— Ну, нет, — неуверенно сказал Лиам. — Но кто мы такие?
Луи посмотрел на дверь в студию Xtra-Фактор, где входили и выходили ассистенты и несколько журналистов.
Когда он снова повернулся к мальчикам, он сказал:
— Вы — группа миленьких, симпатичных, талантливых парней, которые просто хотят делать забавную музыку. Ничего более сложного, чем это.
— One Direction! Мы вас ждем, — сказал один из помощников.
Гарри встретился взглядом с Луи, когда остальные мальчики вернулись в комнату. В его светлых глазах за уверенностью скрывалось беспокойство. И он думал, что знал, откуда все идет.
Он подошел к Луи и положил руки ему на плечи, встречаясь с ним взглядом на уровне глаз.
— И ты тоже, Луи, — серьезно сказал он. — Милый, симпатичный, талантливый.
— Гарри, — тот начал отодвигаться, но Гарри крепче сжал его плечи.
— И ты тоже, — настаивает Гарри. — Ты такой же, как и все остальные.
— Г…
— Ладно. Минус несложная часть, ясно?
Это вызвало у старшего смех. Когда он снова посмотрел на Стайлса, то покачал головой.
— Давай просто зайдем внутрь, дорогой.
— И Шерил Коул с двумя ее соперницами, Шер и Ребеккой, — сказал Дермот, когда они вошли в маленькую студию. — И Саймон Коуэлл, конечно, и его группа «One Direction».
Дермот жестом пригласил их занять места в конце длинного стола, установленного в передней части комнаты. Саймон поднял на них глаза, стараясь не встречаться с ними взглядом, и снова посмотрел на собрание прессы.
— Это Гарри и Луи, — продолжил представлять их Дермот. — И Лиам, и Зейн, и Найл.
Гарри опустился на стул рядом с Саймоном, а Луи сел с другой стороны. Гарри огляделся на других мальчиков, которые устроились позади них. Лиам показал ему большой палец.
Стайлс бросил взгляд на панель. С другой стороны от Саймона сидели Ребекка и Шер с Шерил Коул, а затем Мэтт с Данни Миноуг. В дальнем конце, Луис Уолш, единственный судья без подопечного в финале, сидел один. Он на мгновение встретился с Гарри взглядом, у него было непроницаемое выражение лица, прежде чем Гарри снова повернулся к толпе собравшихся журналистов.
На них была направлена ни одна видеокамера, и несколько лиц Стайлс узнал из будущего. Он, наверное, вспомнил бы и имена, если бы достаточно долго подумал.
Модератор — это не Навин, а кто-то другой из пиар-фирмы Саймона — просматривал инструкции для журналистов.
Больше чем несколько журналистов смотрели на него и других мальчиков, и поэтому Гарри помахал им рукой и одними губами сказал «Привет». Он поймал косой взгляд Саймона, когда тот опустил руку.
— Первый вопрос, — сказал ведущий.
— Привет, Джули Элиза, репортер Пятого канала, — сказала первый журналист. — У меня вопрос к Шерил и Саймону.
Она продолжила спрашивать что-то об их соперничестве на экране. Гарри откинулся на спинку стула, пока они отвечали.
— Следующий вопрос? — Ведущий указал на одну из поднятых рук.
— Саймон, ты сильно расстроишься, если Шерил снова выиграет, и это будет хет-трик, и она станет самым успешным судьей на Х-Факторе?
— При всем уважении к этим двоим… — Саймон показал на Ребекку и Шер. — Я не думаю, что это произойдет.
Они с Шерил перекинулись парой слов, а потом им задали следующий вопрос, даже не взглянув на Гарри и других мальчиков.
— Здрасте, это Адам из отдела новостей ВВС, — сказал следующий журналист. — Очевидно, то, с кем завтра вечером будут дуэты очень важно. Вы можете сказать нам, кто это?
Они начали с другого конца стола. Мэтт объявил, что он делает песню с Рианной, Шер — с will.i.am, а Ребекка — с Кристиной Агилерой. Когда дело дошло до мальчиков, Саймон просто многозначительно посмотрел на микрофон, который все они делили.
Гарри наклонился, чтобы взять его. Он улыбнулся прессе и сказал:
— Мы будем петь с Робби Уильямсом, и нам не терпится показать вам нашу песню. Мы очень много работали на этой неделе, и он, очевидно, настоящая икона для любого, кто вырос с бойз-бэндом… — он почувствовал, как Луи толкнул его коленом и посмотрел, как он протягивал руку к микрофону. — Но я позволю ответить Луи, потому что он всегда был немного одержим им.
Луи выглядел так, будто изо всех сил старался не закатить глаза, когда брал микрофон. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но затем остановился, хмуро глядя на него.
— Он… — Он постучал по микрофону, заставляя динамики запищать. — О, он включен. — Он пожал плечами, обращаясь к репортерам. — Никогда не знаешь наверняка.
Это вызвало несколько смешков и недоверчивых взглядов из толпы, но как только Саймон начал поворачиваться к ним, Луи продолжил:
— О чем мы говорили? Ох, Робби. Да. Говорят, он летит из Америки, чтобы выступить с нами завтра вечером. Мы очень польщены и очень взволнованы. Я всегда был большим поклонником его самого, и очевидно, что он абсолютная звезда здесь, в Великобритании.
Когда он положил микрофон обратно, Зейн добавил, к нескольким смешкам из прессы:
— Он довольно высокий, поэтому он как звезда.
Гарри положил микрофон рядом с Саймоном, который снова отвернулся от них.
Стайлс посмотрел на Луи, когда следующий репортер задал вопрос Мэтту. Тот выгнул брови и пожал плечами. Гарри покачал головой.
Они просто сидели на вопросе «Привет, это Анна из London Tonight. Вопрос для Ребекки…», а затем на «Привет, Адам из Daily Mail, и просто быстрый вопрос о том, что произойдет в эти выходные…»
А затем ведущий передал микрофон следующему репортеру.
— Патрик из The Guardian, — сказал он, вставая. — Теперь вопрос к судьям. Каковы ваши чувства после сезона, наполненного скандалами, от утверждений о подтосовке голосов и автотюне и управление микрофонами и Управлении коммуникаций, проводящих расследование изменений правил с синглами и…
Саймон взял микрофон, прерывая его вопросом:
— Что я чувствую по этому поводу? Это твой вопрос? — репортер кивнул. Саймон откинулся на спинку стула и пожал плечами. — Тогда я чувствую себя великолепно. Мне очень понравилось быть здесь в этом году. Любил каждую минуту этого.
Гарри внимательно наблюдал за ним, сжимая руки под столом.
— В этом году я регулярно встречался с поклонниками, — сказал Коуэлл. — И им нравятся изменения правил, им нравятся повороты. Я никогда не хотел бы сделать то же самое шоу, которое я сделал в прошлом году. Тот факт, что вы пишете об этом, означает, что это интересно. Это останавливает его от того, чтобы быть скучным, — он ухмыльнулся. — А это музыкальный бизнес. Мы не хорошие люди и не притворяемся такими. Но, да, я наслаждался этим.
Он положил микрофон обратно на стол с натянуто-раздраженным изгибом губ и посмотрел вниз на панель, как бы призывая ответить кого-то из других судей.
Когда они этого не сделали вопрос перешел к следующему репортеру.
— Эм, привет, Джорджия из New Magazine, — сказала она. — Вопрос к Мэтту. Мне просто интересно, ты был фаворитом на протяжении почти всего шоу до последних двух недель. Как ты с этим справляешься?
— Ну, что касается этого, то я не совал свой нос ни в интернет, ни в журналы, — Мэтт посмотрел на Гарри и остальных, сидящих на противоположном конце стола. — Просто стараюсь изо всех сил, работаю изо всех сил. Пальцы скрещены, знаете ли.
Следующий репортер, «Энни из журнала Hello», спрашивает о «войнах стилей» между Шерил и Дэнни, и если есть какие-то наряды, о которых они сожалеют, и если у них есть какие-то специальные гламурные наряды, запланированные на последний уик-энд.
Шерил закончила свое выступление словами:
— Это не подиум, это шоу талантов.
Но потом Дэнни с улыбкой добавила:
— А почему бы не устроить из этого шоу?
— Саймон, почему никто не хочет услышать о наших нарядах? — спросил Луис Уолш, ухмыляясь Саймону через стол.
Гарри постукивал пальцами по ноге.
Затем «Марк из Mirrоr» спросил Шер, каково это, когда против нее ведется кампания ненависти после того, как она осталась, а Мэри отправилась домой в прошлые выходные, на что Шер действительно выглядела искренне удивленной и испуганной, и Шерил взяла микрофон, говоря, что она пыталась защитить ее от этого.
