Литмир - Электронная Библиотека

Суровая жизнь ударила по нему сразу и с размаху. Пересиливая себя, он открыл глаза и принял факт, что отныне является сиротой. Это, возможно, стало самым его тяжёлым свершением; однако со всех сторон на него давило множество деталей, нельзя было погружаться в апатию и терять себя. На руках девятнадцатилетнего юноши оставалась младшая сестра. Никаких других родственников, значит, её бы отдали в детский дом. Серёжа раньше подрабатывал, а от родителей осталось какое-никакое, а наследство, и он умеет распоряжаться с деньгами. Пришлось повозиться, но опекунство он оформил. Аню не заберут. Аня останется с ним. Он ни за что её не отдаст — кроме сестры у него ничего не осталось.

Институт. Теперь ему придётся работать, и учебное время сильно сокращается. Серёжа оформил документы на заочное — всё равно заканчивать ему нужно, иначе так толком и не устроится. В каком-то смысле ему повезло: с детства тяготел к программированию. Хотел идти на IT, а теперь предоставлен самому себе. Кое-как разобрался с фрилансом и вернулся к заверению всевозможных документов и бумаг.

Аня не выходит из дома и ничего не делает. Она грустным котёнком сворачивается рядом, когда он возвращается, молчит часами и бессмысленно наблюдает за его передвижениями. Серёже не хватает сил её о чём-то просить. Он садится на диван и слушает её дыхание. Её тепло — всё, что сохранилось от семьи. Фотография родителей стоит в коридоре в чёрной рамке. Каждый день, просыпаясь, Серёжа чувствует только убивающую своей мертвенностью пустоту.

Аня ничего не делает. Но сегодня, видимо, всё иначе; Серёжа не хочет покидать дом, но ему приходится, и, возвращаясь, он не обнаруживает сестры в общей комнате. Проходит на кухню, передвигаясь сизой тенью среди сизых очертаний родной обители. Аня сидит на коленях, склонившись над черепками и кучкой земли, среди которой угадывается лишившееся опоры растение. Последний мамин цветок. Аня пытается подцепить его, но ранится об осколок горшка, по пальцам вниз стекает ручеёк крови. Серёжа садится на колени рядом, но сестра не поворачивает голову. Он смотрит на разбитое воспоминание. Ещё одно. Но отчего-то становится легче.

— Давай переедем, — говорит Серёжа.

Аня поднимает на него потухшие карие глаза.

— Подальше, — говорит она совсем тихо.

Он кивает.

Находиться там, где каждый предмет хранит в себе отголосок прошлых счастливых дней, не просто больно. Это совсем невыносимо. И Аня, видимо, это чувство разделяет, потому что соглашается легко и быстро и ни о чём не спрашивает. Она вообще больше не разговаривает. Она, кажется, совсем потерялась.

Но вытащить её у Серёжи не получается. Он не может ощутить даже себя. О чём тогда вообще думать?

========== » 3 ==========

Серёжа все часы проводит за компьютером. Он прочёсывает все предложения, разбирается со всеми объявлениями. Свою квартиру они продают быстро, вместе с мебелью. Всё в хорошем состоянии. Договор составлен и заверен, осталось собрать личные вещи. Новая квартира далеко, в старом районе. Аня там не была, а Серёжа придирчиво осмотрел. Аня всё ещё никуда выходить не хочет. Она сидит дома и разбирает скопившиеся вещи.

Их много, неожиданно много. Свои, брата, родителей. Последние она рассматривает по отдельности, берёт в руки, касается, изучает. Откладывает одежду сразу, но не знает, что делать с остальными. Когда приходит Серёжа, Аня поднимает на него глаза и показывает изящную шкатулку из тёмного стекла. Тут украшения мамины. Их немного — мама не любила побрякушки — но они красивые и дорогие. У Ани подрагивают пальцы, когда она их перебирает. Брат останавливается в дверях и смотрит, а потом говорит, чтобы она оставила их себе. Пусть сохранятся. Он оставил папины часы, а ещё мамин набор для рукоделия. Это всё, что они решили сберечь.

Аня опускает мягкий вязаный свитер, и её руки дрожат. Серёжа кладёт свои ладони поверх её, и сестра с тихим всхлипом мотает головой. Это мамин свитер, она сама его связала. Аня задыхается, не в силах отпустить последний осколочек её творения, и чувствует объятия брата, но всё равно боится решиться.

— Ань, — говорит Серёжа, — Ань, отпусти. Всё прошло.

Свитер падает бесформенной тряпкой к ногам. Девочка закрывает ладонями лицо и представляет тишину. Не смотрит, когда Серёжа вещь убирает; только потом замечает из картонной коробки одиноко торчащий рукав — и ей кажется, что сердце начинает биться совсем по-другому. Очень тихо. Едва различимо. Звон в голове сменяется растекающейся глухотой.

Они выбрасывают вещи родителей. Они переезжают. Никаких воспоминаний. Аня не ходит в школу и игнорирует звонки от одноклассников и учителей. Серёже в этом плане легче — он никогда не ладил с людьми вокруг, ему не с кем связываться. Возможно, дело в язвительности, дурном характере, неумении проявлять и понимать эмоции, но он не окружал себя людьми. Те, с кем более-менее нормальные были отношения, спрашивали, но Серёжа больше не отвечал.

Они перевозят с собой всю свою одежду, технику, книги и альбомы. Аня перелистывает страницу за страницей, вглядываясь в лица, и бледность поселилась в ней подобно призраку — на прежнюю себя девочка не похожа. Серёжа сидит вполоборота, чтобы ей быть открытым, и вновь и вновь погружается в сеть. Интернет заменяет ему жизнь. Он не следит за тем, что читает, и информация перемешивается в голове; однако, успевая прочитать много, спишь тревожнее, и сны почти не снятся. Сны, в которых он остаётся один.

В новой квартире у них раздельные комнаты, а ещё есть гостиная. Здесь скромно, но чисто и уютно. Из окна виден дворик, шторы не пыльные. Серёжа не убирается. Аня засыпает там, где сидит, а по ночам часто заглядывает к нему, обнимая притащенную подушку. Кровать у него на полтора места, и они едва помещаются. Они оба худеют на глазах, хотя стараются поддерживать режим. У Серёжи по вечерам болит голова.

Они перестают обозначать дни, выпадают из жизни, и всё затихает. Серёжа чувствует только вакуум на месте сердца. Аня чувствует только нежелание существовать в мире, в котором нет её семьи.

Переезд им ничем не помог.

========== » 4 ==========

В Интернете, оказывается, полно всего. Серёжа и раньше это знал, естественно, но впервые задумывается всерьёз над тем, сколько возможностей открывается, если ты просто внимательно относишься к фильтрации поступающих данных. В самом запутанном бреде отыскиваются крупицы чего-то важного и серьёзного, того, что можно сохранить, запомнить, использовать. Случайно замеченные коды потом используются весьма удачно. Память это позволяет, а то, что не умещается, Серёжа отправляет в архив, переносит к себе и откладывает до востребованности.

Он учится управляться со всевозможными программами, позволяющими манипулировать кодами. Учится шифрованию. Учится фотошопу. Учится строить алгоритмы гораздо сложнее, чем проходил в школе или на первом курсе института. Он умудряется взломать какой-то сайт, пробежаться по его данным совершенно незамеченный, а затем уйти так же незаметно — лишь потом они это обнаруживают. Ему хватает навыка и таланта скрыть свой адрес, его не находят. Не вычисляют. Он почти думает о том, чтобы стать хакером.

Теперь на его плечах лежит ответственность за сестру. Ане всего тринадцать, она мала и неопытна, её нужно ставить на ноги. Теперь родителей нет, и это долг Серёжи. Он должен её вырастить. У неё больше никого нет, как нет никого и у него. Серёжа не привык к этому грузу, и ему больно почти до физического; тяжесть сковывает, он опасается, что любой его шаг отразится на сестре — а она смотрит доверчиво и похожа на бездушную куклу, разучившуюся улыбаться. Она двигается, но больше на автопилоте. Серёжа закрывает глаза — они часто болят в последнее время.

Врач выписывает очки. Зрение падает слишком быстро.

На улицу он выходит всё реже, не желая попусту тратить время. Он ходит за покупками, Аня сидит дома. Когда он возвращается, вскакивает и выбегает в коридор, и каждый раз в ней гаснет надежда. Аня не хочет верить в то, что случившееся реально. Она замыкается в циклической апатии и отгораживается от мира всеми ей доступными барьерами. Она отрешается от всего, чтобы ничего не ощущать, чтобы не знать, что всё на самом деле кончено. Что мамы и папы больше нет. Она ещё просыпается в слезах и с остывающим на губах криком, но с каждым разом её взгляд всё больше пустеет.

3
{"b":"672114","o":1}