Но Найл сделал выпад вперед:
— Что ты еще от нас скрываешь?
— За восемь лет? Потому что…
— Потому что что?
— Найл… — начал Луи.
— Слушайте, пора идти к Сандипу, да? — перебил их Лиам. — Гарри благодарно посмотрел на него, но Пейн выглядел не намного счастливее, чем Найл.
— Это было не так, — запротестовал Гарри. Сандип начал свою вокальную сессию с объявления о том, что они должны закончить пораньше, чтобы они могли перезаписать свой сингл для iTunes.
— Гарри, ты правда думаешь, что мы сможем выпустить сингл на iTunes, который вы записали после того, что сделали на шоу? — спросил Сандип.
— Я…
— Ты должен знать, что Саймон не любит сюрпризов. Но если бы ты просто пел, ему было бы все равно. Ты знаешь, что он хочет, чтобы ты, особенно ты, блистал. Он был бы в восторге от этого! — сказал мужчина, выглядя более расстроенным, чем Гарри привык его видеть. — Я знаю, что вы все усердно работаете, и я знаю, что вы все тратите много времени на дополнительные тренировки в доме. И это прекрасно. Мальчики стали звучать намного лучше, — его взгляд скользнул по остальным. — Мы всегда знали, Лиам и Зейн, что вы сильные певцы. И Луи, у тебя гораздо больше потенциала, чем я себе представлял.
Гарри заметил, как Луи опустил взгляд, поправляя шапочку на волосах.
— Найл, ты тоже, — сказал Сандип. — Я знаю, что ты не получишь за это признания, но то, как ты поддержал Гарри в субботу, продемонстрировало настоящее мастерство, — он вновь повернулся к Стайлсу. — Но, Гарри, я работаю с тобой уже несколько недель и видел твои прослушивания и записи из дома судей. Все мы знали, что у тебя большой потенциал. Но ты не просто перешел от того, где ты был несколько недель назад, к тому, что ты делал в субботу. Честно говоря, не понимаю.
Гарри оглянулся на мальчиков, но никто из них не выглядел особенно полезным. Гарри закусил губу. Сандип казался скромным, но он не стал бы хитмейкером в отрасли, не зная, что он делает. Если бы Лиам, при всей его вокальной выучке, заметил, какая разница между шестнадцатилетним Гарри и двадцатичетырехлетним Гарри, то, конечно, и Сандип заметил бы.
— Я думаю, это был просто адреналин? — попытался Стайлс.
— Адреналин? — скептически повторил Сандип.
Гарри пожал плечами.
Сандип, видимо, решил не наседать, потому что вздохнул и сказал:
— На этой неделе мы выбрали для вас другую песню. Но Саймон подумал, что эта будет лучше.
Он поворачивается к компьютеру в студии звукозаписи, и с YouTube-канала Beatles, нажал на «Hello, Goodbye».
Гарри пытался вспомнить, как называлась песня, когда Саймон объявил о ней, но он был слишком отвлечен, чтобы помнить ее.
Он посмотрел на экран компьютера, а Пол Маккартни начал петь. Его глаза расширились, и как только он начал думать, что это может быть правда весело, Сандип нажал на паузу и сказал:
— Очевидно, мы обновим ее для современной аудитории. У нас есть бэк-инструменты, которые более попсовые, и менее психоделические. И вы не будете в этих костюмах…
— Мы не будем носить костюмы? — выпалил Гарри.
— Слава богу, — пробормотал Зейн.
Сандип раздал им бумаги со словами.
— Я думаю, вам понравится. То, как пели The Beatles технически сложнее, чем кажется. Особенно если мы адаптируем ее для нескольких солистов. Мы сделаем ее более плавным, и мы можем проиграть тоскующую часть песни.
Он повернулся к компьютеру и открыл музыкальный файл. Прозвучали несколько секунд гитарного вступления, а затем Сандип начал с гораздо более гладкой, менее пробивной версии вокала, ближе к балладе, чем…
— Нет, — резко ответил Гарри. Он не понял, что сказал это вслух, пока Сандип не перестал петь и все не уставились на него. — Прости, прости. Я не хотел тебя прерывать. Боже, это было так грубо.
— Ты хочешь что-то сказать? — спросил Сандип.
Стайлс закусил губу.
— Да. Просто, эээ. Нет.
На мгновение в комнате повисла тишина, когда все ждали, когда он продолжит, но Сандип вздохнул.
— Нет чему?
— Нам не нужно это заглушать, — сказал Гарри. Он выпрямился и стал выше. — Мы можем сделать кое-что получше.
— Серьезно, Гарри, адреналин? — прошептал Луи, когда они шли к другой звукозаписывающей будке, чтобы переделать их сингл Элтона Джона.
— А что я должен был сказать? — защитился Гарри. — Вы, ребята, мне совсем не помогали.
— По крайней мере, укради свои оправдания у кого-нибудь получше Кларка Кента.
Зейн фыркнул от смеха.
— Как ты думаешь, почему Саймон сменил песню? — перебил его Лиам. — В прошлый раз он этого не делал.
— Это вызов, — сказал Гарри.
— Вызов? — повторил Лиам, как бы размышляя. — Может быть, и так. Сандип сказал, что она труднее, чем кажется.
— Казалось не так плохо, — сказал Зейн.
Они остановились перед дверью звукозаписывающей будки. Внутри сидел звукооператор, которого Гарри узнал с того дня, как они обнаружили, что микрофон Луи был выключен.
— Не думаю, что Гарри имеет в виду такой вызов, — Луи посмотрел на Гарри своими голубыми глазами, которые всегда могли видеть его насквозь. — Так ведь?
Гарри уставился в пустой коридор и вспомнил разговор, который подслушал в этих коридорах. Тот, о котором он старался не думать слишком долго. Он смотрел на Луи и не мог не пожелать, чтобы на мгновение Луи из будущего был здесь, чтобы он объяснил все это. Он всегда намного лучше понимал эту сторону индустрии. Но Гарри — это все, что у них было, и у него может и не было смекалки, но у него было немного опыта.
Поэтому он сказал то, что подсказывали ему инстинкты.
— Мы не так послушны, как в прошлый раз. Мы не так поражены звездами, как ему хотелось бы. Он знает, что нас будет не так легко контролировать.
— Ты единственный, кто не такой, как все, — указал Найл.
— И какое это имеет отношение к песне? — спросил Зейн.
— Он пытается понять, стоит ли вкладывать в нас деньги, — сказал Гарри. — Я думаю, он бросает вызов нам.
— Мальчики, вы готовы? — звукооператор распахнул дверь, пропуская их внутрь.
— Эй, а где Тревор? Давно его не видел, — спросил Малик.
Звукооператор посмотрел на него в упор.
— Его уволили, понятно? Вероятно, на него подадут в суд на гораздо большую сумму, чем ему заплатило The Sun.
— Что?
— Мой вам совет, если вы хотите быть анонимным источником, лучше не делиться информацией, которую знают лишь немногие, — сказал техник, ведя их в комнату записи. — Просто повезло, что он не взял меня с собой.
— Ты в порядке, приятель?
Гарри оторвал взгляд от телефона, собираясь ответить, а затем понял, что Зейн адресовал вопрос Луи. Тот упал на один из диванов напротив Стайлса.
— Конечно, почему ты спрашиваешь? — спросил Томлинсон. Он взял со стола какую-то книгу и начал ее листать.
— Ты был очень тихим, — сказал Зейн, прислоняясь к подлокотнику.
— На видеодневнике? — Луи посмотрел на него. — Я же говорил, разве нет?
— Да, но не так много, как обычно, — сказал Зейн. — Ты всегда придумываешь что-нибудь, чтобы оживить их, но сегодня ты просто позволил Лиаму прочитать все вопросы.
— Ну, это становится немного неприятным? Все портить?
Гарри обратил внимание на книгу в руках шатена. На ней ярко-синяя обложка, и Гарри не мог разобрать слов, но она кажется знакомой.
— Что? — воскликнул Малик. — Нет, это немного скучно, когда некому оживить обстановку каждый раз, когда приходится отвечать на вопрос о том, какой знаменитостью мы хотим быть, или с кем встречаться, или, не знаю, у меня закончились знаменитости.
— Это книга Бена Элтона, не так ли? — выпалил Гарри.
Луи и Зейн посмотрели на него так, словно забыли о его присутствии.
— Ты ведь собирался принести ее сегодня на лестницу, верно? — спросил Гарри.
— Что?
— Ты собирался сделать вид, что читаешь, пока мы разговаривали, — настаивал он.
Луи странно на него посмотрел.
— Да, я увидел ее по дороге туда и думал об этом, но…откуда, черт возьми, ты это знаешь? Я обдумывал это всего пять секунд.
