— Как ты себя чувствуешь? — вдруг тихо спросила Клэри, от внимания которой не укрылись душевные терзания супруга, отражающиеся в его голубых глазах.

Парень не знал, что ответить. Вывалить сейчас на неё все? Он и так многое сказал сегодня. Девушка сама не своя после того разговора на кухне у Стефана. В конце концов, он мужчина в этом доме, значит, сам в силах справиться со своими проблемами, о которых подумает чуть позже.

— Лучше, если легкое похмелье можно так назвать, — улыбаясь, отозвался Алек. — А ты? Бледная такая…

— Могло быть и лучше, — устало улыбнулась в ответ Клэри. — Пойдем спать. Как проснемся, там и решим. Глядишь, к полуночи опять будем тут сидеть.

«Конечно, будем», — подумал Алек, поднимаясь с табуретки. Как по-другому? Им обоим предстояли нелегкие разговоры со вторыми половинками, и не факт, что это закончится хорошо. Какое бы решение они ни приняли, каких бы слов ни сказали Стефану и Клаусу, в итоге друг у друга все равно останутся только они сами.

***

Клэри долго стояла перед дверью дома Стефана, прежде чем постучаться.

На часах уже давно за полдень, время близилось к четырем часам дня. Девушка не знала, чем сейчас занят Смитт, дома ли он вообще, но поговорить им было просто необходимо.

— Проходи, — мельком взглянув в глаза Клэри, произнес Стефан, когда открыл дверь.

Настроение у парня было ни к чёрту. Все то время, что прошло с момента его пробуждения, он думал о том, что видел вчера. И пусть Клэри много раз убеждала его в том, что они с Лайтвудом просто сожители, ревность глодала блондина так, что хоть волком вой. Стефан вознамерился серьезно поговорить со своей девушкой, и судя по тому, что она без предупреждения сама пришла к нему, у неё тоже есть, что ему сказать.

Расположившись в комнате у Стефана, где пара провела не один час, наслаждаясь обществом друг друга, Клэри невольно погрузилась в воспоминания. В памяти всплыли все разговоры, порой даже несколько откровенные, не менее интимные прикосновения и поцелуи.

Она много думала о том, что произошло, о том, что сказал Алек. Анализируя свое решение, Клэри старалась мыслить трезво. Да, Стефан подарил ей много трепещущих душу воспоминаний, эмоций, которых девушка еще не испытывала. Но вместе с этим в её мыслях поселился отчаянный страх за то, что она может разрушить его жизнь. Что ждет этого парня в отношениях с ней? Ровно ничего хорошего. Как бы там ни говорили, что любовь способна на многое, даже на невозможное, Клэри в это не очень верила. Как их чувства помогут им быть вместе до конца жизни, если над всем этим висит брак девушки? Да, Стефан сначала согласился на этот недостаток репутации Клэри, но она не была уверена, что парень сможет долго терпеть это.

Пока они еще только начали встречаться, пока не стали друг для друга поистине необходимы, отношения лучше оборвать. Да, больно, да, обидно, но только так можно найти выход и только так Клэри может подарить Стефану шанс на истинную любовь. Он еще будет счастлив, но уже не с ней.

***

В это же время Алек в нерешительности стоял перед дверью дома Клауса.

Вчера они так и не попрощались. Чего таить, парни разошлись в глубокой ссоре. Лайтвуд понимал, что текущего положения дел его решение явно не улучшит, но освободит их обоих от этого груза на душе.

Их с Клаусом связывало многое. Судьба изгоев по своей природе, не большой опыт в отношениях, страх и робость перед новыми чувствами. Алек помнил, что чувствовал, когда только влюбился в Магнуса. Именно эти же эмоции он видел в глазах Клауса, когда смотрел на него. Парень повторял судьбу брюнета: пылкие чувства, слепая влюбленность, а затем довольно жестокий разрыв.

Алек помнил каждый момент, проведенный с Клаусом, каждый поцелуй, перерастающий из невинного прикосновения губ в немыслимо страстный петтинг. Да, до близости не дошло, но это даже к лучшему. Вновь Лайтвуд подумал о том, что несостоявшийся секс может стать не минусом, а плюсом, ведь Клаус сможет провести свою первую ночь с тем, кто будет действительно любить его.

А Алек не любил. Обдумывая в сотый раз правильность своего решения, брюнет вдруг осознал несколько шокирующую, но такую очевидную истину — он не любил Клауса ни дня, ни минуты. Юноша был просто наваждением, способом отвлечься от реальности и поверить, что счастье еще возможно. Теперь, когда Лайтвуд снял розовые очки, он понял: к своему стыду, он просто использовал Клауса.

И от этого осознания на душе стало еще противнее.

— Привет, — улыбаясь уголком губ, произнес Андерсен, открывая дверь. — Я ждал. Проходи.

***

— Вижу, ты не просто так пришла, — усмехнулся блондин, располагаясь в кресле напротив девушки. — Но позволь мне начать. Что вчера было на кухне? Что это за объятия? Совсем не сожительские, должен сказать.

Клэри сначала опешила, а потом смогла выдохнуть. Так даже лучше.

— Послушай, Стефан, — чуть дрогнувшим голосом начала Клэри, — да, я не отрицаю, что мы с Алеком обнимались. Да, это было достаточно эмоционально, но только потому, что он пытался меня успокоить.

— Ты плакала? — тут же забыл о своих обидах Стефан. — Почему? Почему ты не сказала мне?

— Потому что это касается того, с чем я сегодня пришла к тебе, — девушка нервно мяла в руках край обшивки кресла, потом вздохнула и выпалила. — Нам нужно расстаться.

Карие глаза парня расширились и были полны вопросов. Он, конечно, мог предполагать, но только предполагать! Вроде бы, это он собирался устроить скандал, а получается, что это Клэри сеет смуту в их отношениях.

— Объясни, — чувствуя, как пересохло в горле, попросил Стефан.

И Клэри объяснила. Она рассказала парню всё, как есть: о невозможности их будущего, о том, что только так сможет сделать его счастливым. Вместе со словами девушка ощущала, как из души уходят сомнения и приходит осознание того, что она поступает правильно.

— Я не лгала тебе о своих чувствах, Стеф, — уже глотая слезы, заканчивала Клэри. — Ты правда многое значишь для меня. Но так будет лучше для всех. Прости, пожалуйста, что делаю тебе больно, но я не вижу другого выхода.

Блондин сидел, уставившись невидящим взглядом куда-то в стену за спиной Клэри. Он понимал, что-то, что говорит девушка, правда. Но сердце отчаянно не хотело отпускать человека, который подарил Стефану столько тепла. Поэтому парень встал и, подойдя к Клэри, тихо опустился перед ней на колени.

— Я принимаю и понимаю твоё решение, — шептал он, беря её холодные ладони в свои руки. — Я не злюсь и не виню тебя ни в чем. Спасибо тебе за всё.

— И тебе, — эхом отозвалась Клэри.

***

— Судя по твоему настроению, ты пришел явно не с хорошими новостями.

Клаус всегда умел увидеть то, что Алек хотел сказать, еще до того, как Лайтвуд открывал рот. Брюнет не мог сидеть перед таким важным разговором, поэтому ходил из угла в угол, заставляя нервничать и без того взволнованного Клауса.

— Мы с тобой вчера поссорились, — решил напомнить о наболевшем Алек. — Я много думал об этом. О нас, о тебе, о причине нашей ссоры. Я принял решение и хочу, чтобы ты его услышал и осознал.

Андресен понимал, к чему клонит его парень. Клаус постоянно думал об этом, особенно в последнее время, когда Алек приходил к нему только для того, чтобы провести время на кровати. Поэтому русоволосый уже был в какой-то степени готов к тому, что произнес Лайтвуд после того, как собрался с духом.

— Нам нужно расстаться. Ты не виноват. Даже наша вчерашняя ссора не сыграла главной роли. Дело во мне, — Алек чувствовал, как правда прорывается наружу, и уже не мог остановить себя. — Я прятался за отношениями с тобой от реальности, в которой у меня не может быть счастья. Ты стал моим спасением от мыслей о ничтожности моей личной жизни. Я бесконечно благодарен тебе за твою искренность и твои чувства, но я не могу ответить на них с такой же честностью.

И все же обида взыграла в душе у Клауса. Когда прозвучали роковые слова, парень уже был не в себе. Он вскочил с кровати.