивающий тело, доспех казался цельным куском каменной породы.

“Представь себе, что ты идешь домой, - продолжал он, пока черные буквы расплывались у меня перед глазами от ветра и густых сумерек. - С собой немного монет и кое-что из продуктов. Тебя ждут родственники, возможно, родители. И вот на дорогу выбегает босая, израненная женщина. Она в беде. С ней и ее ребенком случилось несчастье, и она умоляет тебя проводить ее до города. Он всего в паре шагов - ты уже видишь край ворот за холмом. Всего-то дойти до ребенка, он тяжелый и не способен ходить. Ты сострадательна, а в глазах этой женщины неподдельное отчаяние. Может, интуиция и говорит тебе, что что-то не так, но ты слишком добра, и ты отбрасываешь трусость, сомнения. Ты идешь за ней совсем недолго, потому что чьи-то руки хватают тебя в тиски, и ты слышишь, как женский голос командует, куда тебя положить, что с тобой сделать… Тебя убивают или лишают языка, отрубают руки, чтобы ты не могла толком ничего описать. Но обязательно прикладывают головой о камень и оставляют умирать. Ты не вернешься домой. Спроси себя, Шей, что бы ты сделала, имей возможность отомстить или прекратить их деятельность? Что тебе дорого? Обратилась бы к стражам? И многое они сделали? Поймали Джорундра, который либо выкрутится, либо успеет прикончить кого-нибудь в тюрьме. Так или иначе - его выпустят. Это зло лишь получит свою отсрочку”.

Я медленно закрыла глаза.

“Наплевать. Прямо сейчас… мне просто очень-очень страшно”.

В это самое время Элион шел по коридору к камере норда. Взятка стражнику сработала, и ему дали пару минут с ним наедине. Но он попросился не к Джорундру, а к другому вору. Альтмеру оставалось перебраться на ярус ниже. Ему это удалось, правда, один из стражников всё же заметил, что посетитель пошел не в ту сторону, он окликнул эльфа, но он словно бы не услышал, исчезнув за поворотом. Едва он последовал за Элионом, тот схватил служителя порядка за голову и посмотрел в глаза. Мгновенное заклятие гипноза легко поддалось эльфу, как и всякому мастеру иллюзии. Делать это было почти наслаждением для альтмера. Рассудок перед ним нетверд, защищаться толком не умеет, бери, да работай, как вздумается.

- Джорундр опасен, - спокойно, но быстро заговорил Элион, не прерывая с ним зрительного контакта. - Он собирается бежать. У него недалеко спрятаны свитки магии разрушения, и всё тут может взлететь на воздух, если ты не вмешаешься.

В Бруме тюремное помещение устроено крайне просто. Никакой особенной защиты от магии здесь не имелось даже близко. Всех волшебников отвозили на островную тюрьму Анвила, в Имперский Город или крепости Скинграда, где стены зачарованы от магического воздействия заключенных.

Элион оттолкнул от себя стражника, который вяло подался назад со стеклянным взором, говорящем о глубоком трансе, и поспешил дальше по этажу в сторону оружейного хранилища.

- Я… должен остановить убийцу, - пролепетал едва слышно околдованный Элионом, страж.

Эльф услышал крики за своей спиной, еще не успев дойти до цели назначения.

На склад он проник невидимкой, там же переоделся.

Я должна узнать его по черной мантии и жесту, словно он смотрит за горизонт, приложив руку ко лбу.

Элион долго не появлялся, меня трясло и от нервов и от холода. Кто-то из наружней охраны неожиданно стал подниматься на стену. На моей стороне никто не дежурил, там было много бочек и, судя по ограждению, эту часть ремонтировали. Я шустро схватилась за веревку и посмотрела вниз. Примерно четыре этажа, и я боюсь высоты. Руки дрожали, но выдать себя нельзя. Если меня поймают - конец всему. Я оттолкнулась от каменной поверхности стены, зажмурилась и стала буквально падать - руки скользили на тонкой веревке. Я изо всех сил старалась сдержать скорость падения, но всё равно упала с двухметровой высоты. Всё было в порядке - просто немного отбила пятки и нелепо поскользнулась на гололеде. Потом, позабыв про веревку, ретировалась к дубовой рощице, и поняла, что всё это время за моим падением наблюдал какой-то бродяга. Я замерла перед ним. В лице мужика мелькнул страх, и он припустил прочь по улице. Темное Братство так не работает. Темное Братство не оставляет и намека на свидетеля, а я допустила серьезную ошибку. Я побежала за ним, не зная толком, что сделаю, когда поймаю.

- Помогите! - неожиданно заорал он, а потом внезапно рухнул на колени и медленно повалился в сугроб, скатился в канаву. Мимо меня пролетела высокая фигура стражника в черной накидке. Он подскочил к бродяге, склонился над ним. Мне показалась огромной его ладонь - вытянутой, с длинными, изящными пальцами. Я не слышала, что он шептал, но бродяга закрыл глаза. Когда стражник повернулся ко мне, поднял забрало шлема, я увидела лицо Элиона.

- За мной, - велел он.

Уже вечерело. Я, почти задыхаясь, быстрым шагом шла по тонкому слою снега, под которым таился коварный лед. На каждом втором шагу едва не падала.

- Впереди наемная повозка - нам к ней, - услышала я ровный шепот Элиона, когда мы вышли к жилой улице.

На ходу он снял и выбросил шлем, накидку, рукавицы, всё это оставив в глухом переулке. Я стянула с головы капюшон и надела пеструю шляпку.

Только в экипаже я согнулась пополам, обхватив себя руками за плечи. Нога нервно дергалась. Я молчала. За занавешенными окнами пролетала, сверкая теплыми фонарями, Брума. Элион продолжил смену внешнего вида, избавился от наспех напяленной кирасы, остался в рубашке и брюках. Когда мы проезжали мимо реки он выбросил обмундирование стражника в воду.

Я старалась не думать, что он едет убивать второго человека, женщину по имени Арнора Аурия.

- Я не могу, - затравленно прошептала я. - Дело не в моральной стороне даже, а просто в том, что я слишком нервничаю, и не в силах успокоиться, это легко выдаст тебя, в чём не будет никакого смысла. Боги… - меня резко замутило, живот скрутило болью.

Элион положил мне на лоб свою холодную руку:

- Дыши глубже. Посмотри на меня.

Я взглянула ему в лицо.

- Цель ликвидирована. Стражнику за это ничего не будет - я оставил свитки магии разрушения неподалеку от камеры Джорундра. Расследование окажется только в пользу парня. Что касается Арноры - с ней всё куда проще, и твоя помощь мне не понадобится.

- Не убивай ее, - одними губами прошептала я, сжав его руку, - пожалуйста. Пожалуйста…

Я была готова умолять его. Я была готова в истерике сжать его руками и не отпускать. Угрожать ему стражей или выкинуть еще какую-нибудь глупость. Элион молчал, глядя мне в лицо. Он покачал головой:

- Это невозможно отменить.

- С чего ты взял? - раздельно прорычала я, сжав его руку до боли в пальцах и сверля взором его глаза. Но он не вырывался и отвечал всё так же убийственно спокойно:

- Ты не дочитала, верно? Братству известны планы Арноры. Она связалась с куда более крупной шайкой, сдав мужа. Это означает размах побольше. Это означает - умрет много людей. Арнора опаснее Джорундра. Она очень умна. Если я кажусь тебе лицемером, ты не видела еще игру этой актрисы.