— Думаю это сработает, — отозвалась Вален, не в силах сдержать растущую улыбку. — Нужно провести пару тестов, но исходя из того, что мы имеем уже сейчас, должно получиться.

— Моя команда готова поработать над специализированными капсулами для разных видов пришельцев, — добавил Шэнь. — Отличная идея, Чжан.

Уголки губ китайца поползли вверх, но до полноценной улыбки дело так и не дошло. Вместо этого директор разведки попросту кивнул, принимая похвалу.

— Согласен, идея отличная, — согласился Командир, — вот только… — он на миг замешкался. — Обязательно выясните, сколь долго там сможет выживать человек и возможные последствия.

— Вы клоните к тому, чтобы… — протянул Ван Доорн.

— Да, возможно мы сможем использовать субстанцию согласно её изначальному предназначению. Например, те же захваченные нами Канцлер и Президент Германии… — предложил командующий, — их будет намного удобнее хранить здесь, нежели в тюрьмах Израиля.

— Не уверен, поддержу ли я подобное, — заявил тактический советник, нахмурившись. — Одно дело — использовать капсулы против их же создателей, а совсем другое — против, ну… нас.

— Это куда надежней, — продолжил глава XCOM, — более того, это ещё и эффективней, а может даже гуманней. В конце концов, возможно лучше несколько лет пролежать в коме, чем провести их в постоянном тюремном заключении.

— Даже если это эффективней, — заспорил Шэнь, — меня отвращает сам факт, что мы будем использовать технологии пришельцев, разработанные конкретно против нашего вида, по их прямому назначению.

— Мы пользуемся технологиями пришельцев с того самого момента, как началась эта война, — напомнил ему командующий. — Причём порой и против людей, так что какой смысл как-то ограничивать использование таких крайне эффективных технологий?

— Предлагаю найти компромисс, — предложил Ван Доорн, переводя взгляд с Командира на главу инженерного отдела, и обратно. — Давайте воспользуемся этим методом заключения только в крайнем случае, например, если заключение пленников в тюрьмах Израиля станет слишком уж невыгодным или рискованным? Что мы теряем? Разве что тратимся им на еду? Но и то Израиль делает это за нас. Если б речь шла как минимум о тысяче заключенных, то да, а всего два…

Глава XCOM пораскинул мозгами и пришел к выводу, что спорить с Шэнем и Ван Доорном из-за такого пустяка не следовало. Да и аргументы тактический советник привел весьма убедительные.

— Что ж, твое предложение мне показалось разумным. Шэнь?

Тот сдавленно кивнул. — Хорошо, сойдемся на этом.

— Просто напоминаю, что мы всё ещё не уверены, что технология годится для длительного заключения, — промолвила Вален. — Чтобы выяснить это наверняка, мне потребуется подопытный.

— Если вы обеспечите им безопасность, то уверен, что некоторые из наших бойцов вызовутся добровольцами, — предположил Брэдфорд.

Девушка наотрез отказалась. — И не подумаю экспериментировать на наших людях. В таких вопросах нельзя быть полностью уверенным.

Судя по последующему её вдоху, глава исследовательского отдела хотела было начать обсуждение вопроса касательно экспериментов на людях, но в последний момент передумала. «Интересно…»

— Если не наши люди, то кто? — поинтересовался пожилой инженер, на лице которого отчетливо читалась обеспокоенность.

— Это, — медленно проговорила Вален, — вопрос, на который нам следует найти ответ. Чем раньше, тем лучше.

— Вы хотите проводить эксперименты на людях? — осведомился Ван Доорн, с любопытством приподняв бровь. — Насколько я помню, согласно регламенту ООН это запрещено.

Девушка покачала головой. — При всем уважении к ООН, Генерал, они нам не указ. Рано или поздно мы достигнем той критической точки, когда для дальнейших исследований потребуется проводить опыты на людях, хотим мы этого или нет.

— Но мы всё ещё отчитываемся перед ними, — напомнил Ван Доорн. — Если они узнают-

— Мне плевать на их регламенты, — перебил командующий. — Я уже неоднократно организовывал мероприятия, куда более ужасные по сравнению с опытами на людях. Напомню, наши бойцы расстреляли саудитов, мы устроили государственный переворот, я проводил пытки… в общем, всё это уже должно обеспечить нам пожизненное заключение, а то и смертную казнь. Так что одним нарушенным регламентом больше, одним меньше, какая разница? Тем более, в таком тривиальном вопросе как этот.

— Я бы не сказал, что испытания на людях это тривиальный вопрос, — не согласился Брэдфорд, слегка повысив голос. — Особенно учитывая, что они могут привести к смерти подопытных.

Шэнь на этот раз смолчал, однако одного взгляда на него было достаточно, чтобы узнать его мнение касательно обсуждаемой проблемы. То же самое можно было сказать и о Чжане, с той лишь разницей, что его точка зрения была прямо противоположной.

Глава XCOM повернулся к тактическому советнику. — Генерал, что думаете?

Лысый мужчина задумался, потупив взгляд. — ООН неидеален, — тихо проговорил он. — Это понятно. Но законы писаны не просто так. Ограничивают ли они нашу эффективность? Да, конечно. Но они же и не дают нам опуститься до уровня воинствующих, аморальных дикарей, — Ван Доорн поднял взгляд на своего начальника. — Но вы правы, командир. Когда на кону стоит судьба всего человечества, следует иногда переступать через закон… но не всегда. Один ваш «Аид» чего стоит — одного его достаточно, чтобы гарантировать нам всем смертельное наказание. Во время его активации я не стал спорить, ибо было ясно, что вы уже давно готовитесь к этому плану… но окажись я в XCOM пораньше, я бы хорошенько подумал, поддержать ли вас в этом вопросе или нет.

Глава XCOM неотрывно глядел в глаза собеседника. — Но план сработал, — ответил он. — «Аид» вернул стабильность стране, потерявшей её из-за действий Совета. Хотел ли я, чтобы был другой выход? Безусловно. Но окажись я в той ситуации ещё раз, поступил бы также без всяких сожалений.

В комнате повисла длительная пауза.

— Я понимаю, — наконец произнёс Ван Доорн. — Но знайте: случись такая ситуация в будущем, я не поддержу ваше решение.

Командир кратко кивнул. — Я тебя услышал. И послушаю в будущем, если сможешь предложить достойную альтернативу «Аиду».

— Что ж, — заключил Генерал, заложив руки за спину. — Будем надеяться, что такой ситуации больше не произойдет.

— Полностью согласен.

— Можно сказать? — заговорила Вален, нервно сжимая планшет. — По поводу экспериментов на людях… быть может, есть выход, который всех устроит.

— Говори, — сказал командующий, усилив высказывание соответствующим жестом.

— Заключенные, — продолжила девушка. — А именно те, кто были приговорены к смертной казни. Мало того, что их судьба никого не заботит, а значит их неожиданное исчезновение останется незамеченным, так ещё и участие в опытах на благо человечества придаст их жизням хоть какой-то смысл. Всё лучше, чем бессмысленно умереть в ходе приговора.

Чжан одобрительно закивал. — И правда, в их жалком существовании появится смысл.

Хоть глава XCOM именно это и планировал, когда размышлял о поиске подопытных, следовало похвалить Вален хотя бы за смелость, что он и сделал. — Отличная идея, доктор.

Ван Доорн поджал губы. — Уж лучше так.

— Но они всё ещё люди, — возмутился глава инженерного, хоть и не особо рьяно. Несмотря на растущую раздражённость пожилым китайцем, Командиру пришлось отдать Шэню должное: находясь в компании людей, по большей части несогласных с его мнением, он имел мужество отстаивать свою точку зрения, какой бы несуразной она не казалась.

— То, что они были осуждены на смертную казнь, вовсе не значит, что мы имеем право распоряжаться ими, как вздумается, в особенности подвергая мучительным экспериментам, — добавил он.

— Ты серьёзно будешь отстаивать права убийц и насильников? — удивился Чжан, в голосе которого послышалась неприкрытая злоба. — Значит наверняка не встречался с такими воочию. А вот я — да. И уверяю тебя, они не заслуживают ни капли сострадания.