— Тадиэль, но ведь…

— Даже не заикайся о его спасении, Ната! — внезапно взорвался ангел, побелев от ярости. — Как только Лайла придёт в себя — всё станет ясно! Если Шандор виновен — я первый его разорву! И тебя тоже, если попробуешь мне помешать, поняла?!

Натаниэль не ответила. Она закрыла лицо руками и, разрыдавшись, без сил сползла по стене.

Тут из операционной вышел Ирон. Тадиэль сразу же бросился к нему.

— Не могу ничем порадовать, Тадиэль, — устало стащив с лица маску, доктор вздохнул и покачал головой. — Лайла очень сильно пострадала. Череп, рёбра, крылья — всё переломано. Я использовал все известные приёмы, включая магию, чтобы привести девочку в порядок, но раны слишком серьёзны. Сейчас Лайла в коме, и я не могу дать гарантию, что она выйдет из неё. Тем более не могу сказать, когда это случится… Возможно, было бы лучше избавить её от мук и…

— Нет! — рявкнул Падший, не дав ему договорить. — Я не позволю усыпить Лайлу! Даже не думай, Ирон!

— Хорошо, как скажешь, — доктор опустил голову. Потом помолчал и перевёл взгляд на Натаниэль. — С Шандором всё обойдётся, — встретившись с ней глазами, негромко заверил Ирон. — Ранение хоть и глубокое, но не опасное. Через пару дней парень придёт в норму.

— Мне к нему можно? — Натаниэль поднялась, растирая по щекам слёзы.

— Да, только ненадолго. Шандор потерял много крови — он пока очень слаб. Не утомляй его, Ната.

Она кивнула и направилась по коридору к палате сына.

— Можно мне к Лайле? — как только Ната скрылась из виду, сдавленно спросил Тадиэль.

— Нет, пока она не выйдет из комы, никаких посещений. Как только что-то в её состоянии изменится, я сразу же сообщу.

— Какие у неё шансы?

— Трудно сказать, — Ирон снова вздохнул. — В любом случае, даже при благоприятном исходе реабилитация займёт немало времени. Особенно это касается мозговых функций, поскольку неизвестно, как сильно пострадал её мозг от ударов по голове.

— Нам нужно выставить охрану возле её палаты, — выслушав доктора, мрачно заметил Тадиэль.

— Я понял, — Ирон хмуро кивнул. — Назначь любую охрану — я не против… Я слышал, вы видели Карлика? — после паузы, не удержался от вопроса Младший. — Это правда?

— Да, — вид у Тадиэля сразу стал каким-то затравленным. — Наверное, мы были первыми, кто увидел его в настоящем облике и остался жив.

— Почему он не стал убивать?

— Трудно сказать… Но подозреваю, что Беллор с ним уже переговорил. И сейчас меня больше волнует другое: где сам Беллор? Где Сандал, Аурика и Офаниэль?.. И о каком брате упомянул Карлик, когда говорил с Натой?

— А она не знает?

— Уверен, что нет. Хотя…

— Что?

— Ничего, — быстро ответил ангел, покачав головой. — Потом мы у неё спросим.

— А как этот Карлик выглядит? — на лице Ирона проступило любопытство.

— Как мы с тобой, — нехотя отозвался Тадиэль, снова о чём-то задумавшись. — Он даже не карлик… Просто ростом невысокий. Скорее всего — Падший, только с очень сильными характеристиками. Я такой магии никогда не встречал…

— Ладно, мне пора, — проговорил Ирон, закончив разговор, и снова скрылся в дверях операционной.

Тадиэль подождал, пока Ната выйдет из палаты Шандора, и тут же направился к ней.

— Нужно поговорить, — жёстко заявил он и, схватив за руку, увлёк её за собой в самый дальний конец коридора. — Скажи мне, — как только они остановились, тут же потребовал он. — О каком брате тебе говорил Карлик? Кого он имел в виду?

— Я не знаю, Тадиэль, — она испуганно покачала головой. — Не представляю, о ком шла речь!

— Ладно, тогда задам вопрос по-другому… Кто, кроме Сандала спасал тебе жизнь, Натаниэль?

Ната смутилась, потом побледнела, встретившись с пронизывающим взглядом ангела Жертвы. Она открыла было рот, но тут же осеклась и опустила голову.

— Это был Беллор, так? — не дав ей времени, чтобы собраться с мыслями, ещё жёстче спросил Тадиэль. Но Ната молчала. Впрочем, ответ был написан на её лице, которое теперь стало землисто-серым.

— Тебя всё равно спросят об этом Старшие, так что не молчи, Ната, — Падший легонько встряхнул её за плечи. — Пойми: если Карлик решил показаться нам, да ещё открыто упомянул брата в разговоре с тобой, значит, он хотел, чтобы мы всё узнали. Возможно, этим он дал понять, что Беллор и его спутники в беде. Я должен разобраться, в чём тут дело! Поэтому говори, детка!

— Это был Беллор, Тадиэль, — чуть слышно прошептала Ната, зажмурившись от отчаяния.

— Ты что-нибудь знала раньше о том, что Беллор связан с Карликом?

— Нет, честно!

— Ладно, я верю, — поразмышляв, Падший устало вздохнул. — Возвращайся домой, Ната. Судя по всему, блондин вновь вытащил нас из очередного дерьма. Иди… — и он кивнул ей в сторону выхода.

Глава 26. Сговор

На следующий день в Аду…

— Я никуда с тобой не пойду! — Эйренис решительно высвободила локоть и, оттолкнув Офаниэля, направилась по каменной дорожке ведущей к дворцу.

— Подожди! — Падший кинулся за ней, в который раз не давая дочери уйти. — Пожалуйста, подумай, Эйра! Нам нельзя здесь оставаться! Это — Ад, а не райские кущи, пойми! Здесь нечего делать ангелам, и ты не сможешь тут жить!

— Для меня адом стала Земля! — она обернулась. Её глаза были полны слёз. — Ты не знаешь, что там со мной сделали твои так называемые ангелы! Да любой демон здесь в тысячу раз лучше них! Никогда я туда не вернусь! Никогда не смогу забыть об этом ужасе! Мой дом теперь здесь, ясно?!

— Прошу, не горячись, малышка! — Офаниэль шагнул к дочери и, обняв её, нежно прижал к груди. — Всех, кто тебя обидел, мы накажем. Накажем так, что даже Ад содрогнётся! Я тебе обещаю! Они за всё заплатят, и тебе больше не нужно будет никого бояться… Ты сможешь жить спокойно среди своих. Я сделаю всё, чтобы ты никогда не страдала. Я никому не дам тебя в обиду, клянусь!

— Я не вернусь, отец, — лицо Эйренис стало каменным. Губы упрямо сжались. — И не нужно меня больше уговаривать. Если хочешь, уходи один, но я остаюсь. Люцифер поклялся, что не причинит мне вреда.

— Люциферу нельзя верить, малышка! Он — отец лжи!

— Он меня спас и приютил, — возразила она, с вызовом взглянув в глаза Падшего. — Он предложил мне остаться во дворце под его защитой. Я приняла предложение и не собираюсь ничего менять. Прости, отец! Я очень тебя люблю. Но если и ты меня любишь — ты должен понять… Я не вернусь на Землю! — повторив это, Эйренис высвободилась из его объятий и зашагала к дому, оставив Офаниэля в одиночестве стоять среди зелени прекрасного парка.

* * *

— В чём дело, Эрикииль? — Люцифер, стоявший на широком балконе собственных апартаментов, лениво повернул голову на звук шагов вошедшего демона.

— Новости из Чистилища, хозяин, — прорычал рогатый, поклонившись. — Охрана доложила о поступлении ещё одного Падшего из общины Сандала. Это — Армисаэль, их целитель. Мальчишка убил его вчера.

— Этот мальчишка просто золото, — Люцифер скривил губы в холодной усмешке. — Так он к нам весь Клан перетащит.

— Что прикажете делать с доктором, хозяин?

— Он ведь, кажется, отец одного из наших Шеков, да? — взгляд Владыки стал задумчивым.

— Да. Армисаэль — отец Шека по имени Миэл.

— Помню этого парня, — Люцифер кивнул. — Его сюда отправил сам Белл-Ориэль. Что ж, это отличная возможность внести немного смятения в ряды наших гостей. Для нас ведь главное что, Эрикииль: чтобы столь дорогие гости сами захотели здесь остаться.

— Эйренис сказала «нет» Офаниэлю, хозяин, — тут же вставил демон, и Люцифер улыбнулся.

— Вот, видишь? Мой расчёт оказался верен. Девчонка отказалась уходить, теперь дело за её отцом. Можно спорить на что угодно: Офаниэль не покинет Ад без любимой дочки, а без него Клан Падших очень скоро перейдёт в наши руки, Эрикииль. Они не смогут сопротивляться желанию упасть окончательно, если древняя магия не будет их защищать. А если переманить на нашу сторону и Аурику, Белл тоже никуда не денется. Конечно, он всё равно попытается, но это не страшно, учитывая, что выхода отсюда нет… Теперь, что касается Армисаэля… Думаю, стоит и его привести сюда. Пусть он встретится с сыном и с нашими гостями. Хороший целитель везде ценится, а Армисаэлю, говорят, нет равных в этом деле. Примите его как положено, Эрикииль, и разместите со всеми удобствами. Не мешайте встречаться с Миэлом и предложите работу в хорошей клинике. В общем, пусть он почувствует разницу между жизнью в ветхой деревушке и в роскошном дворце. Пусть осознает, что здесь ему ничто и никто угрожать не станет.