...Пустота уже не была чем-то давящим, наоборот, она стала привычной атмосферой его существования. Сугу и не подозревал, что можно жить с этой бездной, что он окажется как раз таким человеком, что замер над бесконечной пропастью. Только вот что падать, что оставаться — всё едино. Разве что взлететь он уже не сможет.