— Не беспокойся, Магнус, я пригляжу за ним, — клятвенно пообещала Изабель и, напоследок, успокаивающе коснувшись локтя мага, последовала вслед за братом.

Бейн, закусив губу, проводил ее глазами и несколько мгновений постоял, наблюдая опустевшее пространство леса перед собой. Затем глубоко вздохнул и зашагал в противоположном направлении, чтобы максимально удалиться от границы фейри. Возможного нападения или ловушки он, хорошо защищенный в данный момент, не боялся, но за Алека и Иззи переживал всей душой.

Лишь отойдя на значительное расстояние, Магнус взмахнул рукой, открывая портал, предусмотрительно ведущий только к дверям лофта, а не сразу внутрь, шагнул в него и, с тяжелым сердцем, тут же закрыл, отрезая путь чему бы то ни было.

Минуты текли нестерпимо медленно, Бейну предстояло долгое ожидание, наполненное неизвестностью. Он, который должен был уже привыкнуть к тому, что деятельность его любимого постоянно сопряжена с риском, все еще не мог справиться с чувством отчаяния, охватывающим каждый раз, как Алек подвергал себя опасности.

Чтобы отвлечься, Магнус принялся менять интерьер лофта, что раньше делал забавы ради и с большим удовольствием.

***

Он терпеть не мог находиться в одном и том же пространстве, поскольку проводил в своем доме наибольшую часть времени.

Таким образом, его обширная квартира постоянно приобретала самый различный вид: то вокруг появлялась ослепительная восточная роскошь, присущая дворцам турецких султанов, с их тончайшими занавесками, шелковыми драпировками, сиянием золота и драгоценных камней, то возвращался более привычный глазу современный хай-тек, во всем своем многообразии; не гнушался маг и строгого английского стиля викторианской эпохи, перемежая его скандинавской суровостью, затем окунался в пышный рококо, делая лофт точной копией нескольких залов Версаля.

Однажды Алек застал Магнуса, когда тот увлеченно составлял, очаровательный в своей простоте, букетик из полевых цветов, крутясь возле резной подставки и стоявшего на ней пузатого кувшина, вместо вазы. На высоченных окнах колыхались ажурные тюлевые занавески в несколько слоев, перевитые атласными лентами, а мебель пестрила обивкой в веселенький цветочек.

— Прованс, — коротко пояснил Бейн, онемевшему от удивления Алеку. — Французский деревенский стиль. Правда, мило? — он запихнул букетик в кувшин и удовлетворенно потер руки.

— Угу, — промычал Лайтвуд, не рискнув добавить, что окружавшее его, почему-то, напоминает домик столетней бабуськи, и молодой (на вид, по крайней мере), энергичный маг азиатской наружности, выглядит посреди этого несколько странно.

***

Сейчас лофт, следуя настроению Магнуса, наполнялся мрачной вычурностью красного дерева: стенные панели, оконные проемы, мебель и перегородки террасы словно сдвигали пространство, сужали его. Тяжелые портьеры отрезали солнечный свет, потоком льющийся в прозрачные стекла, создавая полумрак и таинственность.

Оглядевшись, Бейн мимолетно улыбнулся — кабинет Алека в Институте выглядел точно так же. Сколько времени маг провел там, наблюдая за сосредоточенным охотником, порой по уши закапывающимся в папки и бумаги, листающим старинные справочники и книги, в поисках нужных сведений.

Кстати, о книгах… Магнус повернулся к стенной нише и сделал замысловатый пасс рукой, отворяя тайник. Извлеченный из него фолиант, обтянутый белой кожей, колдун бережно уместил на поставке, дабы удобнее было читать. Наколдовав бокал вина и блюдо с легкими закусками, он устроился поудобнее и углубился в просмотр очередного раздела. Белая Книга многое могла дать, не следовало пренебрегать возможностью продолжать изучать уникальный артефакт. Магнус категорически не хотел упустить хоть что-нибудь, могущее помочь его драгоценному нефилиму.

========== Глава 12 ==========

Тропинка настойчиво вела брата и сестру в самую глубину лесного массива, но ее узор становился все более замысловатым и извилистым. Она могла круто обогнуть толстенное раскидистое дерево и увести влево, проходя сквозь низкие, позеленевшие от лишайника, валуны, затем резко вернуться вправо и устремиться вдоль тонкоствольной ясеневой поросли. При этом, протоптанная дорожка не терялась из вида и хорошо обозревалась с разных сторон, благодаря низкому и редкому разнотравью. Все больше попадались мшистые поляны, с крохотными белыми и голубыми цветочками, пни и узловатые коряги вздыбленных древесных корней, да и сами деревья росли на значительном расстоянии друг от друга. Заблудиться в таком лесу казалось обманчиво-невозможным.

Очень хотелось порой срезать путь, плюнув на все, и пройти напрямую, что Лайтвуды и с делали бы, не будь они под воздействием «Интуитивного взора», настойчиво требовавшего ни в коем случае не сходить с тропы. Сейчас оба хорошо понимали, что это одна из ловушек Зачарованного леса, испытывающего путников на терпение. Устремишься в сторону — и десятки ложных троп пролягут под ногами, запутывая и обрекая на долгое плутание вне времени зачарованного пространства.

Иззи молчала, мягким упругим шагом скользя след в след за братом. Алек даже не слышал ее дыхания, так же стараясь передвигаться бесшумно, но пока не представлял, куда именно они идут, и как долго это будет продолжаться. Локон волос Моргенштерна, обернутый в пергамент и пропитанный зельем принудительного поиска, должен был голубовато засветиться, окажись искомый объект в обозримом пространстве, но пока он мертвым грузом покоился в нагрудном кармане куртки, приоткрытом, чтобы не пропустить сияние.

Так же Магнус предупреждал, что магия словно потянет их назад, если сына Валентина здесь нет, но радиус территории не обозначил. Приходилось просто идти вперед и терпеливо ждать того или иного результата.

Внезапно Александр остановился, прислушиваясь, и Иззи пришлось сделать то же самое. Они напряженно вглядывались в то место, откуда обоим послышался мимолетный шорох, но так ничего и не увидели. Изабель подала голос первой:

— Ты тоже чувствуешь их присутствие, Алек?

Лучник кивнул, на всякий случай, протянув руку за спину, чтобы иметь возможность в любой момент выхватить лук и дать отпор; девушка так же приняла боевую стойку. Несколько мгновений брат и сестра провели неподвижно, но ничего не произошло. Алек, повернувшись к Иззи, взглядом подал ей знак продолжать движение.

Пахло свежестью, сырой землей и густой медвяной сладостью, но это легко объяснялось присутствием цветочных островков, там и сям проглядывающих во мху густо-зеленого пространства. Изабель с удовольствием вдыхала его, хотя, при этом, какая-то настойчивая мысль билась в голове, пытаясь привлечь внимание. Однако девушка, сосредоточенная на том, чтобы не потерять ориентир и не производить лишнего шума, не сразу уловила знаки, подаваемые собственной интуицией.

Шорох, куда более явственный, чем до этого, вновь принудил Лайтвудов застыть на месте и даже схватиться за оружие. Алек одним ловким движением наложил стрелу на тетиву, нашаривая взглядом цель, Иззи сдернула хлыст, до этого браслетом застывший на запястье. Оба совершенно точно знали, что их нахождение в Зачарованном лесу больше не тайна для обитателей — зелье и заклинание из Белой Книги не давали в этом усомниться.

Время шло, но по-прежнему ничего не происходило. Изабель поморщилась, осознав, наконец, что за мысль не давала ей покоя — сладостный аромат был чрезмерно насыщенным, а цветов не так много. Этот запах исходил от фейри, невидимыми тенями шныряющих неподалеку. Они настолько ловко сливались со своей естественной средой, что даже тренированный глаз Алека, и будучи под действием заклятья, не смог распознать, где именно те прячутся.

— Почему они не нападают? — процедила сквозь зубы девушка, развернувшись к брату спиной и прикрывая его таким образом.