- Не на леди, - Лампо улыбнулся. – На островитянку. На дикий-дикий цветок с острова.

- Скорее ядовитое растение, - хмыкнул Алауди, не глядя вслед девушке.

- Я всё слышу! – обернувшись, крикнула она.

- Ведьма, - с усмешкой бросил Деймон, даже не подозревая, насколько близок к истине был в своём шаденфройде.

Примо спрятал улыбку за картами, продолжая загадочно молчать, маскируя свой сторонний интерес задумчивостью.

Сердито шурша, море прибивалось к берегу и тут же откатывало назад, оставляя за собой кромку белой пены и мокрые следы.

День был, без преувеличений, во всех смыслах прекрасный. Впрочем, Елене редко доводилось ошибаться в подобных утверждениях.

III.

- У меня нет слов, девочка моя. Нет слов.

- Ну, смотри на это с позитивной точки зрения: мы можем пожить на широкую ногу. Безвозмездно.

- Давай будем честны: ты ненавидишь оставаться в должниках. А твоё «безвозмездно» именно это и подразумевает.

Триш насупилась, замолчала и приклеила к пятке последний пластырь из стратегических запасов: «на чёрный день».

Рено со вздохом покачал головой.

Появившись глубоким вечером в облаке пыли, он был шокирован и сбит с толку, стоило глазам привыкнуть к приглушённому свету ночника, а носу уловить незнакомый запах, которым была насквозь пропитана чужая комната.

Фамильяр панически огляделся по сторонам и, не найдя в комнате своей подопечной, невольно подумал – всё, конец. Схватили девку и заставили вызвать его, чтобы под пытками выяснить про Ковен, Главу и других ведьм.

Но нет. Паника оказалась напрасной.

Спустя пару мгновений после того, как хорёк принял решение бежать, дверь комнаты со стороны окна открылась и оттуда, левой рукой вытирая волосы полотенцем, облачённая в распахнутый халат, лениво вышла Терри, хромая то на левую, то на правую ногу.

Волнение и вовсе отступило, когда девушка с радостью поприветствовала своего фамильяра и вкратце обрисовала ситуацию, однако не исчезло полностью, противно трепыхаясь где-то глубоко-глубоко в душе.

Девочке бы в невербальной магии практиковаться, а придётся 24 часа в сутки быть под наблюдением, не имея возможности выбить для себя пару часов одиночества (в том, что «случайных» столкновений станет в разы больше, он ни капли не сомневался).

Долгое отсутствие Бендетто однозначно не шло Холмс на пользу.

- Ложись спать, горе моё: утро вечера мудренее, - снисходительно выдохнул хорёк и пристроился на подушке, соседней с той, где лежала его подопечная.

Терри скинула с себя халат, отбросив его на стул (хотя, кажется, ткань не долетела и приземлилась где-то около окна), и забралась под одеяло.

- Рено, - девушка погладила фамильяра по спинке. – Я рада, что ты вернулся.

- Спокойной ночи, моя дорогая ведьма.

По предположениям Триш, завтра должен был быть более-менее спокойный день, раз сегодня он оказался настолько выматывающим.

Надежда на это теплилась следующие десять дней.

На одиннадцатые сутки уверенность пропала и вместо неё пришло смирение с тем, что в Вонголе для того, чтобы хоть какой-нибудь день оказался спокойным, нужно было особое стечение обстоятельств и правильное построение планет солнечной системы.

Такова уж она была – эта чудаковатая мафиозная семейка.

Комментарий к Часть двадцатая. Жертва обстоятельств… снова.

Я со всей ответственностью заявляю:

Это. Был. Самый. Херовый. Отпуск. За всю. Мою. Грёбаную. Жизнь.

С горящей попой автор вернулся раньше положенного срока и готов бомбить всех персонажей без суда и следствия, потому что какие-то криворукие засранцы на работе не могут даже недели протянуть без происшествий. Недели, Карл!

В общем, жизнь прекрасна: теперь и моя попа горит.

Главы вновь начнут выходить, ибо нужно же мне куда-то плескать свой негатив.

Всем хорошего настроения.

А теперь сноски:

1) Имбирный эль - обычный лимонад, только с имбирём.

2) По́ртер - тёмное пиво (эль) с характерным винным привкусом, сильным ароматом солода и насыщенным вкусом, в котором одновременно присутствуют и сладость, и горечь.

3) Ста́ут - элевый сорт пива. Существует несколько разновидностей. Сладкий, который упоминается в тексте, отличается тем, что в него добавляют так называемый шоколадный солод и лактозу (молочный сахар).

4) Шаденфройде - злорадство.

========== Часть двадцать первая. Крыша в огне. ==========

I.

Начало ноября выдалось чуть прохладнее, чем обычно.

Хотя Триш не знала наверняка, а статистические выводы делала, основываясь лишь на воспоминаниях о погоде в это время года там – в Италии на целое столетие вперёд.

Пусть здесь и не было прогноза по утренним новостям, но по собственным ощущениям температура воздуха, изо дня в день неминуемо опускалась ниже отметки в двадцать градусов, а дождливых и пасмурных дней становилось всё больше и больше.

В день, когда они, собрав с десяток чемоданов и захватив с собой четыре человека из прислуги, дружной (и не очень) компанией сели в вагон поезда, который держал путь до родного города Елены и Деймона, погода тоже была мрачной, сырой и дождливой.

Настроение у девушки, так канонично для серости и промозглости за окном тронувшегося в путь локомотива, тоже было скверным и тревожным. Головная боль беспокоила её странными пульсирующими приступами, а ещё волнами накатывала сильная сонливость, из-за которых ведьма могла лишь вполуха слушать Елену, сидевшую рядом с ней в виду того, что Спейд за каким-то отбыл раньше на пару дней и обещал встретить их в пункте назначения.

Хотя причина того, что Холмс не могла сосредоточиться на диалоге и поддержать его, наверняка крылась в том, что женщина щебетала обо всём на свете, не зацикливаясь на какой-то определённой теме.

В отличие от Терри, плохая погода никак не сказывалась на настроении дочери принца, которой наверняка не терпелось свидеться с семьёй и посетить родные края.

- Триш, ты выглядишь уставшей. Что-то случилось? - наконец-то хоть кто-то заметил подавленное состояние девушки и потрудился спросить об этом. Даром, что сидел этот кто-то спиной к ней.

- Нет, всё в порядке, спасибо за беспокойство, Лампо, - колдунья прислонилась виском к прохладному стеклу, с другой стороны которого виднелись капли дождя. – Голова немного болит, но это не страшно: наверное, я вчера слишком поздно легла спать.

- Ты можешь поспать, пока мы едем, - Елена улыбнулась и похлопала себя по руке, намекая на то, что её хрупкое острое плечо всегда готово заменить подруге подушку. – Всё равно путь будет долгим.

- Спасибо, Елена, но я, пожалуй, откажусь.

Холмс вымучено улыбнулась, больше волнуясь не о головной боли или же сонливости, а об усилившемся в разы чувстве опасности, которое, по своему обыкновению, посещало её лишь в те моменты, когда в будущем должно было случиться нечто действительно плохое. Беспокойство медленно вырывало корни уверенности в том, что решение поехать на этот бал было действительно хорошей затеей. А судя по выражению глубокой задумчивости на лице Джотто, который беспрерывно пялился на однообразный пейзаж за окном, Триш была не одинока в своём состоянии слабой тревоги.

- У вас, двоих, эмоциональная связь или что? – Елена нахмурилась, внимательно наблюдая за Примо и Терри, которые сидели напротив друг друга и, не глядя ни на кого, оба всем своим видом выражали беспокойство и одновременно задумчивость.

- Не говори глупостей, - устало попросила ведьма, отреагировав на слова женщины запоздало, но всё же раньше, чем это сделал Джотто. – Я думаю, дело в погоде.

Не говорить же Елене, что у её подруги-ведьмы чутье потомственной колдуньи запускает в воздух невидимые сигнальные огни и тем самым тревожит нервную систему, поэтому она выглядит, как замученная женская версия Джаббы Хатта из «Звёздных войн».

Вспомнив жуткую жабу из всеми любимой франшизы, Триш поморщилась и несильно встряхнула головой, от чего та заболела ещё сильнее. Всё-таки, как бы девушка ни стремилась избежать этого, похоже придётся воспользоваться помощью таблеток. В конце концов, от этой боли было не так просто избавиться и сон здесь не поможет.